-Да уж решилось,- присвистнула Ольга.
-Алина могла убить Олю!- возмутилась мама Ольги, - о чем она только думала!
-Но не убила же, мама, не горячись! Я по воле случая получила такой дар! Это же просто невероятно!
-Ну не совсем по воле случая,- фыркнула мама,- родинка то у тебя и впрямь есть, только насколько я помню не на плече, а на лопатке.
-Да, точно…а это значит…
-Это значит, что где-то в вашем роду был морской человек,- закончила мысль Надежда. – Странно только, что вы об этом не знаете…
-Не знаю, по крайней мере, мои родственники вплоть до прадедов не жили у моря и судя по истории их жизни, никто загадочно не исчезал,- прокомментировала мама Ольги. Разве что ее отец…
-Папа?
-Эм… не совсем… Твой отец…Ты не знаешь его. Он исчез из моей жизни раньше, чем узнал о тебе…
-Мой папа, не мой?- изумленно уставилась на мать Ольга.
-Да… так получилось,- мать виновато развела руками.
-А…какой он был? Куда исчез?- Ольга тут же набросилась на мать с расспросами. Не то чтоб она плохо относилась к бросившему их отцу... Хотя, если не кривить душой, нет, откровенно плохо и была рада услышать, что не обязана ему быть благодарной за свое появление.
- Он был… Замечательным, Мы вместе учились, он очень красиво ухаживал за мной, а потом, он так стремительно и непонятно исчез…Я до сих пор не знаю, куда он делся. И даже подарок его не сохранился…
- Хватит семейных драм, потом поговорите -- Ольга выжила и получила дар.,- прервала их разговор Надежда. – и, это на данный момент, ее главная проблема.
- Проблема, что выжила? – мама Ольги моментально «ощетинилась».
- Можно и так сказать,- равнодушно пожала плечами та.
- Мама, ты представь, я получила возможность пожить в море, и вечную молодость в придачу. Да и выбор между кладбищем и морем я точно решу в пользу последнего!- радостно рассмеялась Ольга, не обращая внимания на мрачный вид обеих женщин, - кстати, мама у меня для тебя уже есть подарок, - с этими словами Ольга нырнула и достала шкатулку.
- Смотри, что я нашла в море!
И пока мама Ольги, косясь на Надежду и явно думая чтоб такое сказать, рассматривала содержимое шкатулки, Ольга уминала принесенные ей блинчики с творогом, жаренные кабачки и запивала все это компотом. Мама таки захватила еду, интересно, что ж ей такое насказала Надежда, что мама так быстро пригремела черти куда да еще и с тормозком? Хотя, мама всегда такая - как ругать так первая, но стоит дочку кому обидеть... Пиши пропало — порвет на тряпки и имени не спросит.
Подняв голову от лакомств, Ольга поняла, что маму, увы, мало интересовало содержимое шкатулки. В отличии от Надежды – та любопытно рассматривала находку через плечо. Мама же задумчиво смотрела на Ольгу.
- И что будем делать теперь? Ты же поступать собиралась, учится…
- Ой, мам, я ж толком даже не знала на кого именно учиться хочу, вот будет как раз время подумать.
- Да уж, времени даже многовато…
- Мама, я тут подумала… Я всегда мечтала поехать к черному морю, попутешествовать, а теперь у меня есть такая возможность. – продолжала вдохновенно Ольга.- Я смогу столько увидеть! Одного дня в азовском море хватило б на пол жизни рассказов, а тут столько времени, столько возможностей. Мама, оказывается, я могу удивительно ориентироваться в воде, я так даже на суше не умею, и не факт, что научилась бы! Я могу очень быстро плавать, а морские обитатели принимают меня за свою. Ведь когда человек ныряет в море, все рыбы прячутся, а меня они нисколько не стесняются, я могу погладить рыбку как домашнюю собачку! Мама!
- Все, все, я поняла, что ты в восторге и от перспективы и от ситуации в целом. И разубеждать тебя не собираюсь, в этом нет ни нужды, ни смысла. Я просто предлагаю более трезво рассмотреть ситуацию и выяснить, как нам всем быть дальше. На данный момент, я так понимаю, ты точно не знаешь, что тебе понадобится в море кроме еды (хотя и еда немаловажный фактор, чтоб подумать, где ее достать). Давай сделаем так. Я буду приезжать суда каждый день вечером, привозить еду, а ты по мере надобности, сообщишь, что еще тебе нужно. Хорошо?
- Хорошо мамочка! А я давай поищу тебе еще что-то в море, глядишь поправлю наше не слишком прочное материальное положение,- с хитрой улыбкой радостно согласилась Ольга.
За ходом их разговора следила сидя в стороне мать Алины. И дослушав их она предостерегла, что лучше никому не рассказывать о Ольге. Люди ведь разные, но ничего доброго от них ждать не приходится. В лучшем случае ее могут выловить для сенсации, опытов, чтоб кому-то продать как диковинку, в худшем могут просто убить как нечто непонятное, а потому не имеющее право на существование.
Обрисованные перспективы не очень порадовали Ольгу и ее маму, и они единодушно решили никому не рассказывать, в смысле мама пообещала никому не рассказывать, что ее дочь русалкой стала, а Ольга пообещала быть осторожной и не попасть в сети к рыбакам. Мама Алины, судя по всему, тоже болтливостью не страдала. Прихватив «за молчание» одно из колец принесенных Ольгой она довольно равнодушно с ними распрощалась. Где была сама Алина, и что и кому могла она рассказать, как-то никто не подумал.
Более менее разобравшись с ситуацией, мама Ольги и Алины собрались домой, а Ольге предстояло ночевать в море. И хоть как она не храбрилась перед мамой, ночевать в море ей было как-то страшновато. Умом она понимала, что если просто заснет где-то на мелководье, то ее вряд ли кто-то поймает, а про хищников опасных для людей, а значит и русалок, в азовском море она вообще ничего не слышала. Но, когда затихли голоса мамы и Надежды, она огляделась с некоторой тоской. Родная кровать осталась дома, как и куча других таких привычных и потому незаметных вещей. Незаметных до тех пор, пока их не станет под рукой. Ольга, вздохнув, нырнула в пролом и выплыла в открытое море. Солнце садилось за материк, а с другой стороны вставала луна. В воде уже наступили глубокие сумерки, но на поверхности было еще относительно светло. Длинный июньский день закончился, но и ночь еще не спешила вступать в свои права. Ольга приплыла на обнаруженную днем далеко от берегов и маршрутов кораблей подводную «поляну» и, улегшись на песчаное дно с морской травой, смотрела сквозь толщу воды в небо. Небо постепенно темнело, и на нем загорались звезды, от легкого движения волн казалось, что звезды - это упавшие на поверхность воды светлячки. И Ольга со смехом едва подавила в себе желание протянуть руку и поймать одного из них. Вскоре засеребрилась во всей красе луна. Ее лучи придали морской воде какой-то мистический вид, и девушке казалось, что она лежит в серебристом тумане, который искрится сполохами отблесков рыб. Она чувствовала себя так, словно выбралась с палаткой ночевать на природу, а попала в сказку, и палатки не было, и звуки ночные были совсем иные. Окружавшие ее подводные звуки были более мягкими, гармоничными, - похожими на нежную тихую музыку. Она слышала, и даже как-то ощущала, потому, что это был какой-то иной слух, как по дну шуршал какой-то подводный рачок, слышала, как мимо проплыла стайка мелких серебристых рыбок. Их передвижение ознаменовалось легким колебанием воды, похожим на ветерок, и вспышкой серебристого отражения чешуи в свете луны. Лунные лучи пронизывали толщу воды и напоминали серебряные струны, на которых, водоросли, словно невидимый мастер, играли тихую неизведанную мелодию, еле заметно покачиваясь. Окутанная этой мистикой, чувствуя себя под неведомой защитой ставшей реальностью сказки, внимая такому новому и одновременно такому родному миру, Ольга незаметно для себя уснула.
§§§
Проснулась девушка от того, что что-то сверкало у нее прямо перед глазами и, приоткрыв глаза, с удивлением поняла, что это мелкая рыбешка пытается откусить кусочек ее волоса, который свободно плавал в толще воды. Рыбешка хватала кончик, тщательно пытаясь откусить, но это ей почему-то не удавалось и она, смешно скорчив рожицу (вот уж не подумала б что рыбы могут корчить рожицы, про себя улыбнулась Ольга), повторяла попытки вертясь и так и этак, а ее чешуя бликовала, попадая солнечными зайчиками прямо в глаза Ольги. Девушка пошевельнулась и рыбешка озадачено на нее уставилась, а когда Ольга потянулась после сна, рыбка-будильник и вовсе решила быстренько ретироваться, определив, что добыча, оказывается, крупновата для нее будет.