***
Когда я открыла глаза, мир словно кто-то перекроил заново: над головой простиралось бескрайнее темное небо, расцвеченное крохотными точками далеких звезд, куда-то исчезли горы, утихла завывавшая среди них свирепая недавняя вьюга, не слышался больше яростный свист ветра, а вместо него пришло блаженное ощущение тепла. Неги. И удивительное, волшебное, необъяснимое чувство защищенности, которого я никогда не испытывала прежде.
Какое-то время я просто лежала, с улыбкой глядя на усыпанные бриллиантами небеса, наслаждаясь этим новообретенным чувством и лениво размышляя о том, почему очнулась именно здесь. Потом сообразила, что нахожусь не в постели, что сомкнувшиеся вокруг меня белые стены ничем не напоминают стены корпуса целителей, а над моей головой действительно находится самое обычное, на редкость ясное небо, на котором горят такие же обычные, только очень уж яркие звезды.
Впрочем, стоило пошевелиться, как мир вокруг меня тоже пришел в движение. Необычайно высокие, поблескивающие серебристыми вкраплениями "стены" внезапно опустились, раздвинулись, стремительно раскрывшись гигантским цветком. Теплый, напоенный удивительной свежестью воздух, ворвавшись в уютное пространство между ними, заставил меня глубоко вздохнуть, всем существом вбирая знакомый с детства запах моря. А внезапно оказавшиеся напротив огромные зеленые глаза - неверяще ахнуть и, забыв обо всем, рвануться навстречу.
- Рэн!
"Ну здравствуй, мое непокорное Пламя, - с нежностью сказал серебристый дракон, баюкая меня в коконе из сложенных крыльев. - Если бы ты знала, как долго я этого ждал"...
С силой прижавшись к не самой крупной чешуйке на гигантской морде, я крепко зажмурилась и едва не шмыгнула носом, ощутив, как предательски защипало глаза.
- И ты тоже здравствуй... мой призрачный дракон... если бы ты знал, как я по тебе скучала!
Он в ответ негромко заурчал.
"Что же ты меня не дождалась, а? Зачем решила напугать? - прошептал, легонько потеревшись мордой. - Я так тебя ждал, так надеялся, так боролся"...
- Прости, - прерывисто вздохнув, я обняла его еще крепче и виновато уткнулась носом в твердую щеку. - Я не удержалась. Я... у меня просто не хватило сил.
"Все хорошо, маленькая, - жарко выдохнул дракон, едва не опалив мне спину. - Тебе больше не нужно бояться. Я рядом. Я тебя поймал".
Я, внутренне вздрогнув, невольно вспомнила, как падала в пропасть, а потом зажмурилась, отгоняя непрошенное видение, и чуть не помотала головой. Не хочу об этом вспоминать. Не хочу даже думать о том, что случилось. Ничего больше не хочу... потому что, кажется, уже обрела все, что хотела.
Какое-то время мы так и стояли, тесно обнявшись и боясь шевельнуться, чтобы не спугнуть внезапно возникшее чувство единения. Он негромко урчал, бережно обвив мои ноги кончиком длинного хвоста. Я старательно сдерживалась, чтобы не выронить упрямо набегающие слезы. Но затем Рэн, коротко рыкнув, внезапно подхватил меня кончиком крыла, завернул в оказавшуюся невероятно гибкой перепонку, взметнул на невероятную высоту и... крепко прижал к груди. К той самой ямке, где мерно бухало его огромное сердце и откуда шло такое знакомое, волшебное, ни с чем несравнимое тепло.
Прижавшись к гладкой чешуе, я непроизвольно замерла: она оказалась горячей, словно изнутри ее согревало неугасимое пламя. Нет, уже почти обжигающей, будто вместо обычного пламени там вспыхнул свирепый костер. Но к этому костру хотелось прикасаться. Его хотелось погладить, обнять, окунуться в него с головой и никогда больше не отпускать. Потому что это было мое, родное. Моя маленькая... хотя, наверное, нет, все-таки большая... частичка. Теплая, заботливая, надежная. Намного более сильная, чем я. И гораздо более мудрая. То, что каким-то образом стало моим потерянным домом. И то, чего мне, оказывается, так отчаянно не хватало всю прежнюю жизнь.
Не удержавшись, я все-таки протянула руку и с трепетом погладила серебристую чешую. Сердце в ответ бухнуло с удвоенной силой, а Рэн заурчал громче.
"Моя... - прошептал он, с необычайной осторожностью прижимая меня к груди. - Моя Хейли... никому тебя не отдам".
- И я тебя, - вдруг с неожиданной ясностью поняла я. - Потому что ты тоже мой... мой дракон! Мое Пламя!
Рэн прерывисто вздохнул и, отстранившись, посмотрел на меня долгим внимательным взглядом. А потом улыбнулся одними глазами и с гордостью подтвердил:
"Да".
И для меня, наконец, все стало просто и понятно. Мне больше не требовалось доказательств того, что я и Рэн - одно целое. И что горящее в наших душах Пламя - одно на двоих. Теперь я твердо знала - мы больше никогда не расстанемся. И в день, когда он исчезнет, меня тоже не станет.
- Хорошо, что ты меня поймал, - бесстрашно вытянув руку, я погладила приблизившуюся вплотную драконью морду. - Иначе я бы никогда не узнала, каково это - быть рядом с тем, кто составляет с тобой одно целое. И каково это - знать, что где-то есть вторая половинка твоей души.
Рэн только хмыкнул, после чего осторожно улегся, опустив крылья, вытянул шею и, прикрыв глаза, шумно выдохнул, заставив пригнуться к земле зеленые травинки.
Я, наконец, обратила внимание на окружающий мир и с любопытством огляделась: вокруг было поразительно красиво. Большая лужайка, сплошь покрытая густым зеленым ковром, опрокинутое над ней гигантским ковшом звездное небо, в котором то и дело пролетали светящиеся белые искорки. Высокая стена леса, вздымающая пушистые ветки на недосягаемую высоту. Крутой обрыв в нескольких сотнях шагов левее. За ним - пологий песчаный берег, тут и там расцвеченный горками аккуратно сложенных камней, и мягкие волны, размеренно накатывающиеся на него, оставляя после себя белую пену...
Немного в стороне от леса, прячась за пышной изгородью кустов, таинственно поблескивал пруд с отражающимися в воде звездами. Легкий ветерок то и дело гнал на его поверхности мелкую рябь, но она, скорее, умиротворяла и вызывала странное желание провести по воде рукой, собирая ладонью прохладные капли и с наслаждением омывая ими горящее лицо. Еще чуть дальше вздымалась необычной формы скала, чем-то похожая на гигантскую подкову. Начинаясь возле кромки леса и затем поднимаясь вдоль края обрыва, она окружала лужайку с трех сторон, а затем, изгибаясь, словно хвост дракона, опять опускалась к земле, образуя уютную ложбину, в которой вполне естественно смотрелся добротно поставленный сруб.
При взгляде на него сразу становилось понятно, что это необычное место - творение не только природы, но и человеческих рук. Но даже при оно не потеряло своей естественности, сохранило привкус первозданной красоты. И одним своим создавало непроходящее ощущение гармонии, умиротворения, от которого на душе воцарялся удивительный покой.
- Что это за картина? - зачарованно спросила я, как следует оглядевшись. - Я не помню ее в нашей Школе.
"Конечно, нет, - снисходительно отозвался Рэн и, почувствовав мое желание, опустил кончик крыла, чтобы я смогла съехать по нему вниз, как по ледяной горке. - Потому что это - вовсе не твоя Школа".
Оказавшись на земле, я тут же опустилась на колени и восторженно провела рукой по траве.
- А что тогда? Рэн, она совсем как настоящая!
"Она и есть настоящая, Хейли, - тихо сказал дракон, а когда я изумленно обернулась, еще тише добавил: - Здесь все настоящее. Даже я".
Я сперва едва не подумала, что он шутит, но потом откуда-то почувствовала - Рэн серьезен как никогда. Более того, в это момент он почему-то напрягся и даже встревожился, словно правда могла меня напугать. Чепуха... сейчас ничто и нигде не могло поколебать воцарившегося в моей душе покоя. И ничто не могло нарушить царящего там равновесия. Даже тот факт, что я каким-то чудом выжила после падения и то, что мой призрачный дракон, наконец-то, вернул себе тело.