Обычно, говоря о стрессах, люди подразумевают некоторые значительные, чрезвычайные события, нарушающие привычный распорядок и естественное течение жизни. Но, к счастью, подобные события происходят с нами не каждый день, а лишь изредка. И оказывается, что значительно больший вклад в стрессовую «копилку» вносят мелкие, но часто повторяющиеся стрессовые события. Это наш постоянный, повседневно-бытовой стресс. Можно сказать, стресс привычный – тот, к которому мы вроде бы привыкаем настолько, что перестаем замечать. На самом же деле это нам только кажется. Да, мы не замечаем воздействия многих стрессовых факторов, точнее, не осознаем их. Но в то же время на подсознательном уровне наш организм продолжает их воспринимать и соответствующим образом автоматически, без нашего ведома, на них реагировать. И самое важное, что незамеченные поначалу следы подобных незначительных, мимолетных, но часто повторяющихся стрессов могут оказываться для организма неизгладимыми – по той простой причине, что их физиологические последствия имеют свойство накапливаться. Прибегая к обратному сравнению, можно сказать, что мелкие стрессы оседают, аккумулируются в нашем организме так же, как печально известное вещество ДДТ в печени антарктических пингвинов. Потому что это искусственное, созданное человеком токсическое соединение в природных условиях не разлагается – природа его не «переваривает». И, попав в живой организм, это вещество из него не выводится. То же самое происходит и с телесными следами многочисленных стрессов повседневной жизни, количество которых превышает наши возможности по их нейтрализации и выведению из организма.
Вот почему оказывается, что если мы и привыкаем к давлению стресса, то это вовсе не означает, что нам удается выскользнуть из его тисков; ведь это проблема, касающаяся буквально всех и каждого. В самых разных сферах взаимодействия современного человека с окружающей средой он сталкивается с вездесущим стрессом повседневной жизни.
Итак, многочисленные факторы повседневно-бытового стресса связаны с нашим общением с окружающей средой (в первую очередь физической, а затем и социальной) и столкновением с отражением ее воздействия на организм. И начинается это столкновение, как всегда, со взаимодействия человека с пространством и временем.
Так вот, слишком торопливое и напряженное преодоление пространства, накладывающее значительный груз на наш организм – только не на мышечную, а на нервную систему, – и влечет за собой пространственный стресс. Он представляет собой не что иное, как расплату за прогресс. Ибо в первую очередь описываемые далее проблемы возникают из-за физической мобильности современного человека, из-за предоставленных ему техническим прогрессом возможностей перемещения в пространстве. Но это не проходит для человеческого организма даром, а становится источником стресса. Ибо наши подсознательные, инстинктивные стереотипы взаимодействия с пространством по-прежнему настроены на пешее перемещение по земной поверхности с его естественными ограничениями. Благодаря же современным транспортным средствам мы сталкиваемся, можно сказать, с пространственной избыточностью (конечно, с точки зрения подсознания, а не сознания).
Проявляется эта условная избыточность, во-первых, как территориальный стресс. В наибольшей мере он характерен для обитателя современного мегаполиса, живущего в пригороде, или в спальном районе, или, может быть, в коттеджном поселке, ежедневно преодолевающего по пути на работу и обратно расстояние в несколько десятков километров. Конечно, при таких ежедневных перемещениях наш территориальный инстинкт возмущается, ибо от природы настроен на освоение определенной ограниченной территории. Такой территории, которую можно обойти (обежать) собственными ногами и которая нами подсознательно обживается, осваивается, отражается в нашей мозговой пространственной «карте» и далее воспринимается как своя, сравнительно безопасная. В отличие от чужой, пребывание на которой требует инстинктивной настороженности, внутренней напряженности и на которой мы в условиях современного городского образа жизни пребываем значительную часть времени.
Конечно, само по себе преодоление пространства требует затрат – не только материальных, но и психологических, эмоциональных. Это так называемый транспортный стресс, связанный как со скоростью перемещения, так и с взаимодействием людей, находящихся в дороге. Здесь и стресс водителя (машиниста, пилота и т. д.), и пассажира.
Добавим только одну деталь для пассажиров метро: и человеческая скученность (большие толпы людей в часы пик, ожидание в движущейся толпе рядом с эскалатором), а также само по себе пребывание под землей становятся для многих людей источником подсознательной эмоциональной напряженности, внешние проявления которой варьируются от смутной тревоги до приступов паники или фобии.
Проблемы в отношениях со временем оказываются для современного человека, пожалуй, еще более острыми, чем в отношениях с пространством. Похоже, что выраженность этих проблем нарастает из года в год. То ли мы разучились мирно уживаться со временем, то ли оно с нами. Что же в нашем времени стало не так?
Прежде всего, это неестественно быстрые ритм и темп жизни.
На самом деле, конечно, течение внешнего, физического времени не меняется: природа живет по своему обычному, не зависящему от человека распорядку. Это мы сами меняемся, ускоряется наше внутреннее, психологическое (а отчасти и биологическое) время. Утром мы планируем дел на день заведомо больше, чем можем успеть, – и все равно переживаем по поводу того, что не успеваем. Особенно интенсивно это ускорение психологического времени происходит в крупных городах и буквально бросается в глаза по контрасту: попадая из мегаполиса на короткое время в небольшой город, вы можете заметить, что люди на улицах непривычно медленно передвигаются, как будто никуда не торопятся.
Почему же ускоренный темп жизни мегаполиса оказывается навязанным для большинства живущих в нем людей? Дело не только во внешней регламентации нашей повседневной деятельности (социальный фактор), но и во внутренних причинах (психологический фактор). А именно в неосознанном подражании, свойственном каждому человеку с детства и основанном на механизмах группового инстинкта. Благодаря этому всеобщая спешка и навязанный чрезмерно интенсивный, ускоренный темп жизни оказываются для обитателей мегаполиса заразительными. Человек подсознательно ощущает себя капелькой в общем течении, в бурном потоке, в том всеобщем суетливом ритме, от которого ему некуда деться. Результат очевиден и для многих читателей знаком не понаслышке: недосыпание, переутомление, создающие почву для прочих стрессовых расстройств. В результате навязывания ускоренного внешнего темпа жизни меняется и ход наших внутренних биологических часов. Может возникать их сбой, или десинхроноз, – рассогласование внутренних ритмов с внешними (задаваемыми природными факторами). И даже рассогласование ритмов активности различных функциональных систем организма, что небезразлично для протекания многих его внутренних процессов. Существует даже такое расстройство – синдром хронической усталости. И хотя его этиология остается до настоящего времени неуточненной, вне всяких сомнений, в значительной степени виноваты в его происхождении стрессовые, психосоматические факторы.
Еще одна причина десинхроноза, выступающая как частный случай территориального стресса, – перелеты на большие расстояния со сменой часовых поясов. (Для некоторых времячувствительных людей подобные проблемы дополнительно могут возникать при осеннем и весеннем переходе на сезонное время.)
Вносит свой вклад в развитие десинхроноза и временного стресса еще и световое загрязнение, иначе говоря – продление с помощью искусственного освещения светлого времени суток. И хотя, казалось бы, мы этим занимаемся ежедневно и подвержены воздействию искусственного освещения чуть ли не с рождения, естественным для нашего организма подобный режим освещения не назовешь. Ведь именно к чередованию светлого и темного времени суток привязаны наши внутренние биологические часы. И к тому же в определенной мере еще и наш биологический возраст. Как показано биоритмологами, все стрессы действуют на наши биологические часы однонаправленно, вызывая ускорение их хода. И тогда для организма время начинает течь быстрее со всеми вытекающими отсюда последствиями.