– Подожди, – милая гримаска досады. – Это важно, чтобы ты знал. Отныне единственная моя цель – быть полезной тебе. Понимаешь? Пиши спокойно свои гениальные книги, а я буду делать всё остальное. Деньги зарабатывать, обустраивать домашний очаг. Больше я ни о чём не мечтаю. По-твоему, это слишком много?
Мне стало немного грустно. Пьяная одурь рассеялась у обоих, и спагетти показались мне очень горькими. Таня сделала своё признание с глубокой, я бы сказал, выстраданной убеждённостью, что только по одной ее интонации, я понял, что внутреннее одиночество у нее было очень сильным, и захлестывала иногда через край. В такую минуту и не знаешь, как поступить и что сказать. Поэтому я решил промолчать.
- Да, забыла тебе сразу сообщить, ты с сегодняшнего дня холостой. Папин юрист сегодня позвонил мне и сказал, что решение суда о расторжении твоего брака сегодня вступило в законную силу.
Я тут же вспомнил, что доверенность на представительство в суде я заверял у нотариуса и отдавал ее какому-то мужику, в связи с просьбой Виктора Николаевича. Правда, я выдавал ее для конкретной цели, но как-то обиходом мне иносказательно намекнули, что может она, пригодится и для брачно-семейных споров. Я не придал тогда никакого значения этой фразе, а оказывается зря. Вот сразу же прояснилось, почему супруга перестала звонить. Получается Таня, садясь в самолет, примерно предполагала развитие событий. Как говорил одноглазый шахматист, в двенадцати стульях «У меня все ходы записаны». А я как телок на веревке, в какую сторону привели, в такую и пришел. Странно, но в этот момент я даже не мог понять свое состояние. Было даже некоторое облегчение, что ни надо принимать решение. Не принятие решения, это ведь тоже, по сути, решение. Однако где-то в глубине души была маленькая, слабенькая, но ощутимая досада, что при моем выборе, мне даже не дали, ни одного шанса сделать этот выбор. При этом мне не хотелось, что бы Таня уловила эту эмоцию. Помолчав несколько секунд, я задал нейтральный вопрос.
- Не могу до сих пор понять, почему из всех мужчин на свете ты выбрала именно меня. Уверена, что не ошиблась?
– Ты лучше всех. – Она покровительственно взъерошила мои волосы. – Даже когда пьяный. Но завтра, тебе будет лучше, если ты будешь трезвый. Завтра мы поедем в столицу, в Рим.
- В Рим? А что мы будем там делать? – внутреннее я понимал, что мы будем там делать, (вероятность венчания в католическом соборе с присутствующим на церемонии российским консулом была сто процентов) но озвучивать сам это не желал. Если ранее, возможно все было перевести в юмор или отшутится, «мол, принимаю твою игру и сам играю» то сейчас эта возможность ушла в безвозвратно в прошлое. Канула в лету. Рассеялась как дым. Сгинула. Истлела. Растворилась. Исчезла. Тут я затаив дыхание, и смотря ей прямо в глаза, настороженно ждал вразумительного ответа.
- Как что делать? – изумленно спросила она – Колизей смотреть будем. Ватикан смотреть будем, ведь туда один из апостолов перебрался и стал первым римским папой. Да, это один из самых старых и красивейших городов во всем мире.
Я облегченно выдохнул и мысленно перекрестился, слова, которые волновали и будоражили мою кровь, озвучены не были. Хотя я четко осознавал, что все это до поры до времени.
На следующий день, позавтракав, мы отправились в Рим. Вещей с собой было немного. Мне так было одеться, как говорится в народной пословице, только подпоясаться. Таня тоже не злоупотребляла шопингом в нашем городке. Поэтому все влезло в две небольшие дорожные сумки. Побросав весь свой багаж в автомобиль. Удобная я скажу вам штука, автомобиль напрокат. Берешь автомобиль в одном городе, а отдать можно в другом. В конторе, где мы взяли авто, была разветвленная сеть филиалов. Утром, советуясь друг с другом, мы сначала хотели поехать на поезде, но потом решили посмотреть Италию, проезжая по ней на легковушке. Все-таки путешествовать автопробегом более интересно. Можно остановиться, зайти куда-нибудь пообедать. Да можно просто остановиться, если понравился окружающий пейзаж. Этакая машина времени. Рим это наше будущее. Неаполь наше прошлое. А мы в настоящем на скоростной дороге. Если захотим, можем, развернутся и вернутся в наше прошлое. А если захотим, то остановимся и погуляем в настоящем. Нажимаем на педаль и будущее летит к нам на скорости 150 километров в час. Доехали мы до столицы быстро. По пути не останавливались, перекусывая на ходу пиццей с анчоусами и запевая все это дело вездесущей кока-колой.
Доехали до столицы быстро. Поплутав по улицам, не спас даже навигатор, добрались до отеля. До Рима я думал, что меня уже трудно удивить. В конце концов, двадцать первый век со всеми его технологиями, масштабами и новой парадигмой. Но даже мне невозможно помыслить такое архитектурное сооружение, что представляет собой Собор Святого Петра с прилегающей площадью, а построили его сотни лет назад! Я действительно не понимаю, как люди, жившие за шесть веков до меня, могли, пусть даже в своем воображении, возвести такую громадину и, более того, сделать ее реальностью. Да, самое плохое, везде стоят безумные очереди! Фонтан Треви штурмуют сотни людей! И это, самый главный недостаток Рима. В тишине и одиночестве здесь остаться невозможно. Туристы – самая главная проблема столицы . Японцы с фотоаппаратами, немцы, американцы, французы и так далее. Опишу лишь кратко свои самые яркие впечатления. Красота неописуемая и неухоженность. Достают толпы чернявых итальянцев. Невозможно остановиться, а не дай бог присесть, чтоб тут же не выстроилась очередь желающих впарить тебе какую-нибудь бодягу, типа солнцезащитных очков, часов, мобильников. Наверное, у них это в крови. Что в Неаполе, что в Риме. Вечером в кафе задолбали с цветами, причём продают они их в чётных количествах. Через тридцать секунд настойчивого желания молодого мужчины продавца хотелось его уже покалечить и букет возложить ему же на грудь. Но, самое интересное, было позже, через тридцать минут приходит следующий продавец цветов и опять, же видя кавалера с дамой, начинает новую молниеносную атака на меня. В общем, я внутренне кипятился, как мог, а Таня только молча, посмеивалась и с улыбкой наблюдала, как отбивался от липучих работников сферы услуг. Не в цветах, дело. Просто я не люблю, когда мне что-то навязывают, без моей воли. Прошло еще тридцать минут, и появился новый продавец цветов. В этот раз им была бабушка – божий одуванчик. Но это только на вид. А по манере ведения военных действий это был Суворов Александр Васильевич в женском обличии. Когда я отрицательно замотал головой, мол, цветы не нужны и вообще я наслаждаюсь вкусом кофе и смотрю исключительно на свою восхитительную собеседницу, то бишь Таню. Бабушка – божий одуванчик встала рядом с Таней и начала украшать ее одежду цветами. Скороговоркой на итальянском, поминая все и всях, мне давали понять, что сеньорите просто необходимы такие цветы, если я питаю симпатию к такой очаровательной сеньорите, то просто обязан, заботится о природной красоте своей спутницы. Так по ее интонациям я понял смысл ее обращения ко мне. Лох, то есть я, упрямился и пытался объяснить на русском языке, что данная девушка ему нравится без всяких цветов. Было бы неправильно украшать естественную русскую красоту женщины басурманскими итальянскими цветами. Не думаю, что она поняла мотив моего препирательства, но она уловила смысл. В воздухе запахло скандалом, лох наотрез отказывался платить за великолепные и восхитительные олеандры. Тогда, бабушка призвала к себе на помощь равноапостольную Деву Марию, Марию Магдалену и Маму Мия. Это уже я понял по ее восклицаниям и уловив знакомые буквы. Последнюю женщину Маму Мия я не знал, и собственно никогда о ней не слышал, но она сразу, же заслужила мое уважение, потому что вероятно находиться в непрерывной связи с мамой Иисуса Христа. В ее монологе, по частоте упоминаний эти два имени занимали первое место. Видимо она взывала к небесам, что бы эти уважаемые женщины со мной разобрались на земле. Высказывать неуважение, а уж тем более вступать в конфронтацию с Девой Марией я совершенно не собирался, поэтому пришлось встать и объявить бабуле