– Милорд, милорд? Твоя рана опасна?
Род улыбнулся, протянул руку и надолго прижал девушку к себе.
– Значит, не слишком, – произнесла она и, покраснев, отодвинулась. – Ручаюсь, что мой испуг был намного болезненнее твоей раны.
– Ах, малышка, малышка, – Род откинулся назад, баюкая ее здоровой рукой. – Мне было так одиноко во время этой скачки.
– Я явилась бы и раньше, господин, – сказала она извиняющимся тоном, – но мне пришлось подождать, пока ты не остановишься передохнуть. Теперь займемся плечом, – она приняла решительный, почти деловой вид. – Будет немного больно, милорд.
Род скрипнул зубами, когда она содрала с его плеча пропитанную кровью рубашку.
– Бинты в седельной сумке, – процедил он сквозь зубы, когда она закончила.
Гвен повернулась к Вексу, достала маленькую металлическую коробочку и нахмурилась:
– Что это за красный крест на ней, милорд?
– Просто символ, – засопел Род. – Он означает, что... э-э... перед тобой походная аптечка знахаря.
Девушка опустилась подле него на колени и застыла. Род нахмурился, гадая, чем это она занимается. Затем его плечо вновь пронзила боль, и он почувствовал, как наконечник стрелы медленно выходит по проложенному им каналу, причем, казалось, без всякого вмешательства извне.
Сквозь вызванный болью туман в его голову прокралась мысль: эти ведьмы были пределом мечтаний хирурга.
Наконечник вышел из его тела, затем стрела вдруг бешено закружилась в воздухе и разлетелась в щепки от удара о камень.
– Вот так, – прошипела Гвен, – я поступлю со всяким, кто причинит тебе вред, милорд.
Род поежился, осознав могущество силы, с которой он играл в кошки-мышки. Она потянулась за бинтами.
– Нет, нет! – коснулся ее руки Род. – Сперва порошок в серебристом конверте. Он остановит кровь.
– Я предпочла бы воспользоваться компрессом из трав, – с сомнением произнесла она. – Но как тебе будет угодно, милорд.
Род вздрогнул, когда сульфамид ужалил его. Затем боль отступила, и она принялась бинтовать.
– Кажется, что ты постоянно перевязываешь это плечо, – пробормотал Род.
– Да, милорд. Я думаю, тебе стоит быть с ним поосторожнее.
Поблизости кто-то довольно деликатно кашлянул.
Род поднял голову и увидел таящийся в тени приземистый силуэт.
Он поджал губы.
– Ну, а вот и изнуренный Аякс собственной персоной!
Гвендайлон прижала ему пальчик к губам в ласковом укоре.
Род коротко кивнул, злясь на самого себя, и пальчики упорхнули.
Он сделал здоровой рукой приглашающий жест.
– Что ж, подходи и присоединяйся к гулянке, Бром. Но будь осторожен: плоды победы сегодня горьки.
Бром подошел с опущенной головой и сцепленными за спиной руками и присел на ближайший корень.
Род нахмурился. В поведении карлика было нечто застенчивое, почти вкрадчивое.
– Что гложет тебя? – спросил он.
Бром вздохнул и положил руки на колени.
– У меня от твоих фортелей, Род Гэллоуглас, сегодня чуть голова не раскололась!
Род криво усмехнулся.
– По-моему, больше похоже на обострение язвы желудка. Мне кажется, ты был не слишком доволен таким поворотом дела?
– О нет, я был крайне доволен! И все же... – Бром упер локти в колени и положил подбородок на кулаки; он вновь выглядел смущенным, – признаюсь, что сперва я слегка обозлился на тебя.
– Неужто?!
– Да, но потом я понял твой план.
– Вот как? – поднял бровь Род. – Но ты ведь сразу догадался, что я блефую?
– Нет. Я постарел, Род Гэллоуглас...
Род фыркнул.
– Спасибо, – склонил голову Бром. – Но это правда. Я постарел, и меня нужно ткнуть носом.
– И что же тебя ткнуло носом?
– О, меня осенило после той жутко трогательной сцены, – улыбнулся Бром с оттенком сарказма. – Сперва Катарина могла только причитать: «Любовь моя, ты ранен!» и посылать за докторами и лекарствами, пока Туан не сумел подняться и уверить ее, что рана была не опасной. И тогда она с плачем уткнулась в его плечо, называя его своим повелителем, защитником, охранителем чести, и не успокоилась, пока он не поклялся обвенчаться с ней!
Лицо Брома смягчилось.
– Да, то было трогательное зрелище.
Род устало кивнул, закрывая глаза.
– Когда венчание?
– Как только они доберутся до церкви. Катарина устроила бы свадьбу, не сходя с места, но Туан вскричал «нет», она, мол, королева и воплощение женственности и должна обвенчаться так, как и подобает ее положению.
– Многообещающее начало.
– О, это еще не все! Когда Туан повернулся к лордам мятежникам и молвил:
– А как мы поступим с ними? – королева вскричала:
– Да как тебе угодно, мой господин! Покончи с этим поскорее и поедем!
– Добрый знак, – согласился Род. – И что он с ними сделал?
– Сбил с них цепи и велел вновь взять на себя заботу о своих доменах. Но он потребовал от каждого из них заложника двенадцати лет и младше, плоть от плоти их и знатного происхождения, для проживания в королевском замке.
Род нахмурил брови и кивнул:
– Должно сработать. Он получает средство устрашения и возможность воспитать новое поколение предельно преданных трону вельмож.
Он прислонился к грубой коре, чувствуя себя полностью опустошенным.
– Рад, что это сработало.
– Да, – глаза Брома пылали. – Эта страна навеки в долгу у тебя, Род Гэллоуглас. Ты спас нашу корону и развеял призрак долгой и кровавой гражданской войны. И, более того, ты дал нам короля.
– И врага общества номер один, – горько добавил Род.
На лицо Брома набежала тень. Род поглядел на него.
– Ты должен признать, что я теперь в некотором роде «persona non grata».
– Да, – проворчал Бром, – однако ты всегда найдешь приют в стране эльфов.
Род слабо улыбнулся.
– Спасибо, Бром.
– И все же, скажи мне! – Бром нахмурился, подавшись вперед. – Откуда ты прибыл? Когда тень нависла над нашей землей и не было ни малейшего проблеска надежды, тут вдруг явился ты, упав с неба, словно в ответ на наши молитвы – ты, у которого здесь нет ни кола, ни двора. Наши заботы не касались тебя, но ты все-таки принял их как свои собственные.
Он вытянул шею, глаза его горели.
– Почему ты спас нас?
В улыбке Рода появилась горечь.
– Ради Мечты.
– Что?.. – нахмурился Бром.
Род обратил свой взор к звездам, поколебался секунду, затем сказал:
– Векс, запиши это.
Он повернулся к Брому, затем к Гвендайлон, поднял здоровую руку и ткнул пальцем в небо.
– Поглядите туда. Видите эти звезды? Вокруг каждой из них кружатся миры, подобные этому, там встречаются влюбленные, враждуют люди, скидывают королей. Но большинство из них объединены единой властью, единым правительством – Децентрализованным Демократическим Трибуналом. И голос, отдающий приказы, – глас самого народа.
– Нет! – прогудел Бром. – Как же это может быть?
– Потому что голос каждого человека может быть услышан, его мнение складывается с мнением его сограждан. Связь – вот ключ ко всему. У вас здесь подобное правительство возникнуть не может, ибо ваши средства связи крайне несовершенны, хотя это странно, поскольку вы смогли бы создать лучшую в мире систему, если бы вы только захотели.
Он скрестил руки на груди и откинулся назад.
– Но у них там есть одна большая проблема. Видите ли, сфера их влияния постоянно расширяется. Каждый день по крайней мере один мир присоединяется к Трибуналу. При таких темпах их средства связи скоро не будут справляться с потоками информации. После этого они покатятся по наклонной плоскости к диктатуре.
– Но почему тебя это заботит? – буркнул Бром.
– Я работаю на них. Я коммивояжер, который летает и подготавливает новые миры для членства в ДДТ... если только они того захотят, что бывает всегда, и коль скоро они к тому готовы.
– И в чем же проявляется эта готовность? – улыбнулся Бром, стараясь быть терпеливым.
– Как я уже говорил тебе, в наличии развитой сети коммуникаций и, что даже важнее, определенного уровня знаний, образования.