В 1930–х годах Пекинская православная миссия продолжала работать, несколько даже расширив свое присутствие в Китае[612]. После смерти Иннокентия (Фигуровского) кафедру возглавил (стал главой 19–й миссии) архиепископ Симон (Сергий Виноградов). Другим претендентом на кафедру был сын Митрофана Цзи, протоиерей Сергий Чан Фу (Чан Сицзи), обратившийся за поддержкой к гоминьдановскому правительству в Нанкине. Правительство Китайской Республики утвердило его начальником Российской духовной миссии в Пекине. Сергий Чан доказывал, что основная задача миссии — проповедь христианства среди китайцев, а не забота о русских эмигрантах[613].
Весной 1933 года, после смерти архиепископа Симона, главой Российской духовной миссии в Пекине (последней, 20–й) стал епископ Виктор (Святин)[614], накануне рукоположенный в епископа Шанхайского. Новый епископ был представителем русских беженцев, он не был подготовлен к миссионерской деятельности, которой и не занимался[615]. Данное назначение оспаривал Сергий Чан, обратившийся за поддержкой в Москву к местоблюстителю патриаршего престола митрополиту Сергию (Старгородскому) и получивший его признание. Еще в 1930 г. протоиерей Сергий Чан основал в Тяньцзине первый в Китае китайский православный храм, который был назван Свято–Иннокентиевским. Одновременно из китайцев сформировался главный храмовый административный совет. В этот храм для принятия участия в церковной жизни приходили не только верующие китайцы, но и русские. В богослужении использовался китайский язык. В 1933 г. протоиерей Сергий Чан через посредство митрополита Японской православной церкви Сергия (подданного СССР) установил связь с православной церковью в Советском Союзе и признал Московскую патриархию. Этот поступок вызвал острые противоречия между ним и Виктором (Святиным). Сергий Чан не признал нового главу миссии, возведенного вскоре в сан епископа[616].
Одним из центров православия в Китае стал Синьцзян. В начале 1930–х годов вместе с беженцами из СССР туда прибыло еще несколько православных священников[617]. В 1934 г. Собор епископов в Сремских Карловцах ходатайством начальника Пекинской миссии епископа Виктора постановил хиротонисать отца Ювеналия (Килина) в епископа Синьцзянского, второго викария Русской духовной миссии с резиденцией в Урумчи[618]. Но рукоположенный в 1935 г. в епископа Синьцзянского Ювеналий так и не смог выехать к месту служения.
Важным центром православия в Китае был Шанхай. В 1934 г. в Белграде состоялось посвящение в епископа Иоанна (Максимовича). Епископ Шанхайский восстановил церковное единство в Шанхае. При нем в 1934 г. Был достроен собор в честь иконы Божьей Матери (построен вместо разрушенного японским снарядом кафедрального Богоявленского собора, похожего на разрушенный в Москве Храм Христа Спасителя)[619]. В 1935 году, когда Российская духовная миссия в Пекине торжественно отметила свой 225–летний юбилей, в Шанхае было учреждено «Китайское православное братство»[620]. Наместником духовной миссии в сане архимандрита в Шанхае стал Гавриил (Огородников)[621].
Существование двух православных епархий в Китае осложнилось в годы японской оккупации, а после начала Второй мировой войны православная церковь в Китае оказалась изолированной от всего православного мира[622]. На завершающем этапе войны, когда победа Советского Союза над Германией и поражение Японии в войне на Дальнем Востоке уже не вызывали сомнений, православное духовенство в Китае предприняло попытки сближения с Москвой. В 1944 г. архиепископ Виктор через советское посольство обратился с рапортом на имя патриарха Алексия с просьбой о воссоединении с патриаршей церковью. В марте 1945 г. с тем же предложением обратился в Москву из Дайрена (Дальнего) священник Иоанн Петелин. В 1945 г. с возведением в сан архиепископа был принят в общение Московской патриархией Хайларский викарий Харбинской епархии Димитрий (Вознесенский)[623]. Наиболее активно искал связи с Москвой архиепископ Нестор (Анисимов), известный в прошлом своими связями с русскими фашистами и японцами[624].
С окончанием Второй мировой войны православие в Китае вступает в новый этап своего развития. 27 декабря 1945 г. постановлением Священного Синода Русской православной церкви Российская духовная миссия в Пекине и Харбинская епархия вошли в юрисдикцию Московского Патриархата (Харбинская и Пекинская епархии)[625]. На территории Китая был образован Восточно–Азиатский округ Московского Патриархата, с пребыванием возглавлявшего округ архиепископа Нестора в городе Дальний. Это привело к расколу: часть духовенства пошла за епископом Шанхайским Иоанном и осталась в подчинении Зарубежной церкви.
В июне 1946 г. на территории Китая был образован ВосточноАзиатский экзархат Московского Патриархата, который возглавил Нестор[626] с возведением его в сан митрополита Харбинского и Маньчжурского[627]. Он озвучил планы возобновления миссионерской деятельности миссии в Пекине, но патриарх внес коррективы в систему управления дальневосточными епархиями, и архиепископ Виктор перешел в непосредственное подчинение патриарху[628], а Российская духовная миссия была переведена в непосредственное ведение Московской Патриархии. 22 октября 1946 г. Священный Синод постановил утвердить в должности начальника Российской духовной миссии в Китае архиепископа Пекинского Виктора (Святина) и считать его находящимся по епархиальным делам в юрисдикции экзархата, а по делам миссии — в личной юрисдикции экзарха. Этим же определением Пекинская епархия и ее шанхайское викариатство были утверждены в составе Восточно–Азиатского экзархата. Таким образом, на территории Китая сформировались два церковных центра — экзархат в Харбине и миссия в Пекине.
В 1948 г. китайские власти арестовали в Харбине митрополита Нестора и нескольких русских священников, а затем депортировали их в СССР[629]. В управление Харбинской епархией вступил епископ Цицикарский Никандр[630], утвержденный Москвой в должности управляющего экзархатом.
Некоторые перемены произошли в церковной жизни в Синьцзяне, где в 1946 г. после смерти настоятеля Кульджинского прихода Ф. Солошенко прихожане возбудили ходатайство перед Московской Патриархией о назначении священника из СССР. На должность благочинного православных церквей Синьцзяна и настоятеля Николаевского храма в Кульдже был назначен протоиерей Д. Млодзяновский. Из‑за отсутствия в это время связи с Пекином он находился в непосредственном ведении Московской Патриархии. Восстановленное Синьцзянское благочиние состояло из следующих приходов: в Кульдже, кроме большого храма, был малый, возглавляемый В. Кочуновским, в Чугучаке служили о. Акимов и Е. Тимаков, в Урумчи — И. Филонский, в Лоуцоугоу — М. Маляровский[631].
В условиях гражданской войны в Китае усугубился раскол православной церкви. Положение осложнялось и тем, что Шанхайский епископ Иоанн (Максимович) вернулся в ведение Зарубежного Синода[632]. Гоминьдановское правительство, враждебно относившееся к начальнику миссии владыке Виктору, принявшему советское гражданство, покровительствовало владыке Иоанну, признавая его законным представителем интересов православной церкви в Китае и начальником миссии. Епископ Иоанн предпринимал меры к перерегистрации и переоформлению церковного имущества. Северное подворье миссии в Пекине (Бэйгуань) предполагалось сделать китайской собственностью. Интересы владыки Виктора в Китае защищали представители советских властей[633]. В октябре 1946 г. архиепископ Виктор был даже арестован китайскими властями в Шанхае[634]. Для того, чтобы сохранить за архиепископом Виктором имущественные права на территорию миссии в Пекине, использовались документы, подписанные китайской и советской сторонами 31 мая 1924 года, в которых говорилось, что Бэйгуань является собственностью СССР[635]. Положение миссии в гоминьдановском Китае осложнялось и враждебным отношением к ней со стороны инославных миссионеров, все они видели в православной миссии «советское учреждение» в Китае. Впрочем, именно так ее называли иногда и русские архиереи. Местное русское духовенство в большинстве своем мечтало о возвращении в Россию, часть намеревалась эмигрировать. К осени 1948 г. в Шанхае проживало 8 тыс. русских эмигрантов, многие из них стремились покинуть Китай. Массовая эмиграция началась после занятия коммунистами Пекина, 4 мая 1949 г. отбыл на Филиппины и архиепископ Шанхайский Иоанн (Максимович) со своей паствой и клиром. Большая часть епархиального имущества была вывезена, документы Совета миссии частично уничтожены.
612
Протоиерей Димитрий Успенский командирован в Гонконг в 1933 г. начальником Российской духовной миссии в Китае епископом Виктором (Святиным). В то время в Гонконге проживало немало православных эмигрантов из России. Помимо их окормления, отцу Димитрию также поручили окормлять домовые храмы в Гуанчжоу, Макао и Маниле.
613
Русские эмигранты в Тяньцзине так оценивали ситуацию разногласий между китайскими православными священниками и русскими: «Как волка ни корми, а он все в лес смотрит. Так, кажется, обстоит дело и с китайцами. Как с ними не возись, какие услуги им не оказывай, — благодарности ждать не приходится. Возникают опасения, как бы этот конфликт не разросся в ссору православных русских и китайцев между собой и не повлек за собой захват китайцами русской православной миссии в Пекине.». См.: Китай и русская эмиграция в дневниках И. И. и А. Н. Серебренниковых. Т. I. С. 186—187.
614
В миру — Леонид Викторович Святин (1893—1966). В 1921 г. был пострижен в монахи в Успенском монастыре в Пекине и получил имя Виктор. В 1922 г. стал настоятелем Покровской церкви в Тяньцзине. В ноябре 1932 г. в Белграде рукоположен в епископа Шанхайского, в 1937 г. был возведен в сан архиепископа.
615
Русский эмигрант И. И. Серебренников писал: «К сожалению, молодой епископ почти все свое епископское время провел на миру, ему не пришлось посидеть в тиши монастырской кельи. Мне кажется, он вступает в свое епископское служение без достаточного запаса богословских знаний. За свое пребывание здесь он не усвоил так необходимых в Китае языков: английского и китайского. Едва ли поэтому он сможет развить здесь когда‑либо миссионерскую деятельность. Он был и останется нашим беженским пастырем, любимым своею паствою» См.: Китай и русская эмиграция в дневниках И. И. и А. Н. Серебренниковых. Т. I. С. 269—270.
616
Учрежденную Чан Фу Китайскую православную церковь называли «красной партийной церковью», и его противники даже подстрекали белоэмигрантов во время проведения воскресного богослужения кидать в окна храма камни, устраивать беспорядки. Движение Чан Фу было поддержано китайской церковью и частью русской церкви. Таким образом, во главе с Чан Фу Китайская православная церковь впервые превратилась в независимую церковную организацию для китайских верующих. Тяньцзиньский Свято–Иннокентиевский храм всегда относился к Китайской православной церкви, служившие в этом храме священники были китайцами, после Чан Фу там служили Жуй Сяньчжан, Ду Жуньчэнь, Ду Ли–кунь и прочие.
617
В числе вновь прибывших были священнослужители Павел Кочуновский, Михаил Маляровский, Иоанн Филонский, Дмитрий Любов, Кудрявцев.
618
Епископ Ювеналий (в миру Иоанн Кельсиевич Килин) (1875—1958). В 1889 г. закончил Сарапульское уездное училище, в 1900 г. пострижен в монахи с наречением имени Ювеналий. После войны в 1946 г. владыка назначен на Шанхайскую кафедру, в том же году закончил богословский факультет в Харбине. В 1947 г. он вернулся на Родину, где был определен епископом Челябинским, затем возглавлял кафедры в Иркутске, Омске, Ижевске.
619
В 1940 году, например, в этом соборе на пасху собралось до 5 тыс. человек. См.: Воскресенский ДЯШанхай многоликий // Восточная коллекция. 2006. № 3. С. 25.
620
Возглавлял «Китайское православное братство» известный бизнесмен Андрей Павлович Юй (Юй Цяцин), его заместителями были адвокат Петр Чжан и священник Илья Вэнь.
621
Огородников Дмитрий Иванович (Гавриил) (1890—1971). Эмигрировал во время Гражданской войны, в 1926 г. он поступил на службу в Миссию, в 1931–м принял монашество. В 1934—1937 годах служил в Дальнем, в 1937—1938 годах был настоятелем церкви в Тяньцзине, в 1938 г. переведен в Шанхай. В 1948 г. переехал в СССР, где был рукоположен в епископа Хабаровского и Владивостокского.
622
Современные китайские историки обвиняют православную церковь в сотрудничестве с оккупантами. Китайцы полагают, что с целью снискать покровительство японского империализма, российская православная церковь примкнула к агрессорам, а прояпонская марионеточная власть посредством православной общины стала организовывать эмигрировавшие в Китай белогвардейские элементы, прежде всего, создав Антикоммунистический комитет российских эмигрантов.
623
Вознесенский Николай Федорович (1871 — 1947) — выпускник Московской духовной семинарии, настоятель собора в Благовещенске (1909—1920). С 1923 г. настоятель Иверской церкви в Харбине. В 1934 г. был рукоположен во епископа Хайларского.
624
Нестор, в миру — Анисимов Николай Александрович (1884—1962). В 1907 г. пострижен в монашество, рукоположен в сан иеромонаха и отправлен миссионером на Камчатку. В 1914—1915 годах руководил санитарным отрядом на фронте. В 1916 г. был избран в первого самостоятельного епископа Камчатского и Петропавловского, в 1921 г. основал Камчатское подворье в Харбине. В 1933 г. епископ Нестор возведен в сан архиепископа. В 1945 г. назначен Святейшим патриархом Московским и всея Руси Алексием управляющим Харбинской епархией.
625
В июле решение об обращении с этой просьбой было принято на Епископском совещании в Харбине, в августе с подобной просьбой обратился архиепископ Виктор. Определением Синода от 27 декабря 1945 г. решено считать воссоединенными с Русской Православной Церковью с 26 октября 1945 г. всех архипастырей в Китае — архиепископов, епископов и архимандритов, начальника Корейской миссии, а также клир и мирян Харбинской епархии.
626
Архиепископ Нестор был возведен в сан митрополита и возглавил Харбинскую епархию в начале 1946 г. после смерти митрополита Мелетия.
627
Округ объединял несколько епархий и пользовался определенной самостоятельностью.
628
Тем не менее, Нестор создал миссионерский комитет, в помещении Благовещенского храма Пекинского подворья планировалось открыть миссионерские курсы китайского языка и начальную миссионерскую школу. Во Внешней миссии при экзархате была учреждена Китайская духовная миссия в Фуцзядяне (китайском районе Харбина) во главе со священником Даниилом Хэ. На Богословском отделении лицея Св. Александра Невского было открыто Ориентальное отделение, на котором преподавался китайский язык.
629
13 июня 1948 г. в кафедральном соборе Харбина духовенство епархии служило молебен о собирающемся в путешествие — в Москву на Собор — экзархе, митрополите Несторе. Рано утром в понедельник 14 июня экзарх был задержан китайскими властями. Одновременно с ним задержаны секретарь Епархиального совета Е. Н. Сумароков, секретарь владыки Нестора священник Василий Герасимов и монахиня Зинаида (Брид–ди). Генеральное Консульство СССР в Харбине было информировано о том, что митрополиту Нестору инкриминируются деяния политического характера, что заключенные не подлежат освобождению и депортируются в СССР. В Хабаровске митрополит Нестор на суде был обвинен в антисоветской деятельности: она заключалась в написании книги «Расстрел Московского Кремля» и совершении панихид по убиенным в Ала–паевске родственникам семьи императора Николая II. Владыка Нестор восемь лет провел в заключении в мордовском поселке Явас. С 1956 г. — митрополит Новосибирский и Барнаульский, с 1958 г. — митрополит Кировоградский и Николаевский.
630
В миру — Викторов Леонид Николаевич (1891 — 1961) — главный военный священник Земской Приамурской рати (1922). После эмиграции служил в Ханькоу и Харбине. Хиротония во епископа состоялась 22 сентября 1946 года.
631
Освобождение Синьцзяна Народно–освободительной армией Китая открыло возможности для восстановления прерванных связей Синьцзяна с Пекином. Из Пекина, не зная о назначении Млодзяновского, направили на должность настоятеля храма в Урумчи протоиерея Геннадия Карасова. Несогласованность в действиях Пекина и Москвы привела к некоторым недоразумениям. Г. Карасов в январе 1951 г. погиб, а в 1952 г. был отозван в Советский Союз Д. Млодзяновский, его место занял протоиерей П. Кочуновский. Старые распри возобновились, православная община раскололась на сторонников Москвы и Пекина.
632
Зарубежный Синод в 1946 г. возвел епископа Иоанна в архиепископы и сделал его независимым от Пекина. Большая часть священников и все эмигранты, не принявшие советского гражданства, признали полномочия архиепископа Иоанна.
633
Владыка Виктор писал в Москву: «мне в первые же дни управления пришлось встретиться с крайней агрессией православного китайского духовенства. теперь православные китайцы и маньчжуры снова восстали против меня». В рапорте патриарху Алексию протоиерея Валентина Синайского из Пекина говорилось: китайцы идут стадно за своими священниками. Если Миссия будет захвачена китайцами, то миссионерское дело в Китае быстро придет к концу, так как старые китайские священнослужители дряхлы, а молодые, не в осуждение им будет сказано, недостаточно проникнуты христианским духом и смотрят на свое служение как на заработок». См.: ПоздняевД. Православие в Китае (1900—1997). М., 1998. С. 99.
634
Он был арестован за участие в Антикоминтерновском союзе.
635
В свое время начальник 18–й Духовной миссии митрополит Иннокентий (Фигуров–ский) сохранил Бэйгуань за Миссией лишь потому, что ему удалось оспорить этот документ и доказать китайским властям, что правопреемником церкви на владение имуществом не может являться атеистическое советское государство. Через двадцать лет начальнику 20–й Миссии для сохранения Бэйгуаня пришлось доказывать обратное, фактически безвозмездно отдавая советским властям церковные земли.