Я поерзал. Повернулся. Перекатился на другой бок. Вытянулся на спине. "Дурная голова..." - сам себе вспомнил я, надеясь хоть так урезонить беспокойное любопытство, но - тщетно.

   Нет уж! Я упрямо скрестил руки на груди, как бы показывая всем своим видом, что не собираюсь вестись на поводу у глупых желаний.

   - Это глупо, - сказал я вслух, когда уже готов был плюнуть на все и броситься к двери.

   Получалось по-прежнему плохо.

   - Глупо! - терпеливо повторил я, стараясь отвлечь себя рассуждениями. - Что толку выходить из комнаты ночью? Стены и картины - плохие собеседники. Просто посмотреть дом? А смысл?.. Только если соберусь уйти... но откуда, зачем? И кто тогда объяснит мне...

   Тут я замолчал, смущенный внезапно пришедшей мыслью.

   А хочу ли я знать ответ?

   Я заерзал уже нервно. Комната, вытканная в полумраке лунными бликами, вдруг стала неуютной, кровать - жесткой и неудобной, а дверь - зловещей. И когда она с надсадным скрипом открылась вовне, обнажив темный зев коридора, я резко подался назад, вжавшись к кровати.

   Оцепенение спало почти сразу: я увидел того, кто решил нанести мне столь поздний визит.

   Снежно-белые волосы рассыпались по плечам, алебастровая кожа в холодном лунном свете казалась мертвенно-бледной, а аметистовые глаза насмешливо поблескивали. Скудное освещение резко, почти с геометрической четкостью линий обозначило и без того острые скулы, угольно-черные брови и хищный разрез ноздрей.

   - Значит, мне не показалось. Я действительно слышал ваш голос.

   Скрипнули половицы под мягкими вкрадчивыми шагами, тихонько вздохнуло кресло.

   Я молчал, стараясь не выдать напряжение ни позой, ни жестом, ни взглядом. Только пальцы сцепил в замок.

   - Что ж, я вас слушаю.

   Голос - холодный и незнакомый. И глаза - непроницаемые фиалковые зеркала. Будто прорези маски, насмешливой и снисходительной.

   - Простите?..

   Вопрос, недоумение, непонимание. На этот раз - искреннее.

   - Почему вы еще живы?

***

   "Еще жив"? О чем он?

   - Я не...

   ...не успеваю договорить: воспоминания обрушиваются штормовым валом, ударной волной - и захлестывают с головой; и несут, уносят в сердце закручивающейся бури.

   - ...Почему вы еще живы? - терпеливо повторил thas-Elv'inor, откинувшись на спинку кресла и сплетя пальцы.

   - Почему я еще жив? - медленно, как бы пробуя на вкус каждое слово, проговорил я. - Что вы имеете в виду?

   - Вероятно, лишь то, что чрезвычайно удивлен этим обстоятельством. Вы были мертвы - решительно и бесповоротно.

   - "Были мертвы"?.. "Были"? - переспросил я. Голос - чуть ироничный, немного насмешливый и ровный; не дрогнувший и ничем не выдавший тщательно скрытого волнения. - Надеюсь, вы отдаете отчет в том, насколько нелепо звучат ваши слова?

   - Я отдаю отчет в том, - вкрадчиво начал aelvis из рода Отрекшихся, - что, в силу профессиональных навыков, могу безошибочно определить, жив человек или нет.

   - "Профессиональных навыков"? И кто же вы? - не смог удержаться я. - Гробовщик?

   - Лекарь, - и бровью не повел бессмертный. - Моему мастерству вы обязаны тем, что от ожога на вашем лице не осталось и следа, а о ножевом ранении напоминает лишь порванная рубашка.

   Я невольно потянулся к щеке. Пальцы коснулись мягкой, а не обуглившейся кожи - и все равно вздрогнули, до последнего не веря.

   - Прошу меня простить, но целительство - редкая стезя для thas-Elv'inor, - кашлянув, смущенно пробормотал я. - И... спасибо.

   - Подозреваю, у вас и без моей помощи все было бы прекрасно, - иронично заметил он.

   - Обычно лекари стремятся приписать выздоровление собственным талантам, а не стечению обстоятельств... или клиенту.

   - Но вы и не мой клиент, - улыбнулся бессмертный. - Итак, вы были мертвы. Когда я вас обнаружил, с момента смерти прошло около получаса...

   - "Ожил" я, надо полагать, тоже не сразу?

   - Примерно через два часа, - пожал он плечами. - Я как раз гадал, что с вами делать.

   - То есть вы хотите сказать, что я был мертв больше двух часов, а потом очнулся как ни в чем не бывало? Вы действительно верите, что это возможно?

   - До вчерашней ночи - не верил. И поднял бы на смех любого, сказавшего подобную чепуху. Но обстоятельства изменились. Так что... - Thas-Elv'inor резко сменил позу, придвинувшись ближе, и доверительно спросил: - Ответьте: почему вы еще живы? Мне безумно любопытно.

   - Сперва ответьте, на основании чего вы сделали вывод о том, что я умер? Вы проверили, началось ли отмирание мозга, внутренних органов? Кажется, именно это, а не стагнация жизненных процессов, является убедительным доказательством смерти.

   Тень странной улыбки, которую я никак не мог прочитать, пробежала по лицу Отрекшегося.

   - Да, вы правы. Не является. Но, полагаю, вы не хуже меня знаете, сколько может длиться такая остановка. Поэтому...

   - Поэтому вы не стали проверять? - вздернул бровь я, не дав ему увильнуть.

   - Не стал. Я счел это бессмысленной тратой времени, - легко признал он. И я заподозрил, что его интересовал вовсе не вопрос, который он задавал вот уже в который раз.

   Вот только что?

   - То есть уверенности в том, что вы утверждаете, у вас нет? - помедлив, нарушил затянувшуюся паузу я.

   - Нет, - он улыбнулся уже открыто, но от этой улыбки почему-то сердце неприятно дрогнуло. - Вы правы. Но чем больше говорите, тем сильнее я сомневаюсь в правдивости ваших слов.

   - Желаете, чтобы я поклялся? - иронично спросил я, выбрасывая главный козырь с невозмутимостью опытного шулера. Козырь, конечно же, крапленый. - Я могу. Но вот хотите ли вы этого? Обещания обоюдоостры.

   - И вы готовы рискнуть? - выдержав долгую, почти минутную паузу, с все той же непонятной улыбкой спросил он.

   - "Рискнуть"? Говоря правду, я ничем не рискую.

   - А я, пожалуй, пас. Хватит и одного обязательства на сегодня.

   - Обязательства? - нахмурился я. Фраза, ничтожная по своей значимости, брошенная вскользь и в шутку, казалась обращенной ко мне. - О чем вы?

   - Странно, что вы еще не поняли. Я обязан вам за спасение моей nieris. Она привыкла гулять, где ей вздумается. Но с приходом в город карающих ей, видимо, придется отказаться от этой маленькой радости.

   - Думаете, это не единственный отряд?

   - Карающие не приходят по одному или по двое. Орден - крысиная стая. Десятки мелких отрядов, дюжина укрытий-нор в недрах города... Похоже, время беззаботной жизни подошло к концу.

   - Как я, однако, вовремя... - пробормотал я, невольно озвучив мысли.

   - Вы нездешний?

   Я прикусил язык, но было поздно. Вопрос прозвучал спокойно, как бы скучающе и просто из вежливости, но пристальный взгляд, который Отрекшийся не сводил с меня, ясно говорил об обратном.

   - Я долго жил в Торлиссе... а потом уехал, - помолчав, нехотя сказал я. - Вернулся только сегодня... или уже не сегодня? Какой сейчас день?

   - Вчера. Сегодня двадцать седьмое число месяца Поющей воды, - вежливо поправил он. - Вы очнулись почти сутки спустя. Если не секрет, почему вы вернулись в город?

   - Ищу материалы для исследования, - уклончиво ответил я. Очень уклончиво.

   В таких случаях говорят - подозрительно.

   - Может быть, я смогу вам чем-нибудь помочь? - поняв, что сам я откровенничать не собираюсь, напрямую спросил Отрекшийся.

   - Хотите побыстрее избавиться от долга? - усмехнулся я уже дружелюбнее и незаметно перевел дух.

   С одной из целей определились. Даже, может быть, с двумя: узнать, с кем угораздило связаться, и побыстрее отделаться. Но сколько их, этих целей, на самом деле?

   - Спрашиваете!

   - Боюсь, вы не сможете помочь. Я хотел попасть в Королевскую библиотеку, но мне отказали в доступе к фонду магической литературы. Какие-то книги просмотреть удалось, но того, что я искал, среди них не было, - грустно улыбнулся я. - Больше мне незачем оставаться в Торлиссе.