Пока четвертая осуществляла внезапные и краткие удары по выгодным целям на континенте, капитан Фабиан, охочий до славы после атаки на Лизис Макар, бросил третью в самое пекло боев.
Зеленокожие напористо пробивались к Порт-Сетебосу, резиденции губернатора и сердцу громадной производственной империи Адептус Механикус, но в городе не осуществлялась массовая эвакуация, никто не улетал за океан, на безопасные территории.
Десятки полков оборонной ауксилии и когорт скитариев были отведены для удержания главной защитной линии города, естественной крепостной стены — хребта Медеи. Капитану Фабиану и воинам его третьей роты предстояло нанести сокрушительный удар во фланг врага, и, смяв его, прижать орков к океану.
И на этот раз истребление чужаков должно пройти по всем правилам.
На глазах Уриила последние здания комплекса утонули в трясине. В любом случае, большинство подобных построек и так были временными, возведенными на ячеистом фундаменте опор, врезанных в скальное основание. Впрочем, этот комплекс орки достаточно долго укрепляли опалубкой из кессонных свай, так что он мог устоять и оказаться источником материалов для их омерзительного рода.
— Капитан Вентрис прав в данном вопросе, — объявила фабриката Убрике, когда адепт Комеда снова поднял голос против уничтожения построек. — Порча проникла слишком глубоко, и её не вычистить полностью. Предпочтительнее уничтожить комплекс, нежели оставить его на разграбление ксеносам.
Даже до адепта Комеды это дошло.
Последняя балка бурового авгура скрылась в бурлящей грязи, и тогда Уриил увидел дымящие и лязгающие громадины, пустившиеся в погоню за имперцами.
Местные называли эти машины «грязепароходами», что звучало почти забавно, пока ты не видел ни одной из них вживую. Орочьи транспортники, огромные, угловатые железные монстры с плугообразными носами, взрезали верхние слои трясины, словно океанские броненосцы давно минувшей эпохи. Изрыгающие дым моторы и здоровенные металлические гребные колеса по обоим бортам раскидывали грязь, поднимая пенящиеся гейзеры.
На палубах было тесно от чудовищных орудий, отвергавших саму идею быстрого понимания их принципов действия и любые попытки классификации. Там же торчали и собранные из металлолома летательные аппараты, насчет которых любой адепт Механикус мог бы поклясться, что в воздух они подняться не сумеют. Очевидно, способность зеленокожих быстро воплощать в жизнь оружейные технологии, которые явно выходили за пределы их понимания, в очередной раз превзошла любые опасения людей.
— Чрезвычайно поразительные творения, вы не находите? — спросила фабриката Убрике, ехавшая на крыше переоборудованной «Саламандры». Встроенные силовые поля БМП оберегали красно-чёрные робы механикум от комьев грязи. Орки-захватчики частично раздавили гортань фабрикаты, и её голос звучал искаженно, со скрипом. — О, я бы всё отдала за возможность изучить подобного гиганта вблизи.
— Я видел одного вблизи, вскоре после высадки на Сикоракс, — ответил Вентрис. — Поверьте, это не то зрелище, которым стоит любоваться.
— Совершенно объяснимое мнение, — согласилась Убрике с лающим механическим смешком. — Но только представьте, что мы могли бы узнать…
— У меня сложилось впечатление, что ксенотех вне закона для Адептус Механикус. Запрещен к изучению.
— Именно так, — кивнула фабриката. — Таков постулат о врожденной безбожности чужацких технологий, ещё одном отличии людей от низших рас Галактики. Если мы однажды запятнаем золотой свет Омниссии злокозненной порчей ксеномеханизмов, то, возможно, он потускнеет навсегда.
— Тогда зачем изучать их?
— Разве вы не анализируете методы ведения войны, применяемые вашими врагами, чтобы лучше сражаться с ними?
— Так и есть, — признал Уриил.
— Значит, мы поняли друг друга, капитан Вентрис, — сказала Убрике, и в этот момент загрохотали, сотрясая воздух, огромные пушки приближающихся грязепароходов. Палубы скрылись за желтоватыми облаками, и мгновения спустя небо прочертили параболы колеблющихся дымных следов.
— Мы в зоне досягаемости? — спросил капитан.
— Это же зеленокожие, кто может знать? — с этими словами фабриката отступила внутрь бронированного корпуса «Саламандры», и БМП отвернула в сторону, подняв грязевой фонтан.
Уриил перевел внимание на приближающиеся снаряды, пытаясь определить места попаданий, но, как и предупреждала Убрике, траектории оказались непредсказуемыми. Некоторые боеприпасы уже рухнули в болото, другие же продолжали набирать высоту.
Но, какими бы беспорядочными не были залпы, снарядов оказалось много — орки не могли взять качеством, но всегда брали количеством.
Спрыгнув внутрь «Носорога», Вентрис плотно прикрыл люк, зафиксировал крышку и направился в десантный отсек, где сидели прямо, будто шомпол проглотив, бойцы «Мечей Калта», опершиеся на внутренние стенки.
— Это был артудар, капитан? — спросил Пелей с места водителя. Голос флагоносца звучал напряженно из-за усилий, с которыми космодесантник направлял БТР по грязи, следя, чтобы боевая машина не увязла.
— Палубные орудия на грязепароходах, — кивнул Уриил.
— Точно бьют? — поинтересовался Брут Киприан.
— Скоро узнаешь, если попадут в нас, — заметил Ливий Адриан.
— Расстояние слишком большое, — возразил Петроний Нерон. — Чужакам нас оттуда никак не достать.
Киприан тут же двинул его кулаком по наплечнику.
— Упаси нас Император от таких неразумных слов! Пето, ты, считай, только что обеспечил оркам попадание.
Вентрис знал, что Нерон сейчас нахмурился под шлемом. Только Брут решался называть мастера клинка и ротного чемпиона его старым прозвищем из казарм Агизела.
— Если не изменим курс, то Петроний окажется прав, — произнес капитан, как только «Носорога» сотрясла дрожь от первых разрывов. — Скорее всего, враги повернут, как только мы приблизимся к Фабиану и третьей роте.
Впрочем, тут же рухнуло ещё несколько снарядов, на этот раз ближе к ним. По корпусу простучали выброшенные взрывом булыжники и лежавший в трясине щебень, БТР резко дернулся, и капитану пришлось схватиться за вертикальный поручень.
— Что вы там говорили? — осведомился Киприан.
— Тебя что-то беспокоит? — спросил у него Адриан.
— Нет, — ответил воин, и Уриил поверил ему. Чтобы заставить Брута Киприана занервничать, требовалось нечто большее, чем десятки приближающихся снарядов большой мощности.
— Капитан Вентрис, вокс-контакт с Порт-Сетебосом, — сообщил Пелей.
Уриил нахмурился — он ничего не слышал в вокс-сети ордена.
— Кто на связи?
— Неизвестно. Судя по позывным — оборонная ауксилия, командный уровень.
Пройдя в водительский отсек, Вентрис повесил шлем на монтажную стойку рядом с плечом флагоносца. Вокс-рожок требовался только при общении с кем-то не из воинов ордена, и, поднеся устройство к уху, Уриил ощутил мрачное, скверное предчувствие.
— Это капитан Вентрис, говорите.
Голос в вокс-канале звучал сквозь скрип помех, пропадал и появлялся вновь каждые несколько секунд, но важность сказанных слов оказалась предельно ясной. Уриил аккуратно повесил вокс-рожок обратно в нишу.
— Какие новости, капитан? — поинтересовался Ливий.
— Порт-Сетебос вот-вот падет, — ответил Вентрис, всё ещё отходя от услышанного.
— Что? — не поверил Нерон. — Но как…
— Не знаю, — покачал головой Уриил. — Оборона на хребте Медеи прорвана, орки хлынули к городу.
— Что с фланговой атакой третьей роты? — спросил Киприан.
— Она… провалилась, — ответил Вентрис, и последнее слово прозвучало для него анафемой. — Фабиан отступает.
Прежде чем «Мечи Калта» сумели отреагировать на немыслимое утверждение о том, что атака Ультрадесанта может провалиться, БТР разом сотрясло множество попаданий.
Верхняя броня «Носорога» прогнулась в нескольких местах ровными полушариями. Ударом кулака Ливий выпрямил одну из вмятин.
— Зубы Конора! — выразился он. — Это уже не артиллерия.