Я искала на улице хоть какой-то след присутствия Калеба, но не видела даже его грузовика. Кое-где среди видавших виды домов мелькали и новые, построенные за лето, когда в стаю Мэгги влилась еще одна меньшая группа. Семей было много, жилья всем не хватало. Теперь, когда аккуратные одноэтажные домики достроены, стая вложила деньги и в ремонт старых зданий, в том числе общественного центра и клиники.
Ник оплатил расширение из собственного кармана, несмотря на протесты Мэгги и большей части стаи. Он так достоверно носил маску чудика! В жизни не скажешь, что Ник разбогател благодаря своему вкладу в развитие «Гильдии Власти», ролевой игры в режиме онлайн. Он помогал создавать героев, обстановку, сюжетные линии, опираясь на свои обширные мифологические исследования. При этом Ник совершенно не кичился деньгами. На самом деле, я вполне уверена, у него есть футболки старше некоторых моих пациентов. Но вложение средств во что-то хорошее, доставляло ему радость. Это, на мой взгляд, подчеркивало, что Ник в первую очередь хороший человек, а уж потом – богатый.
Офис Мэгги, как альфы деревни, находился в большом здании для всех нужд, служившем общественным центром. Идя по улице, я мысленно репетировала свою речь. Мэгги всегда оставалась для меня загадкой: остальные без колебаний следовали за ней, одной из самых молодых волчиц в стае. Мэгги хороший человек, но такой же нежный, как наждачка: предпочитала охоту и драки за стаю материнству и другим женским занятиям. Я уважала ее, у нее никогда не хватало ни времени, ни терпения на всякий вздор. Конечно она будет в бешенстве, так как я уехала без предупреждения, но поймет, что легче взять меня обратно, чем пытаться ввести нового доктора в курс дел и привычек стаи.
Таким образом, у меня имелись несколько козырей в рукаве, но лучше от этого я себя не чувствовала. Когда я вошла через парадную дверь, Мэгги, хмурясь, смотрела чековую книжку деревни.
Альфа подняла взгляд. Вместо ожидаемого удивления или гнева, я увидела лицо без всякого выражения и проглотила свинцовый комок в горле – спокойная Мэгги пугала до дрожи.
–До меня дошли слухи о твоем возможном возвращении, – произнесла она, поджав губы.
Я нервно улыбнулась.
– До меня дошли слухи, что в клинике нужен врач.
– В обычной ситуации я послала бы тебя к черту, – сурово сказала она, глядя на меня поверх страниц, – но так получилось, что мне необходим врач, а ты раздражаешь меньше, чем большинство известных мне медицинских работников. – Не успела я и рта открыть, Мэгги встала и подняла вверх фланелевую рубашку, открывая вид на свое крепкое стройное тело и небольшой, но явно заметный животик.
– Ты беременна, – у меня аж рот приотрылся.
– Мда, рада, что ты не утратила диагностических навыков, – с каменным выражением лица прокомментрировала Мэгги.
Я расстегнула пуговицы ее рубашки, чтобы посмотреть получше, довольная тем, что она не оттолкнула мои руки.
– Сколько недель?
Альфа усмехнулась.
– Разве определить это не твоя работа?
– Приходи в клинику через час, сделаем обследование. Мне надо домой зайти и помыться.
– Тут могут возникнуть проблемы. В твоем доме сейчас живет Том с семьей.
Теперь я смотрела на нее, совсем раскрыв рот.
– Ты отдала мой дом?
Мэгги вскинула руки.
– У нас все еще есть некоторые проблемы с заселением. Мы не отдали дом Калеба только потому, что знали, Калеб вернется на зиму. А вот ждать, когда ты решишь приехать обратно, мы не могли. Семье Тома нужен был собственный угол.
– Чудно. Тогда я буду спать в клинике.
– Не думаю, что в этом есть необходимость. Ты можешь остаться у Калеба, – объяснила она своим серьезным голосом. – Стоит тебе похлопать голубыми глазками, и он с легкостью тебя простит. – Что ж, я никогда и не ожидала, что в споре Мэгги встанет на мою сторону.
Я прикусила губу.
– Мне нужно тебе все объяснить.
– Ты чертовски права, так и есть, – Мэгги нахмурилась, – Анна...
– Тина, – угрюмо, извиняющимся тоном напомнила я.
Она чуть побледнела.
– Что ж, потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть. Тина, мы всегда знали, что перед приездом сюда у тебя были какие-то проблемы. Люди с дорогостоящим образованием не становятся докторами Модер, укрываясь у черта на куличках с кучкой полупсихов, частенько расхаживающих обнаженными, если нет причин прятаться. Мы надеялись, что ты хоть немножко доверишься, но не допытывались сами, ведь работу свою ты делала хорошо. Но, если начистоту, прямо сейчас я в неподходящем настроении, чтобы выслушивать твои объяснения. Я тут в панике из-за ребенка. Я узнала только пару недель назад, и все твердят: «Не переживай, делов-то, у всех женщин в нашей семье беременности протекают легко». Но у нас никогда не было беременной альфы, в основном, потому, что все предыдущие были мужиками. По какой-то причине я жутко боюсь перекинуться, хотя знаю, что моя мать трансформировалась вплоть до девятого месяца, когда была беременна мной. Я даже смотреть не могу на кофе, не начав блевать, как в сюжете про Монти Пайтона о «тончайших мятных конфетках». Боюсь что-то поднимать. Вот сегодня утром Ник нашел меня в гараже, когда я ревела, потому что нужно было канистру с бензином поставить в грузовик, а мне не хотелось его поднимать и помощи в таком элементарном деле у Ника просить тоже не хотелось. Так что, зашибись, мой муж теперь считает меня сумасшедшей. Поэтому в действительности сейчас мне нужно, чтобы ты забыла об объяснении своего исчезновения с лица земли без предупреждения и осмотрела меня, сказала, что все нормально, ребенок здоров и я не рожу какого-нибудь Ктулху.
Я уставилась на моего крутого босса – оборотня, альфа-леди, – когда она разрыдалась.
– Ого.
– Ненавижу! – Она шмыгнула носом. – То есть я очень рада ребенку, но ненавижу чувство, что ничего не могу контролировать, даже свои гормоны. Я имею в виду, что смотрела на всех своих кузин, как они рыдали и объедались мороженым во время беременности, и думала: «Не, я так не буду!» Не Мэгги-блин-Грэхем. Я буду просто Чаком Норрисом среди беременных. А теперь посмотри на меня! Я не плачу! Просто ненавижу это ощущение девочковости и тупости! И я ужасно, ужасно хочу большой чизкейк с арахисовым маслом, но не собираюсь просить Ника съездить за ним, потому что не желаю слышать от кого-то из кузин «я же говорила».
Я обошла стол и обняла пациентку, теперь Мэгги всхлипывала в мою куртку. Я гладила ее по волосам и спине, уверяла, что все ее переживания абсолютно нормальны. Я чуть-чуть посмеялась, когда она засопела мне в плечо, за что она легонько стукнула меня кулаком по почке.
– Не смейся надо мной, – проворчала она, – я все еще зла на тебя.
– Знаю, – я вздохнула. – Но, думаю, это поможет вернуть мне твое расположение.
Оставив Мэгги вытирать красный сопливый нос, я взяла ее официальный бланк мэра и выписала «рецепт», протянула ей. Она прочитала и закатила глаза.
– Полкило мороженого с чизкейком из арахисового масла, для приема внутрь, тайно.
– Скажешь Нику, если он разболтает о поездке за мороженым, я найду способ стереть все его записи с интервью.
– Я тебя обожаю, – Мэгги-то точно знала, какой ужас у ее мужа-фольклориста вызовет подобная угроза. – Ты вообще-то требуешь к себе слишком много внимания и хитрая к тому же, но я тебя обожаю.
– Приходи в клинику, все проверим. И я выпишу тебе витамины для беременных, которые помогут с твоими кофейными проблемами.
– Может, я тебя и прощу.
– Я тоже скучала по тебе, Мэгги.
– Не наглей.
Едва выйдя на заснеженную улицу, я обнаружила больше десятка членов стаи, «просто случайно проходивших мимо общественного центра». Я встала на месте, ожидая появления вил или факелов, но всяческие дядюшки и тетушки сгорали скорее от любопытства, чем от гнева. Я покраснела. Как мне объяснить свое отсутствие? Что им уже сказал Калеб?
Но тут Мэгги проявила неожиданное милосердие, закричав: