Похоронив Антония, Клеопатра возвратилась во дворец, где ее окружили царскими почестями, но содержали как пленницу.
Согласно Плутарху, «Октавиан посетил Клеопатру, чтобы сказать ей слова утешения. Она лежала в постели подавленная, удрученная, и когда Октавиан появился в дверях, вскочила в одном хитоне и бросилась ему в ноги. Ее давно не чесанные волосы висели клочьями, лицо одичало, голос дрожал, взор потух, всю грудь покрывали струпья и кровоподтеки. Однако ее прелесть, ее чарующее обаяние еще не совсем угасли, но как бы проблескивали изнутри сквозь жалкое обличье и отражались в игре лица».
Октавиан заверил царицу в своем добром отношении. Она поначалу поверила и попыталась расположить императора к себе. Более того, пустила в ход все свое женское обаяние. Октавиан сделал вид, что поддался ее чарам, но на самом деле замышлял обман.
Римский офицер, влюбленный в Клеопатру, сообщил ей, что через два дня ее отправят в Рим. Любовницу «божественного» Цезаря и Антония покажут народу прикованной к колеснице.
Единовластная владычица Египта представила себя в церемонии триумфа и сказала своим приближенным, что не допустит этого. В. Шекспир в своем произведении «Антоний и Клеопатра» передает разговор Клеопатры со служанкой Ирадой:
Клеопатра приняла твердое решение умереть. Оставалось только выбрать способ добровольной смерти.
Возвратившись после посещения могилы Антония во дворец, Клеопатра приказала слугам готовить ванну. Она искупалась в молоке ослицы с медом, служанки натерли ее тело особым душистым бальзамом, морщинки у глаз загримировали мазью-кашицей из свежих персиков, а волосы умастили изысканными благовониями. Последний туалет был завершен макияжем. На лицо нанесли бледно-розовые румяна, а глаза подкрасили, удлинив их естественный разрез.
![Тайны Царских Династий Мира. Фараоны - сыновья Солнца i_075.png](https://litlife.club/books/247564/read/images/i_075.png)
Клеопатра устроила роскошный пир. В царском уборе она возлежала на ложе, ей прислуживали две верные служанки. В это время какой-то крестьянин, пробравшийся во дворец с разрешения римских стражников, поднес царице корзину свежих, только что собранных винных ягод. Отпустив гостей, Клеопатра вместе со служанками ушла в спальню, легла на золотое ложе и продиктовала письмо Октавиану. В нем просила похоронить ее вместе с Антонием. Потом, раздвинув в корзинке фрукты, увидела под ними свернувшегося кольцом аспида. Золотой шпилькой, вынутой из волос, она уколола змейку, которая, зашипев, обвилась вокруг руки и ужалила царицу.
Получив письмо, Октавиан понял, что задумала царица, но было уже поздно. Когда его посланцы прибыли во дворец, Клеопатра в царском уборе лежала на золотом ложе мертвой. Одна из служанок, Ирада, умирала у ее ног, другая, Хармион, уже шатаясь и уронив голову на грудь, поправляла диадему в волосах своей госпожи.
От терпких непонятных духов у легионеров закружилась голова и они не посмели приблизиться к ложу Клеопатры.
Вот упала замертво и вторая служанка…
Октавиан, исполняя волю царицы, отдал приказ похоронить ее рядом с Антонием. С почетом похоронили и обеих служанок царицы. Император приказал отовсюду убрать мраморные изваяния Антония, но не трогать изваяний Клеопатры.
![Тайны Царских Династий Мира. Фараоны - сыновья Солнца i_076.png](https://litlife.club/books/247564/read/images/i_076.png)
Римляне смотрели на добровольную смерть как на своеобразную доблесть. Гораций в своей знаменитой оде отдает должное решимости Клеопатры умереть свободной:
Правда, когда по личному распоряжению Октавиана спасать Клеопатру прибыли псиллы — профессиональные целители от змеиных укусов, они не обнаружили на ее теле следов смертельного змеиного укуса.
Гален считал, что Клеопатра нанесла себе рану сама и влила в нее яд. Владычица Верхнего и Нижнего Египта Клеопатра владела искусством изготовления ядов.
…В первое время Антоний опасался, что Клеопатра отравит его во время одного из пиров. Однажды Клеопатра положила лепестки роз из своего венка в бокал с вином. Кончики лепестков были отравлены. Когда Антоний поднес бокал к губам, царица остановила его, чем доказала свою искренность. Отравленное вино пришлось выпить преступнику, сидевшему в тюрьме. Он сразу же умер в страшных мучениях.
Легендарная царица Клеопатра оставила в наследство потомкам загадку своей смерти. От чего же она все-таки погибла — от укуса «услужливого аспида» или приняв смертельную дозу яда?
Сведения о смерти Клеопатры основываются на рассказе Плутарха. Историки полагают, что тот взял эти сведения у личного врача царицы Олимпуса. Однако в определенной степени повествование Плутарха не может быть признано действительным. Уж слишком много в нем нестыковок и несуразностей.
С легкой руки Плутарха все узнали, что «билет в вечность» Клеопатре дала гая, или египетская кобра (крупная змея длиной 2–2,5 метра). С давних времен эта змея — символ египетских фараонов. Урей — изображение кобры на короне фараона — и по сию пору популярен у профессионалов — заклинателей змей в Северной Африке.
Гаи имеют коричневый, кремовый, желтоватый, сероватый и медный оттенок, бывают полосатыми, как зебры. Эти змеи имеют длинный хвост, мощное цилиндрическое тело и широкую головку с небольшими глазками, обладающими гипнотическим воздействием.
По рассказу Плутарха, Клеопатра, получив большую корзину со смоквами, в которой была спрятана змея, ведет себя достаточно странно: пишет записку Октавиану и хватает змею, чтобы та ее ужалила. Прежде чем упасть замертво, царица передает змею служанке Ираде. Аспид быстро жалит Хармион, и та тоже умирает. Когда через считанные минуты в опочивальню вбегают римляне, то все три женщины оказываются мертвыми. Змея же к тому времени… бесследно исчезла.
Современному криминалисту бросается в глаза неправдоподобие ряда эпизодов, описанных Плутархом.
Как видим, не все ясно со змеей. Клеопатра знала, что яд кобры смертелен. Плутарх говорит, что Клеопатра проводила эксперименты на арестованных в поисках идеального яда. Спустя два столетия после смерти Клеопатры греческий врач Гален видел, как в Александрии казнили преступников, бросая им на грудь кобру. С учетом жестокости того времени, смерть подобного рода можно считать гуманной.