— Я был там в то время, — чистосердечно признался я.
Мы проехали последний поворот и очутились прямо перед широко распахнутыми красивыми коваными железными воротами. Пока мы ехали по извилистой дороге к дому, лучи фар разрезали темноту, и я заметил, что когда-то тщательно возделываемые владения превратились в непроходимые джунгли.
— Выглядит так, будто здесь никто не живет, — тихо произнесла Мери. — Я не вижу в доме света.
— Думаю, что самый простой способ выяснить — это позвонить в дверь, — блеснул я сообразительностью.
Мы поднялись по каменным ступеням к массивной бронзовой входной двери, и я нажал кнопку звонка. После того как я проделал эту процедуру несколько раз, над крыльцом зажегся свет.
— Мы делаем прогресс, — сказал я.
— Я бы хотела оказаться сейчас в Лос-Анджелесе, — заявила Мери. — И плевать на Кёрка Малвени!
Тяжелая бронзовая дверь отворилась, и на пороге возник пожилой дворецкий. На какое-то мгновение наше внимание было приковано к голому черепу, обтянутому тонкой, желтой, похожей на сморщенный пергамент, кожей. Стоявшая рядом со мной Мери вздрогнула и впилась пальцами мне в руку.
— Добрый вечер, — глухо прошептала эта развалина.
В моей памяти что-то щелкнуло.
— Тэптоу? — догадался я.
С риском для жизни наклонив голову, еле державшуюся на тощей шее, он заморгал своими слезящимися голубыми глазками.
— Да, сэр. Я Тэптоу. Боюсь, что не припоминаю…
— Вы были с мистером Рэндом, — сказал я. — Моя фамилия Холман.
— Теперь я вспомнил, сэр. Это была ваша работа!
— Что вы имеете в виду? — строго спросила Мери.
— Мистер Холман совал нос туда, куда не следовало бы. — Он слегка выпрямился. — Но это не важно. Что сделано, того уж не вернешь.
— Мистер Кронин дома? — спросил я.
— Сейчас выясню, сэр.
Он мягко закрыл бронзовую дверь, и нам ничего не оставалось, кроме как стоять на крыльце и ждать.
— Тэптоу? — прошептала Мери. — Неужели это все наяву? Здорово! У меня от него мурашки по спине. А на что он намекал, говоря, что это ваша работа?
— Это было давно, — объяснил я. — Один человек нанял меня выяснить, что случилось с девушкой, которая будто бы была дочерью Рэнда. И я выяснил.
— Пит никогда не упоминал о том, что сохранил дворецкого, когда покупал этот дом.
— Может, он и не сохранил, — ободряющим тоном произнес я. — Может быть, этот Тэптоу, которого мы только что видели, исчез, как только закрылась дверь.
— Не надо! — Она еще сильней впилась ногтями в мою руку.
Снова отворилась бронзовая дверь, и Мери вздохнула с облегчением, увидев, что на пороге стоит все тот же пожилой дворецкий.
— Мистер Кронин в настоящий момент занят, — прошептал он. — Может быть, вы подождете в библиотеке?
Мы проследовали за ним по тускло освещенному холлу и вошли в просторную сводчатую комнату, три стены которой были заставлены стеллажами с книгами. Бронзовый полковник Уильям Коди[27] в натуральную величину стоял неподвижно в нише окна. Возможно, он вспоминал свои славные дела или сожалел о том, что в современном мире царит дикость и жестокость. Я немного надеялся ради него самого, что когда окружающий мир станет достаточно диким, то бизоны вернутся обратно.
— Не хотите ли выпить? — шепотом предложил Тэптоу.
— Водку со льдом, — быстро сказал я, опасаясь, что он передумает. — Как насчет тебя, Мери?
— То же самое, — нервно ответила она.
Дворецкий выплыл из комнаты так, будто налетел легкий бриз и подхватил его с собой.
Как только за Тэптоу закрылась дверь, Мери ткнула указательным пальцем в бронзовую статую и спросила:
— Кому могла прийти в голову мысль поставить это в виде украшения?
— Ли Рэнду, — ответил я. — Кому же еще?
— У меня мурашки бегут по спине… от этого дворецкого и от этого дома у меня по спине бегут мурашки!
— Над этим местом до сих пор витает тень Ли Рэнда, — объяснил я. — Ничто не изменилось в этой комнате с тех пор, как я последний раз находился в ней. Кстати, а кто, черт возьми, этот Пит Кронин?
— Один друг Аманды, — резко ответила Мери. — Я вам об этом уже рассказывала.
— Чем он зарабатывает себе на жизнь?
— Он художник.
— Зачем это художнику понадобился такой дом?
— Откуда, черт возьми, мне знать!
— А ты точно уверена, что хорошо знаешь Аманду Малвени? — огрызнулся я.
— Рик! — Она с упреком поджала нижнюю губу. — Не набрасывайся на меня сейчас, а то я упаду в обморок.
Вновь появившийся дворецкий принес поднос с напитками и поставил его на стол.
— Мистер Кронин скоро придет, сэр. Что-нибудь еще?
— Я слышал, что после смерти мистера Рэнда дом пару лет пустовал, — сказал я. — Фантастическое совпадение! Я хочу сказать, то, что мистер Кронин нашел вас здесь.
— Мистер Кронин нашел меня прямо в этом доме, — прошептал дворецкий. — Я никогда и не покидал его, потому что, согласно воле мистера Рэнда, выраженной в завещании, я могу жить в этом доме до конца моих дней. Любой, кто желал приобрести дом, должен был вместе с домом приобретать дворецкого. Понимаете?
— Похоже, новый владелец не стал ничего менять?
— Он настаивает на том, чтобы все было так, как при жизни мистера Рэнда.
Он наклонил голову, наверное, на целую четверть дюйма, а затем снова медленно выплыл из комнаты. Мери тихо вздохнула и целеустремленно направилась к столу с напитками, словно почтовый голубь, страдающий алкоголизмом.
— Знаешь, что я тебе скажу? — Она быстро отхлебнула водки. — Этот старик в душе тебя ненавидит.
— Он обвиняет меня в том, что случилось с Рэндом, — сказал я. — Он неправ, но я его понимаю.
Она огляделась с выражением отвращения на лице.
— Остальная часть дома выглядит так же, как эта?
— Не знаю, — признался я. — Я там никогда не бывал.
— Точно так же — вдруг прозвучал низкий баритон. — Похожа на мавзолей. Доходит до того, что спустя какое-то время начинаешь стыдиться, что ты живой.
— Пит? — вздрогнула Мери. — Ты так незаметно по, крался, что до смерти напугал меня!
Тип, стоявший в дверях и баюкавший в руках бокал, медленно улыбнулся ей.
— Привет, Мери. Наверное, именно это называется приятным сюрпризом.
У него было лицо стареющего херувима, а выглядел он лет на тридцать пять. Редкие вьющиеся каштановые волосы были аккуратно расчесаны в тщетной попытке прикрыть намечающуюся плешь. Длинные изогнутые ресницы придавали его карим глазам явно фальшивый невинный взгляд, а чахлая бороденка, окаймлявшая его пухлый подбородок, выглядела просто нелепо. Роста он был чуть ниже среднего, и его тучное тело на коротких ногах казалось весьма неустойчивым. Глядя на то, как он одет, можно было подумать, что находишься на вечернем представлении в «Метрополитен-опера». На нем был черный мохеровый костюм: узкие брюки, двубортный пиджак на четырех пуговицах с отделкой кантом из черного атласа и белая кружевная рубашка-жабо.
— Это Рик Холман, — махнула рукой в мою сторону Мери. — Рик, это Пит Кронин.
— Тэптоу рассказал мне все о вас. — Кронин слегка поклонился мне. — А могу я спросить, чему я обязан удовольствием лицезреть вас?
— Рик хочет поговорить с Амандой, — объяснила Мери. — Я подумала, что она может быть с тобой.
— Увы и ах! — Он печально покачал головой. — Не удостаивает более она своим присутствием мое одинокое жилище. В одно прекрасное утро она попросту исчезла, пока я пребывал в объятиях Морфея. Ни залитой слезами записки на крышке комода, ни увядшей розы на подушке рядом с моей головой!
— У вас имеются какие-нибудь догадки по поводу ее теперешнего местопребывания? — спросил я у него.
— Никаких. — Он подошел к столу и осторожно примостился на краю. — Полагаю, ваш интерес к очаровательной Аманде чисто профессиональный, мистер Холман?
— Безусловно, — подтвердил я.
— Какая потрясающая сдержанность! — Он покрутил рукой, и бренди в бокале заколыхалось. — Вам нет нужды быть сдержанным, мистер Холман. Ее сумасшедший братец уже нанес мне визит и рассказал эту невероятную историю. Должен признать, что всегда считал Аманду ведьмой, но без этих ведьминских штучек — летучих мышей, засушенных жаб и прочего.
27
Уильям Коди по прозвищу Буффало Билл (то есть Билл Бизон) — водил почтовые дилижансы, охотился на бизонов, участвовал в войнах с индейцами, с 70-х годов до самой смерти в 1916 г. гастролировал по всему миру с шоу «Зрелище Дикого Запада».