Притащив сундук в менее глубокое место, а именно в одно из временных жилищ, где они недавно обосновались, Тамаз его вскрыл. Он был прав на тему содержимого сундука - Ольга только ахнула, от увиденного. Это было действительно сокровище… В самом прямом, и взятом из сказок о сокровищах, смысле. Чего здесь только не было… Золотые серьги, колье и пряжки, бесценные реликварии (это словечко, как и много других названий обнаруженного, подсказал всезнайка Тамаз), кадильницы из ажурной филиграни, люстра-канделябр, ювелирные и стеклянные изделия, арабские серебряные монеты — дирхемы, коллекция изделий из слоновой кости и украшений из драгоценных камней, изделия из нефрита, ожерелье и серьги из янтаря в золоте, большая золотая диадема с подвесками. У Ольги глаза разбежались от такого разнообразия. Она всегда любила красивые вещи, но чтоб увидеть сразу столько и таких красивых… От драгоценностей веяло древностью и славой, богатством и, как ни странно, страданиями. Ольга, беря в руки то одну то другую драгоценность, с изумлением поняла, что все эти вещи ей нравятся, но как-то отстраненно, ни одну из них она б не оставила лично себе. Слишком ощутима, почти на физическом уровне, на них была печать истории. Таким вещам прямая дорога в музей и именно в этот момент ей эмоционально стало понятно предназначение музеев. Хранить историю не передавая живым людям тяжелую судьбу вещей с длинной и зачастую кровавой историей. Такие красивые и такие… Она даже не могла подобрать точно определение… Несчастные? Кто-то создавал эти вещи, вкладывая в их творение любовь и вдохновение, но пройдя через сотни рук, они стали в первую очередь материальной ценностью, холодным металлом или равнодушным камнем обагренным кровью, за который неоднократно сражались, страдали и убивали… Как грустно…
Впрочем, с этого момента Ольга могла с чистой совестью прекратить поиски сокровищ, что она и сделала и посвятила все свое свободное время приятной компании, (ну, когда эта «компания» не поучает и не критикует людей), изучению морского дна и праздному рассмотрению трофеев моря. Они видели еще много кораблей. У Тамаза было что-то наподобие маленькой подзорной трубы только с учетом того, что смотреть нужно в воде. Она не только приближала, но и словно освещала изображение, делала его контрастней, устраняла присущую морской дали размытость и смазанность. Ольга только изумлялась, рассматривая подробно судна, которые были часто вне досягаемости из-за сероводорода. Некоторые покоились очень глубоко и приходилось довольствоваться видом сквозь толщу воды, некоторые же они смогли рассмотреть вблизи. Находки были разные, совсем древние и недавние, разрушенные полностью и почти целые.
Тамаз, словно экскурсовод, теперь водил Ольгу по «спящим» кораблям и вкратце, словно учитель, рассказывал, что это за корабль и каких времен. Он видимо решил впечатлить маленькую азраи этими мрачными памятниками человеческой истории и навсегда отбить охоту бродить по «могильникам». Нельзя сказать, что все было очень страшно, местами было и интересно. Чувствовалась древность в этих останках, другая эпоха, другие обычаи, другие технологии. Азраи вел ее от корабля к кораблю, все более и более закрепляя поучительный урок. В конце концов, Ольга, чтоб отвлечься от все более и более ощутимой мрачности картины, пыталась в уме составить каталог таких «экспонатов» и список вышел довольно внушительным.
1. «Форосский» корабль. Тот, с которого они утащили сундук с драгоценностями. Приблизительно 13 век. Итальянская галера. На 70% сохранен. Лежит на глубине 130 м.
2. Парусник 18-19 века. Генеральный груз в трюмах – мрамор, предназначавшийся для строительства какого-то дворца. Лежит на глубине 139 м.
3. Теплоход «Ленин». Братская могила… Затонул в 1941 году всего за 10 минут. Возможная причина крушения – подрыв на плавучей мине. Лежит на глубине 97 м.
4. Немецкий транспортный корабль «Санта Фэ». Затонул в результате подрыва на мине в 1943 году. Вез более 3 тыс. тонн вооружения. Лежит на глубине 21 м.
5. Немецкий транспортный корабль «Волго-Дон» («Wolgo-Don»). Затонул в 1943 году. 80% сохранности. В трюме среди прочего кассеты с авиабомбами, автомобиль и мотоцикл. Лежит на глубине 25-30 м.
6. Болгарский транспорт «Варна». Затонул в 1943 году в результате торпедной атаки с советской подлодки. Вез боеприпасы. На 50% сохранен. Лежит на глубине 50 метров.
7. «Цесаревич Алексей». Транспортный корабль российского императорского флота. Затонул в 1916 г. от подрыва на мине. Генеральным грузом было 1120 тонн сахара для Кавказской Армии. Лежит на глубине 47 м.
8. Российский транспорт «Ростов». Атакован немецкой подлодкой в 1918 году. Сохранились два паровых котла. Лежит на глубине 19 м.
9. Грузовой теплоход ЧФ «Жан Жорес». На 70% сохранен. В трюмах масса вещей, остались даже бутылки из-под шампанского – праздновали Новый 1942 год. Затоплен 16 января 1942 г. после атаки немцев. Лежит на глубине 15 м.
10. «Святой Александр». Один из самых крупных линейных кораблей ЧФ Российской империи. Затонул в 1786 году, налетев на подводные камни. Лежит на глубине 6 м.
11. «Агнес Блейки». Английский двухмачтовый бар. Корабль разграблен «черными» дайверами. Лежит на глубине 86 м.
12. Немецкий транспорт «Тотила» (Totila). Название – в честь восточно-готского короля. Затонул в 1944 г. после бомбардировки советскими самолетами. Официально погибли 500 солдат Вермахта. Лежит на глубине 97 м.
13. Минный тральщик «Дооб». Затонул в 1942 г., подорвавшись на мине. Лежит на глубине 26 м.
14. Транспорт «Игнатий Прохоров». Затонул в 1922 году. На 70% сохранен. Есть табличка с годом строительства (1886 г. в Англии), судовой журнал. Лежит на глубине 90 м.
15. Броненосец «Екатерина Вторая». Толщина брони доходила до 4 м. Затоплен в 1908 г. На 80% сохранен. Лежит на глубине 139 м.
16. Минный заградитель «Прут». Экипаж корабля присоединился к восстанию на броненосце «Потемкин» в 1905 г. В 1914 году, пересекшись с немецко-турецким крейсером, капитан принял решение затопить корабль. Лежит на глубине 110 м.
17.
Сколько же человеческих жизней унесли с собой эти спящие корабли… Мечты, надежды стремления…
Видимо, чтоб окончательно отбить желание у «маленькой азраи» лезть в затонувшие корабли, Тамаз показал ей, напоследок эсминец «Дзержинский», затонувший в годы войны 1941-1945 годов, а потом еще и советский палубный вертолет. Это вообще была, по сути, братская могила на глубине 1060 м, законсервированная в сероводородном слое. Когда Ольга с Тамазом заглянули внутрь, то с ужасом увидели, что в креслах, будто манекены, сидят пристегнутые пассажиры. Около двух десятков. Правда ужас посетил в основном Ольгу, Тамаз же сообщил, что в Черном море и не такое можно увидеть, если начать активно рассматривать места захоронений, но уточнять, что он имел ввиду, не стал. Ольга же не решилась спрашивать, уж больно красноречиво он замолчал.
Слушая рассказы Тамаза о кораблях, Ольга была удивлена не только тем, с какой точностью он называет глубину, но и знанием о причинах затопления, и количестве жертв. Однажды она не удержалась и спросила Тамаза, откуда он это знает, но тот лишь пожал печами и загадочно улыбнулся. В конце концов, насмотревшись на эти исторические памятники, она взмолилась и попросила показать ей что-то другое, более живое и красивое чем останки людей и их техники. Тамаз добился своего – к затонувшим кораблям она теперь в жизни не поплывет, не только сама, но и с кем – то еще. После посещения такого количества мертвых кораблей она чувствовала себя могильщиком! И это не смотря на отвлечения вроде «а смотри, как этот корабль заняли морские жители, а смотри, кто здесь поселился». Этот изверг, даже красивую рыбку умудрился показать ей в плавающую в куске чьего-то черепа!» Вот уж действительно на все сто озадачился ее воспитанием и отучением от «плохих людских привычек»!
Глава 7.
Дни проходили, Ольга, морально отошла от мертвых экскурсий и продолжала путешествовать вместе с Тамазом. Он вел какие-то наблюдения, смотрел на какие-то одному ему понятные отметки на скалах, осматривая какие-то растения, гоняясь за косяками рыб. По его словам - вел наблюдения за экосистемой черного моря. Проверял какие-то маяки (что общего у маяка и маленькой, серо-неприметной ракушкой Ольге было сложно понять). Пояснения части своих действий он давал, но это все смахивало на какую-то научную деятельность, в которую он настолько ушел с головой, что Ольга вроде бы получая ответы на свои вопросы, понимала далеко не все. Он иногда просто не понимал, что Ольге нужно объяснять вещи, которые для него были очевидны и элементарны, но отнюдь не для Ольги. Но девушка не отчаивалась, она смотрела, запоминала, училась, ведь иногда для обучения достаточно просто смотреть, а понимание придет потом, по крайней мере, Ольга надеялась, что придет.