Сила наполняла, вначале согревая, а потом начала разрывать естество полуоборотня, не находя для себя выхода. Чуу-ур терпел, концентрируясь и представляя ассуру, от чего она стала четче и объемнее. Дойдя до своего предела, когда закаченная сила грозила разорвать его на части, он опустил руку с лепестком на валун и направил всю собранную энергию в ладонь с зажатой рукоятью. Словно молот ударил по его руке, пробивая четыре вытатуированных кольца на ладони. Струящаяся энергия впитывалась, словно в губку, в рукоять лепестка от чего камень на ней ярко засветился. С закрытыми глазами Чуу-ур стал повторять рисунок, что витал в его сознании, формируя ассуру. Энергия, стальным ершом, обдирала его каналы искры, доставляя жгучую боль. Закончив, он с трудом выдернул, онемевшей рукой нож из силовой линии, прекращая подпитку силой. Его раскрывшимся глазам предстала странная картина. Все вокруг него, что было отделено барьером, высохло и сморщилось. Небесный свод исчез, вместо него проявился полукруглый потолок пещеры, на расстоянии от земли, в три его роста. Образовавшиеся стены пещеры, как и пол и свод были покрыты переплетенными богровыми венами с сеткой капилляров. В нескольких местах вены, покрытые высохшей коркой, были перебиты и под ними образовались лужи с грязно бурой жидкостью. Все место, где находился Чуу-ур, сотрясалось крупными толчками, отчего свод пошел крупными трещинами, грозя обвалиться.
- Что ты наделал? - воскликнул преобразившийся в свое человеческое обличье танлик. Он прижал ладонь к правой части своей головы и по виду испытывал боль, как в голове, так и в ставшем абсолютно черным левом глазу.
Подняв за сформированную длинную рукоять, валун с начинающей гаснуть ассурой, Чуу-ур широко замахнувшись, ударил невидимый барьер камнем. Грохот лавины разнесся по окружающему, но барьер выстоял. Одновременно выдыхая и словно выплевывая слова, Чуу-ур стал произносить с каждым ударом валуна в барьер.
- Я - удар, и он чуть удержал свой созданный молот в руках.
- НЕ ДАМ - удар, и мелкая трещина пошла вниз по стене.
- УБИТЬ - удар, трещины стали расти в разные стороны.
- НЕЙТЕРА - удар, и небольшой кусок стены откололся, порождая сеть уже крупных трещин расходящихся веером во все стороны.
Танлик поднял вверх левую руку, призывая противника к вниманию. Правую он так и не убрал от лысой головы.
- Стой! - воскликнул он, усилив свой голос в разы, от чего громкое эхо не сразу замолкло в сознании Чуу-ура.
- Я отпускаю старика. Смотри, он еще жив - танлик взмахнул рукой в сторону вросшего наполовину в землю нейтера.
Чуу-ур взглянул на Рикара Мь"нтоша. Запрокинутая голова с бессильно открытым ртом, из которого текла слюна, ввалившиеся щеки, выпученные застывшие глаза, слепо смотрящие вверх, и половина тела, изменившаяся и ставшая элементом небогатого ландшафта показывали, что нейтер если и не мертв, то находиться в маленьком шажке от нижнего мира.
- Верни его обратно - Чуу-ур замахнулся валуном.
- Если ты разрушишь барьер, то мы все умрем. Вернуть старика не так и просто подожди, и я восстановлю его.
- Сколько ждать?
- Не так и долго, учитывая, что я его почти переварил. Оставшееся придется собирать по кусочкам.
- Так собирай - Чуу-ур опустил созданную булаву, настороженно всматриваясь через треснувший барьер в искру лысого. Ему не давало покоя, что танлик так быстро сдался.
Тем временем лысый, справившись с болью терзавшей его голову, стал, словно паук перебирать силовые линии, шедшие в сторону нейтера. То что видел Чуу-ур с грани сна отличалось от того что хотел ему показать танлик. Театральные пассы руками еще больше насторожили севшего в позу лотоса и положившего на колени булаву, Чуу-ура. Только то, что по силовым линиям танлик действительно восстанавливал структуру нейтера, не давало ему броситься на стену, чтобы разнести ее в мелкие осколки.
Наконец, закрепив одну из основных линий, танлик остановился. Чуу-ур видел, что по ней тонким ручейком идет энергия начавшая преобразовывать и возвращать Рикару то, что уже стало частью окружающего.
- Вот и все. Теперь он вернется, в свое обычное состояние. Только надо ждать.
- Значит, будем ждать - Чуу-ур не отводил взгляда от танлика, ожидая подвоха.
Лысый медленно подошел к барьеру и сел напротив Чуу-ура, формируя большую подушку под собой.
Противники, молча, уставились друг на друга. Если танлик становился все спокойнее и увереннее, то Чуу-ура стало охватывать бешенство.
Смотря в глаза лысого, он чувствовал, что в его груди рождается странная волна грозящая подняться и выплеснуться на врага. Не понимая, что с ним происходит, Чуу-ур попытался успокоиться. Но грань сна уходила, заставляя рождаться жгучее безумие. Ненависть, абсолютная и перечеркивающая все доводы разума захватила Чуу-ура.
Добраться, разорвать, уничтожить - стучало в его висках, не давая нормально мыслить. Раздвоившись, его второе я, стало подниматься в сторону врага.
- Ты напоминаешь мне одного очень опасного зверя - голос лысого снял с Чуу-ура наваждение - не знаю, что и думать.
- Какого еще зверя? - рыкнул в ответ полуоборотень - догадавшись, что это не его, а заемная ненависть пыталась свести счеты с лысым.
- На нижних уровнях встречаются такие. Опасные твари, иногда их ловят, и мы отрабатываем на них свои техники.
- И что с ним происходит потом?
- Гибнут, конечно, раньше в первый круг допускали только тех, кто побеждал такого зверя.
- А сейчас? - Чуу-ур никак не мог понять, что его беспокоило.
- Сейчас это не обязательно, звери стали осторожнее и сильнее, отыскать их не так просто.
- Ты обознался.
- Возможно. Меня интересует еще одно, что это у тебя на коленях?
- Дубина.
- Интересная. Ведь ты создал ассуру на ней?
- Это мое дело - беспокойство не отпускало Чуу-ура, заставив быть внимательнее, на наконец-то появившейся грани сна.
- Гордики используют ассуры? - лысый никак не отставал.
- Лучше концентрируйся на восстановлении нейтера.
- Там не нужно внимания - отмахнулся лысый - как ты общался с жуками?
- Это мое дело - упрямо заявил Чуу-ур, рассматривая странную энергию, сложно переплетающуюся с основной линией силы шедшей к Рикару.
- Мне кажется, что ты не восстанавливаешь нейтера - поднявшись, прорычал он - я вижу, что ты хочешь сделать из него послушную твоей воле куклу.
- Гордики тебя не зря учили - злорадно заметил лысый, усиливая поток, шедший к нейтеру - он почти мой.
- Ну уж нет - Чуу-ур замахнулся собираясь разнести своей булавой треснувший барьер.
- Остановись, иначе ты тоже умрешь.
- Я же сказал, что не оставлю нейтера - с этими словами он ударил булавой в стену, от чего все вокруг содрогнулось.
- Да что он тебе сдался - в голосе танлика чувствовалось непонимание и испуг - старик убил столько, что его давно надо отправить в нижний мир.
- Не тебе решать, кого и куда отправлять - с этими словами Чуу-ур снова ударил в стену.
Осколки брызнули в разные стороны, и Чуу-ур снова оказался стоящим рядом с нейтером.
- Ты чего делаешь? - эхом отразились в его голове, последние слова хамелеона, делавшего шаг в его сторону.
Нейтер застонал, опускаясь на колени и держась обеими руками за живот.
Танлик, согнувшись в поясе и прижав ладонь к глазу, поспешно начал отступать от места схватки.
- Они ваши - бросил он короткую фразу в сторону нахмурившихся хамелеонов, провожающих его недобрыми взглядами.
Лысый быстро удалялся, давая Чуу-уру небольшую передышку.