1. Сахаров А. Д. Нарушение CP-инвариантности, C-асимметрия и барионная асимметрия Вселенной. — Письма в ЖЭТФ. 1967, т. 5, с. 32.
2. Сахаров А. Д. Барионная асимметрия Вселенной. — ЖЭТФ. 1979, т. 76, с. 1172.
3. Сахаров А. Д. «Антикварки во Вселенной». Сборник «Проблемы теоретической физики», посвященный 60-летию Н. Н. Боголюбова. М., Наука, 1969. с. 35.
4. Weinberg. Closing talk at the Symposium «The Universe of Large Red Shifts» at the N. Bohr Inst., Copenhagen, Center for Astrophysics, preprint № 1251 (1979).
5. Сахаров А. Д. Многолистная модель Вселенной. Препринт ИПМ № 7, 1970.
6. Сахаров А. Д. «Космологические модели Вселенной с поворотом стрелы времени». — ЖЭТФ. 1980, т. 79, с. 689.
7. Сахаров А. Д., Зельдович Я. Б. — Ядерная физика. 1966, т. 4, с. 395.
8. Сахаров А. Д. Массовая формула для мезонов и барионов с учетом шарма. — Письма в ЖЭТФ. 1975, т. 21, с. 554; Препринт ФИАН. № 31, 1975.
9. Сахаров А. Д. Массовая формула для мезонов и барионов (1979; направлено в печать). Опубликовано в ЖЭТФ. 1980, т. 78, с. 2112. — Примечание 1991 г.
10. Сахаров А. Д. Оценка постоянной взаимодействия кварков с глюонным полем (1979; направлено в печать). Опубликовано в ЖЭТФ. 1990, т. 79, с. 350. — Примечание 1991 г.
11. Сахаров А. Д. Вакуумные квантовые флуктуации в искривленном пространстве и теория тяготения. — ДАН СССР. 1967, т. 177, с. 70.
12. Сахаров А. Д. Рукопись. 10 машинописных страниц (в Отделе теоретической физики ФИАНа СССР).
13. Сахаров А. Д. Топологическая структура элементарных зарядов и CPT-симметрия. Проблемы теоретической физики. Сборник статей памяти И. Е. Тамма. М., Наука, 1972, с. 32.
14. Сахаров А. Д. Кварк-мюонные токи и нарушение CP-инвариантности. — Письма в ЖЭТФ. 1967, т. 5, с. 36.
На той же страничке, лежащей в папке, записан адрес А. Д. в Горьком, список сотрудников, которые могли бы поехать к нему в ближайшее время (в него вошли Калашников, Фейнберг, Фрадкин, Файнберг, Дрёмин, Киржниц, Линде, Воронов, Зайкин), и те дела, которые они должны сделать перед отъездом (в частности, такая запись карандашом: «Телеграмму А. Д. — о том, когда и кто приедет, — просила Е. Г. 21.04»). Позже появились многочисленные приписки с номерами телефонов в Институте химии АН СССР, куда официально командировались сотрудники Отдела. По тому, сколь небрежны и отрывочны записи на этом листке, можно понять, что в серьезность всего происходящего все еще верилось с трудом, казалось, что это — недоразумение, которое должно вскоре разрешиться. Видимо, во мне «замерзла» эйфория начала хрущевской эпохи, когда думалось, что возврата к сталинским методам быть не может. Этим же объясняется тот факт, что я вначале довольно нечетко фиксировал поездки сотрудников, записывая лишь их фамилии, год, месяц поездки, но не точную дату. Лишь с середины 1982 г. я стал точно фиксировать и число. Всего было 23 поездки (по годам: 1980 — 3; 1981 — 0; 1982 — 5; 1983 — 7; 1984 — 3; 1985 — 2; 1986 — 3), в которых участвовало 17 сотрудников отдела (первый раз вместе с нашими сотрудниками выезжал ученый секретарь института). Полный список приводится ниже.
Поездки в Горький
1980 г. 11 апреля — Гинзбург, Шевелько, Калашников
май — Файнберг, Линде
июнь — Фейнберг, Калашников
1982 г. апрель — Фрадкин, Чернавский
14 мая — Киржниц, Линде
июнь — Фрадкин, Калашников
19 августа — Фейнберг, Линде
23 сентября — Файнберг, Васильев
1983 г. 17 января — Андреев, Ритус
15 марта — Васильев, Шабад
19 мая — Дрёмин, Фрадкин
6 июня — Файнберг, Линде
12 октября — Калашников, Воронов
1 декабря — Андреев, Киржниц
22 декабря — Гинзбург
1984 г. 9 февраля — Ритус, Чернавский
4 апреля — Линде, Фейнберг
12 ноября — Болотовский, Фрадкин
1985 г. 25 февраля — Линде, Чернавский
16 декабря — Фейнберг, Фрадкин
1986 г. 27 января — Киржниц, Линде
2 апреля — Васильев, Каллош
21 мая — Файнберг, Цейтлин
Нерегулярность поездок определяется, прежде всего, периодами голодовок А. Д. Сахарова. Со стороны Отдела ни разу не было отказа, если предоставлялась возможность контакта. Наибольшее число раз навещали А. Д. в Горьком Линде (7 раз), Фрадкин (5 раз), Калашников, Файнберг, Фейнберг (4 раза), научные интересы которых были наиболее близки интересам Андрея Дмитриевича.
Как-то так получилось, что ссылка А. Д. совпала по времени с моментом резкого роста во всем мире интереса к его идеям о барионной асимметрии Вселенной. Так, С. Вейнберг написал 28 апреля 1980 г. письмо на имя директора ФИАНа Н. Г. Басова с просьбой прислать оттиски работ Сахарова. Оно было передано Гинзбургу, а затем Сахарову. В 1980 г. согласно составленному нами плану было намечено еще 4 поездки (сентябрь-декабрь). Гинзбург послал 1 сентября 1980 г. следующее письмо:
1 сентября 1980 г., Москва
Глубокоуважаемый Андрей Дмитриевич!
В согласии с имеющимся у нас планом предполагается, что в Горький для обсуждения с Вами научных вопросов в сентябре приедут Е. С. Фрадкин и А. Д. Линде.
К сожалению, по случайным причинам они могут быть в Горьком лишь в конце месяца. Если у Вас имеются в этой связи какие-либо пожелания, сообщите мне, пожалуйста, о них (во избежание недоразумений с почтой, лучше всего послать заказное письмо на ФИАН).
Была даже послана телеграмма о приезде Фрадкина и Линде, и тут мы получили ответную телеграмму с просьбой отменить поездку, а затем и следующее письмо:
Глубокоуважаемый Виталий Лазаревич!
Поездки моих коллег, сотрудников ФИАНа, дающие мне возможность обсудить при личном общении животрепещущие научные вопросы, не отрываться от научной жизни Теоротдела — всегда ценны и радостны для меня. Мне был бы в частности очень важен и приятен приезд Ефима Самойловича Фрадкина и Андрея Дмитриевича Линде, о которых Вы пишете. Но сейчас я вынужден просить Вас воздержаться от их командирования. Первая причина — неясность с разрешением на поездку в Горький В. Я. Файнберга и Д. А. Киржница (в особенности важную в силу близости их научных интересов к моим). Для поездок выделены только 4 сотрудника ФИАНа, что вообще выглядит более чем странным. Принципиально недопустимо, чтобы в решении такого вопроса принимали участие какие-либо «инстанции», вообще кто-либо, кроме непосредственно заинтересованных лиц.
Я считаю совершенно незаконным объявленный мне 22 января 1980 г. «режим». Но даже этот режим запрещает контакты со мной только для иностранцев и для «преступных элементов». Я никак не могу согласиться с тем, что В. Я. Файнберг и Д. А. Киржниц и остальные (кроме четырех) сотрудники ФИАНа являются «преступными элементами» и я уверен, что и Вы также разделяете это мнение.
Вторая причина — в следующем. 12 августа я послал письмо в Президиум Академии наук Е. П. Велихову с просьбой содействовать в получении разрешения на выезд из СССР невесты нашего сына Е. К. Алексеевой. В письме я объясняю, почему этот вопрос приобрел для меня такое важное значение, а также рассказываю, как в это дело была вовлечена партийная организация ФИАНа. Ответа из Президиума Академии я до сих пор (14.IX) не получил. Фактически Алексеева оказалась в положении заложника, чего я никак не могу допустить.
Поэтому я вынужден, пока Алексеева не будет выпущена из СССР, и пока с сотрудников Теоротдела, кроме четырех, не будет снят запрет на поездки, воздерживаться от каких-либо контактов с советскими научными учреждениями, в частности, с Академией наук и с ФИАНом.
14.IX—1980.
С уважением, А.Сахаров
P.S. Нетривиальность моего положения возможно вынудит меня опубликовать это письмо.