— Здоровый. На кило!
— На кило? — заспорила с Алешкой Настя. — Килограмма два есть, если не больше: бамбуковое удилище сломал!
— Факт, больше! — поддержал я Настю.
— Давай сюда рыбину! — Алешка положил карпа на широкую ладонь, как в глубокую чашку весов. — Тяжелый. Ты права, больше потянет! Заболтался я с вами. Юра, пойдем, поможешь мне одну железку в кузов забросить. Заставили металлолом собирать!
— Старайся!
— Я и стараюсь! Полный кузов набил. Везу к вам в школу.
— Зачем нам? Мы не инвалиды. В прошлом году сами собирали металлолом. Скажут — опять будем.
— Начальник гаража приказал.
Мы с Настей вскарабкались по бугру, вышли на дорогу. В кювете лежала длинная тавровая балка. Здорово она успела поржаветь.
— Эта железка? — я ткнул ботинком балку.
— Она!
С большим трудом нам втроем удалось втащить балку в кузов.
— Спасибо, помощники! — Алешка залез в кабину. — Значит, гуляете?
— Вали! — я разозлился. — Сам больно хорош.
Мотор тяжело загудел, и машина покатилась по дороге.
— Юр, а кто начальник гаража? Ты не знаешь?
— Как кто? Тарлыков. Отец Баскета. Папа для своего сыночка старается. Ловко придумал!
ГЛАВА 4
![Компасу надо верить _0035_pg_0019.png](https://litlife.club/books/249302/read/images/_0035_pg_0019.png)
Летать можно не только на самолете
Дядя Макарий начал меня учить. Придрался к одной описке в тетради. Я разозлился и сказал, что не маленький. Поздно почерк мне менять. И вообще я пишу, как умею.
«Правильно, Макарий, учи его, неслуха, — сказала мама. — Совсем от рук отбился. Меня не слушается. Нет отца — и выпороть некому!»
Обрадовалась, что приехал дядька! Пусть только попробует меня тронуть! Папа никогда не бил. Я хлопнул дверью и ушел
Я даже не знаю, стоит ли писать. Если очень коротко… Мы с Н. долго ходили по поселку. Хотели увидеть спутник. Зря я раньше думал, что она задается. Сколько объездила строек! Была в Сибири и в Туркмении. Туркмению полюбила больше всего. Интересно, можно ли по-настоящему дружить с девочкой? Я купил билеты в кино. Сидели в десятом ряду. Нас никто не видел!
Наш школьный двор теперь нельзя узнать. Огромная гора металлического лома выросла до окон второго этажа. Чего здесь только не было! Рамы от автомашин; блоки старых моторов; части от гусеничных тракторов; опорные катки; подшипники ходовой части; крепежные скобы и звездочки; огромные шестерни и стрелы двухкубовых экскаваторов торчали, как кости каких-то исполинских доисторических животных.
Около горы ржавого металла стояли пионервожатая шестого «Б» Эля Березкина и Баскет. На лице Баскета — торжествующая улыбка победителя. Увидев меня, Баскет не поздоровался. Нагнулся и что-то сказал Эле, а потом крикнул своим ребятам:
— За Юркой лучше смотрите! А то упрет наше железо!
Большего нахальства я не ожидал. Наше железо! Как будто я не знаю, кто собирал! Навозили шоферы из гаража, лучше бы молчал. Решил меня позлить. Баскет и Эля Березкина ходят с озабоченными лицами, словно ничего не знают. Кого они решили обмануть? Зачем сговорились?
— Разве утащишь! — я засмеялся. — Без слона здесь не обойдешься. Придется вам кран вызывать!
Не хотелось мне смотреть на Баскета и Элю. Если решили собирать металлолом, надо было самим таскать, как мы делали в прошлом году. Эля должна помнить, как мы ходили по дворам, по свалкам, чего нам стоила каждая балка, каждая шестерня! Порядком нам тогда это надоело. Собирать железо, когда под землей сколько угодно руды! Просто Эля Березкина не может придумать для ребят ничего интересного. Я это точно знаю. Мы с ней чуть со скуки не умерли. Начнет составлять план работы на месяц, и выходит одно и то же: сбор металлолома и коллективный поход в кино.
Баскет отвернулся от меня. Надувала проклятый! Рисоваться еще вздумал!
— Володя, ты договорился с фотографом? — спросила Эля.
— Обещал прийти, — ответил Баскет и важно посмотрел в мою сторону.
Ко мне подошел Федя Зайцев. Мы его снова избрали звеньевым. Парень он очень старательный и любит командовать.
— Юра, видишь, сколько собрали железа, — взволнованно сказал он. — А мы еще и не думали… Директор премию установил: отряд, собравший больше всех железа, получает футбольную форму.
— Бутсы купят?
— Факт.
— Все понятно, — угрожающе протянул я. — То-то Баскет так старается. Отца подговорил. Шоферы железо возили из гаража.
— Я тоже видел: шоферы возили, — возмутился Федя и стиснул маленькие кулаки. — Это же нечестно!
Федя Зайцев у нас в классе самый слабый. Любой мальчишка его поборет запросто. Но Федя решил стать сильным. Целыми днями он сжимает пальцами резиновый мячик, чтобы развить руки. С мячиком он не расстается даже во время уроков.
Скоро весь наш класс собрался на школьном дворе. Федя Зайцев обходил ребят и рассказывал о премии, которую установил директор за сбор железа.
— Ребята, а где наш вожатый? — спросила Настя Вяткина.
— Злата Рыжова болеет. Ногу она вывихнула! — охотно сообщил Заяц.
— Юра, надо забрать нашу балку, — сказала возбужденно Настя. — Она сверху лежит.
— Требуйте! Пусть отдадут! — горячился Федя.
Мы направились к куче. Но Баскет загородил дорогу. Он поднес кулак к носу Феди Зайцева и вызывающе сказал:
— Попробуй, Заяц, сунься! Влеплю!
— Тарлыков, отдай балку! — Настя смело направилась вперед. — Меня не ударишь. Мы с Мурашкиным грузили балку на машину.
— Я не видел, как вы грузили, — Баскет громко засмеялся. — Рядом не стоял.
— Баскет, отдашь! — спокойно сказал я. — Я за Алешкой сейчас смотаюсь. Он привез балку, пусть и забирает.
— Я с тобой! — решительно заявила Настя. — Обещал показать карьер.
— В другой раз поедем. Я один быстрей. Моментом обернусь.
Настя отвернулась. Принялась носком туфли ковырять землю.
— Еще успеем съездить. Не сердись! — оправдывался я.
— Не берешь? Да?
Я убежал, чтобы не поддаться уговору. Мне повезло: на дороге показалась машина. Я не стал дожидаться, когда шофер распахнет передо мной двери кабины и пригласит сесть рядом с ним. На ходу вскочил в кузов. Несколько раз перекувыркнулся через голову, перелетел от одного борта к другому, прежде чем ухватился за высокую кабину.
«Хорошо, что не взял с собой Вяткину, — подумал я. — На ходу бы не вскочила!»
Машина все время подпрыгивала, как будто шла галопом. Алешка объяснял мне, что у МАЗа короткая рама.
Шофер МАЗа был настоящий артист. Наш самосвал летел, словно тяжелый танк, свирепо рыча, обдавая черным дымом встречные машины.
Скоро с высокого кузова мне стала видна круглая чаша карьера. Пока не вырос глиняный откос, я хорошо успел рассмотреть экскаваторы. Ребристые стрелы с тяжелыми ковшами и лопатами то и дело взлетали к облакам.
— Красота!
Шофер круто повернул, и картина сразу изменилась: теперь уже было видно стену с желтыми и белыми пластами песка и мела.
Мы вовремя успели проскочить железнодорожное полотно: упала длинная палка шлагбаума, и, пронзительно гудя, промчался электровоз, таща за собой длинный состав думпкаров. С гремящих металлических платформ ветер сдувал песок.
Шофер свернул на бетонку. Резко затормозил, и я, не ожидая этого, больно ударился спиной. Через заднее стекло заглянул в кабину.
Шофер достал из кармана комбинезона мятую пачку «Беломора» и закурил.
По дороге прямо на нас двигался МАЗ с огромной цистерной. Из толстой трубы под радиатором во все стороны широким веером разлетались струйки воды.
«Ловко придумали дорогу мыть! — догадался я. — Для шоферов стараются».
Бетонка кончилась, и машина снова запрыгала по разбитой, ухабистой дороге. Мы оказались на среднем горизонте. На самом краю песчаного уступа стоял большой четырехкубовый экскаватор ЭКТ-4.