Бастард говорит, что даже предание анафеме не помешает ему как следует потрясти церковные сокровища. После этого должна была следовать сцена (присутствующая в более ранней пьесе), где Бастард потрошит сундуки аббатов и аббатис и обнаруживает свидетельства сексуальной распущенности монахов, но Шекспир в ней не нуждается.
Сразу после ухода Бастарда Иоанн сталкивается с новой проблемой. Возникает вопрос, что делать с Артуром. Если бы юноша погиб в бою, Иоанн мог бы ликовать. Это была бы славная смерть, что позволило бы Иоанну стать законным королем Англии по всем статьям.
Но Артур взят в плен; пока принц жив, он останется причиной всех мятежей и восстаний. Однако он находится во власти Иоанна; в таких условиях справиться с неугодным принцем несложно.
У Шекспира Иоанн поддается искушению. Он льстит Хьюберту, заботам которого поручен Артур, туманно сулит ему любовь, повышение по службе и награду, а затем говорит:
Мой Хьюберт, друг мой Хьюберт! Погляди
На мальчика. Хочу тебе признаться:
Он на моем пути — змея лихая.
Куда б я ни подался, всюду он.
Меня ты понял, страж его?
Хьюберт все понимает и замышляет убить Артура.
Если преимущества собственного положения ясны Иоанну, то еще более они ясны его врагам — во всяком случае, некоторым из них.
К последним относится Констанция Бретонская, безутешная мать. Она боится за судьбу сына, оказавшегося в руках Иоанна, и поднимается до высот трагизма, которому нет равных в мировой литературе. Констанция воспевает смерть, которая кажется ей желанной:
Смерть, смерть! Люблю и призываю смерть.
Благоуханный смрад! Блаженный тлен!
Встань, поднимись от ложа вечной ночи,
Ты, враг, ты горький ужас для счастливых!
Лобзать я буду мерзостные кости…
Увы, приходится признать, что ничего подобного в истории не было и быть не могло, потому что Констанция умерла в 1201 г., через год после бракосочетания дофина и Бланки Кастильской и за два года до пленения принца Артура.
Папский легат Пандольф тоже видит опасность, грозящую Артуру, но, естественно, воспринимает ее совсем не так, как Констанция. Это типичный итальянский иезуит, созданный воображением протестанта: неподвластный эмоциям, безразличный к добру и злу и ищущий во всем политической выгоды. Если Филипп Французский и дофин Луи переживают из-за проигранной битвы, а Констанция трагически оплакивает потерю сына, то Пандольф понимает, что на самом деле поражение потерпел именно Иоанн.
Он говорит, что Иоанн непременно убьет пленного Артура. Когда дофин спрашивает, какая от этого корысть Франции, Пандольф отвечает:
От имени своей супруги Бланки
Предъявишь ты права на то, что было
Законным достоянием Артура.
Бланка Кастильская — дочь старшей сестры Иоанна, и это дает ей право претендовать на престол. Однако это несостоятельный довод, так как, согласно английским обычаям, наследники дочерей Генриха II могли бы занять трон только в том случае, если бы не осталось в живых наследников сыновей короля. А поскольку Иоанн жив, мужская линия норманнской династии не пресеклась.
Кроме того, вряд ли англичане согласились бы, чтобы их королем стал французский принц, единственная заслуга которого в том, что он женился на внучке английского короля.
Впрочем, Пандольф тут же отказывается от этого варианта. По его мнению, гораздо важнее другое: убийство Артура обернется против самого Иоанна:
Его деянье злое охладит
Сердца народа, рвенье заморозит.
Пандольф указывает, что в таких обстоятельствах Луи будет достаточно высадиться в Англии с небольшим отрядом, чтобы англичане тысячами устремились к нему.
Дальнейшая судьба Артура покрыта мраком. Известно только одно: после битвы у замка Мирабо его перевезли в Англию, посадили в башню замка, служившую тюрьмой, и поручили его охрану Хьюберту де Бургу. Больше о принце никто ничего не слышал. Видимо, он умер; большинство ученых считает, что принц был убит по приказу Иоанна еще до конца 1203 г. А кое-кто предполагает, что Иоанн сделал это собственными руками.
Вряд ли Иоанн стал бы убивать принца сам (он вполне мог кого-то нанять), однако все современные историки сходятся на том, что Артура убили. Иоанн должен был учесть, что после исчезновения Артура разразится буря. Если бы он мог предъявить следствию живого Артура или убедительно объяснить причину его смерти, то наверняка сделал бы это. Но король даже не пытался оправдываться, и это является самым убедительным доказательством его вины.
Однако Шекспир толкует этот эпизод в пользу Иоанна. Иоанн — английский король, предок Елизаветы I, что не позволяет изображать его мерзавцем, опозорившим свой род. (Единственный король, которого Шекспир изобразил неслыханным злодеем, — Ричард III, но Ричард не прямой предок Елизаветы I. Наоборот, злодейство Ричарда III только укрепляло права Елизаветы на престол, поэтому в данном случае Шекспиру была предоставлена полная свобода.)
Согласно версии Шекспира, Иоанн сначала приказал Хьюберту убить принца, но потом смилостивился и велел всего-навсего ослепить его. Однако Хьюберт не сделал и этого. В чрезвычайно сентиментальной сцене Артур умоляет Хьюберта о пощаде, и тот решает спасти его. Конечно, если Иоанн узнает правду, де Бургу несдобровать, поэтому он говорит Артуру:
Известье ложное, что ты погиб,
От псов шпионов дядя твой получит.
Иными словами, у Шекспира и овцы остались целы, и волки сыты: хотя Иоанн отдал приказ убить принца, юношу не убили и не искалечили, поэтому в крови Артура король не повинен.
Действие перемещается в Лондон, куда Иоанн уехал для повторного коронования. Он говорит:
Вновь мы воссели здесь, и вновь — в короне;
И вы, надеюсь, рады видеть нас.
Повторная коронация предусматривала новую клятву на верность, которую приносили все вельможи королевства. У этой церемонии были две цели: Во-первых, принимая от лордов клятву на верность после его предания анафеме, Иоанн лишал лордов возможности утверждать, что первая клятва, данная в 1199 г., потеряла силу из-за отлучения короля от церкви. В конце концов, после этого они дали новую клятву.
Во-вторых, после предполагаемой смерти Артура оспаривать права Иоанна на престол некому. Если при жизни Артура первая коронация была недействительной, то теперь, когда принца нет, будет действительна вторая. Тот, кто предложил Иоанну провести повторную коронацию еще до того, как распространилась весть о смерти Артура, обладал государственным умом.
Однако лорды не дураки; цели второй коронации не дают им покоя. Один из них — Пембрук — брюзжит:
Не будь на то высокой вашей воли,
И нужды не было бы в повторенье…
Иными словами, повторную процедуру считают капризом короля.
Пембрук — это Уильям Маршалл, первый граф Пембрук. Он родился в 1146 г., был одним из главных полководцев Ричарда Львиное Сердце и помогал управлять Англией, когда Ричард отправился в Крестовый поход. В молодые годы Иоанна Пембрук командовал армиями в Англии и Франции и всегда был самоотверженным сторонником короля.