– Привет! – протягивая жилистую руку, сказал он. – Добраться быстрее не смог бы даже я.
Годы нашего рождения в личном идентификаторе совпадают: 2010. Соответственно сейчас нам по 26. Нам суждено было родиться в самом начале прогрессивного века. Века невиданных открытий, где самые невообразимые чудеса уже становились обыденностью.
Этот дорогой мне человек с виду ничем не примечателен. Рост чуть выше среднего, брюнет, коротко стрижен. Глаза карие, черты лица правильные. Больше и говорить не о чем. Паренек среднестатистический. Подобные встречаются в любой точке земного шара.
– Привет. К чему срочность визита? Подождать вечера было нельзя? Я и так планировал заехать, мог бы повременить. Я там у себя на солнышке пригрелся, предвкушал, как вечером сяду за пульт, смоделирую очередную захватывающую мелодию, а ты бесцеремонно сдернул меня.
-Прости. Обстоятельства.
-Я бы может и не приехал, но голос твой мне показался взволнованным, - сказал я, скидывая обувь.
-Правда? – удивился он. – Я за собой такого не заметил.
-Объясняй, давай, в чем дело!
-Сразу скажу, объяснить будет сложно.
Я развел руками в том смысле, что: «ты уж постарайся!»
-К тебе имеется выгодное предложение, – он видно хотел произнести это деловито, но вышло не так. - От тебя потребуется вся серьезность и внимание, поэтому проходи, за чашкой чая попытаюсь тебе кое-что рассказать.
Он стал удаляться по коридору.
С недоумением я глядел ему вслед. Неужели, черт подери, всё это было так срочно? Неужели таинственное предложение не могло подождать еще пару-тройку часов?! Внутри у меня разлился сосуд с негодованием.
Насупив брови, я двинулся за ним.
Чувству стиля родителей Жени можно было позавидовать. Всё в этой миниатюрной кухоньке отвечало скромным, рациональным стандартам. Аккуратный, умело скомпонованный кухонный гарнитур не содержал даже намека на лишнюю деталь. Минимализм и грамотный подход к вещам – свидетельство ясного ума.
Взгляд мой лег на полупрозрачные занавески, придающие рационализму атмосферу теплоты.
– Супчику? – спросил Жека.
Я с улыбкой наблюдал, как он безыскусно старался тянуть время. И как напускал на себя образ гостеприимного человека, готового всячески угодить гостю, лишь бы тот остался доволен. А по-моему, он просто побаивался приступить к разговору. Неужели тема столь значима?
– Если ты пригласил меня, накормить супчиком, я тронут. Но накорми-ка лучше информацией. Не зря же я сюда мчался, как говоришь – гонщик.
– Что ж, накормлю! Просто подумал, ты голоден. Суп вкусный, свежий, мама утром готовила.
– Я не голоден, – начиная злиться, сказал я. - Чашку чая мне и основательный рассказ!
Через минуту я держал в руках кружку. На ней красовалось изображение Земли в виде глобуса, мультяшный портрет Галилео, и известная фраза «и все-таки она вертится!».
– Ну, давай, давай! Ты что бля такой нерешительный? – уже ругался я.
– Всё, что я скажу, должно остаться между нами. Это первое. Второе: то, что ты услышишь, может показаться лишенным смысла. Но это не так. Я прошу включить всю серьезность. Готов? Пообещай.
Я угрюмо пожал плечами.
– Не буду я ничего обещать. Просто если не начнешь рассказывать, допью чай и уйду.
– Хорошо, – выдохнул Жека, томно взглянув в потолок. – Над миром нависла угроза. Человечеству грядет конец.