Глава 19. Самоубийство по всем правилам.
А ведь для того, чтобы жить,
нужны более веские основания,
чем для того, чтобы умереть.
Антуан де Ривароль.
Донован до ночи работал над витражами, а наутро, сразу по пробуждению, принялся за портреты. Он завершил портреты Ральфа и Джозефа Бреннанов, набросал мистера Мартина и Уильяма, остальные - покрыл лаком. Оставалось написать миссис Эмили Бреннан.
Вопреки сказанному Тимоти Мэддоксом, Донован все же перестал верить в мистичность происходящего в Кэндлвик-хаус, и сегодня, в день похорон Патрика Бреннана, решил не ходить туда, чувствуя, что там будет вовсе не до него. Днем он вышел в город, немного побродил в парке. К своему большому удивлению, увидел в парке мисс Летти Ревелл и мисс Энн Хэдфилд. Девицы, в которых Донован раньше не замечал и тени симпатии друг к другу, шли рядом и, как показалось Доновану, были одинаково расстроены. Мисс Ревелл держала в руках платок и иногда утирала глаза, глаза же мисс Хэдфилд были сухи, но окружены коричневой тенью. Подойти ближе Донован не решился, опасаясь, что его заметят, однако девицы были поглощены разговором и шли в его сторону.
-Это бессмысленно, - донеслись до него слова Летти Ревелл, - я сама во всём виновата. Теперь никому ничего не докажешь. Во всем обвинят меня, только и всего.
-Да, - еле слышно произнесла мисс Хэдфилд, - вам нужно было быть осторожнее.
-Тогда мне казалось, что я всё делаю правильно, а теперь ничего не исправишь, - вздохнула Летиция. - Я могу надеяться только на отъезд.
-Мне хуже, - бесстрастно заметила мисс Хэдфилд, - я не могу уехать.
Девицы повернули в боковую аллею.
Донован вздохнул и направился к себе, по пути размышляя об услышанном. Он снова ничего не понимал и решил заняться витражами, надеясь, что работа отвлечет его. Тут, однако, в прихожей раздались шум шагов и вскрик миссис Голди, потом на пороге возник доктор Мэддокс - с наполовину забинтованной головой. Донован испуганно встал.
-Мистер Мэддокс, что случилось?
Тот отмахнулся, сказав, что это неважно, потом вяло пояснил.
-Сегодняшней ночью мы с моим слугой взяли оружие и потайной фонарь и проникли в подвал Кэндлвик-хаус. Я рассудил, что в день похорон все будут заняты...
- Но что с вашей головой? На вас напали?
Мэддокс покачал головой и поправил бинты.
-Нет, я просто был неосторожен.
-А что вы хотели найти в подвале? - в голосе Донована было не столько любопытство, сколько усталая пытливость следователя.
-Я говорил вам, что когда погибла мисс Кэтрин, тело осматривал я. Мое внимание привлекли её глаза. Я предположил, что девица либо была больна, либо... ну, что я подумал, не так и важно. Я попросил вас выяснить этот вопрос, и вы узнали от мисс Энн Хэдфилд, что мисс Кэтрин Ревелл и вправду болела простудой. Но глаза у мисс Шарлотт тоже были странны.
-Странны?
-Да, я видел ее раньше в Кэндлвик-хаус. Её глаза не реагировали на свет. Я и подумал, что тому может быть одно объяснение. Вы сказали, что, по вашему мнению, мой коллега доктор Бреннан - хороший и весьма компетентный врач. Это я и сам знаю. А сегодня я в этом убедился. - Мэддокс усмехнулся, - в подвале под правым крылом мы нашли небольшую лабораторию, кстати, неплохо оснащенную: реторты, колбы, спиртовки, микроскоп... Вход заделан стальной дверью и решеткой, войти мы не смогли, разглядел я все через щель, а лестница уводила вверх, как я понял, в апартаменты самого мистера Джозефа Бреннана.
-Вы хотите сказать, - спросил потрясённый Донован, - что Джозеф - наркоман? И что он... сделал наркоманками племянниц?
-Я хочу сказать только то, что сказал. Вчера я имел случай побеседовать с мисс Летицией Ревелл. Я расспрашивал её о сестре, но успел рассмотреть её самоё. Её глаза в нормальном состоянии, они реагируют на свет. У самого мистера Джозефа тоже с глазами все в порядке. Он вовсе не наркоман.
Донован на минуту замер. Какое-то воспоминание пулей пронеслось в голове.
-Господи... Я же видел... - он растерянно умолк, пытаясь собрать воедино разбегающиеся мысли. - У мисс Кэтрин Ревелл! Я же еще и удивился, просто не осмыслил как-то, - виновато бросил он, - у неё были светлые волосы и чёрные глаза! А у Летти и Шарлотт - голубые. Но я же никогда не видел белокурых женщин с чёрными глазами! А она сидела за столом напротив подсвечника - а зрачки не уменьшались. А когда она погибла, и полицейский нажал на глазное яблоко - зрачок стал овальным и я заметил голубую радужную! У неё были не чёрные глаза, а расширившиеся зрачки. Я слепец...
-Вы просто не думали об этом.
-Но как теперь быть? Можно ли предъявить Джозефу обвинение?
Мэддокс пожал плечами.
-В чём? Он использовал какую-то свою наркотическую смесь, но подобные препараты продаются в аптеках и употребляется в медицине. Если можно было доказать, что он использовал нечто, чтобы совратить девушку, - врач вздохнул, - но она мертва, и мы ничего не сможем доказать. Странно и то, что мисс Летти - девица здоровая, притом... как я понял, неглупая и весьма развращенная. Куда более сестриц.
-Я сегодня видел, как Летиция прогуливалась с мисс Энн Хэдфилд в парке. Она говорила, что сделала какую-то глупость и ей лучше уехать.
-У меня ощущение, что все, кто попадают в дом Бреннанов, делают глупости,- проворчал Мэддокс, - и вам бы я тоже посоветовал держать ухо востро.
-А чем, вы думаете, занимается в своей лаборатории Джозеф, мистер Мэддокс? - голос Донована неожиданно сел, показался ему самому глухим и хриплым.
-Могу лишь предположить, что чем-то весьма не безобидным, иначе, зачем прятать свои опыты так глубоко под землю? Satan finds some mischief still for idle hands to do... (1)А что думаете вы сами, мистер Донован?
Чарльз задумался.
-Мне довелось писать портрет мистера Джозефа Бреннана совсем недавно, и впечатления свежи. Это умный человек, однако, он отнюдь не стремится демонстрировать этот ум, чаще просто корчит из себя гаера. Меж тем он практичен, холоден, циничен и, как мне показалось, умеет добиваться своего. Я не знаю, каков его доход, но он, как мне показалось, как сыр в масле катается. Я не могу представить сферу его интересов, как химика. У меня сложилось впечатление, что он тоскует по ушедшей молодости, но думать, что в своей подземной лаборатории он ищет эликсир вечной юности, - Донован, улыбнувшись, покачал головой, - в это не верится. Равно не похоже, чтобы такой человек интересовался философским камнем, - снова улыбнулся Чарльз, - он для этого недостаточно романтичен и излишне умён. А вот превращение всех металлов в золото - это возможно, - улыбнулся Донован. Money is the fruit of evil as often as the root of it (2)
-А гомункулус? - усмехнулся врач.
Чарльз покачал головой.
-У него есть слуги.
-Цели подобной прикладной химии, - кивнул Мэддокс, - всегда удивительно пошлы. Набить деньгами карманы, создать армию наемников, свести счеты с врагами и жить вечно. И никого не интересует спасение души и очищение собственного сердца, - проговорил врач, но сам явно думал о чем-то другом.
-Но я так понял, что вы всё же подозреваете Джозефа Бреннана? Почему?
Мэддокс пожал плесами.
-Потому что я не верю в эпидемии самоубийств. Я не верю во все, вами описанное, мистер Донован. Чтобы три юные провинциалки из захолустья перевернули дом вверх дном? Может ли это быть? Чтобы молодой Хэдфилд ни с того, ни с сего, как безумный, ушёл на болота в ливень? Вы верите в это? Чтобы три брата, один за другим, предпочли жизни смерть? Чтобы девица в здравом уме выбрала слугу, предпочтя его господину? В этом доме, боюсь, верно только то, что спрятано от глаз и никем не упоминается.
Донован смутился.
-Я не мог без нужды ходить по дому и задавать любые вопросы, - попытался оправдаться он, но Мэддокс перебил его: