Джулиан допил бренди залпом и закусив, кивнул со словами:
– Знаешь, иногда всё же пробирает ностальгия по былым денькам. Теперь профессия контрабандиста оплачивается намного лучше, но для работы требуется хорошая подготовка – корабли вроде моего барлоза уже никто не использует – слишком накладно составлять целый рейс с таким маленьким грузом контрабанды. Всё большую популярность приобретают те же аккламаторы, тяжёлые грузовозы из КМК, которые могут садиться на неподготовленных площадках. Их и досмотреть труднее, и прибыль с рейса астрономическая…
– Это да, – согласился я не раздумывая, – наверное, много людей ушло из профессии?
– Спрашиваешь, – хмыкнул Джу, – почти все разбежались. Я и то из последнего поколения контрабандистов.
– В таком случае будем перепрофилироваться в добывающую компанию. И главное – легальный заработок.
Джулиан ещё несколько минут думал над предложением, после чего дал своё согласие.
Оно и неудивительно – Глубокое Ядро, сектор, который был прародителем жизни в галактике, со временем был позабыт и позаброшен. Оставлены руины множества цивилизаций, а жизнь сместилась дальше. Ближайшей к глубокому ядру планетой был Корусант – он располагался буквально в тысяче световых лет от границы, разделяющую галактику на две зоны. Буквально в двух шагах от Корусанта, по ту сторону барьера, был Корос, бывшая столица бывшей Коросской империи. После того как проложенные архитекторами с помощью балансира маршруты пропали – сместились звёзды, планеты, астероиды, стало невозможно летать внутри. Однако время не стоит на месте – я бы смог если не расчистить маршруты, то проложить хотя бы временные новые, которые просуществуют несколько веков. Потом придётся делать всё заново, но это не страшило меня.
Под ногами лежала богатейшая система в галактике, а так же древнейшая, а никто не мог туда попасть. Вернее – никто не мог оттуда вернуться.
Пора было выполнить ещё один пункт плана – слетать в глубокое ядро и посмотреть на местные владения. Если никому не нужно, то может можно будет разрабатывать план по приватизации собственности в свои руки. Один хрен – кроме меня никто не мог там летать.
Я оставил захмелевшего Джулиана, а сам пошёл подышать свежим воздухом.
Утром, когда все выспались, помятый Джу нашёл меня медитирующим на крыльце и, подумав, что я сплю, решил растолкать, но это не понадобилось.
Всё же планета хорошая – утром воздух свежий, влажный, приятно холодит кожу. В разгар лета утро – время, когда цветы распускаются и влажный и свежий воздух наполняется их тонкими ароматами. Рассвет взял своё и планету залило солнце.
Когда Джу подошёл сзади, я встал и кивнув ему, спросил:
– Надумал что?
– Ты про вчерашнее? – переспросил он, поморщившись от головной боли, – да…
Я не говоря ни слова, убрал боль и привёл организм Джу в тонус, заслужив удивлённый взгляд.
Тряхнув головой и улыбнувшись, бывший контрабандист уже уверенно ответил:
– Да, конечно, я в деле.
– В таком случае, давай на мою яхту, – я кивнул на стоящую на горизонте громадину крейсера, – а там разберёмся что куда. Да и барку придётся купить…
Джулиан кивнув, пошёл обратно в дом – собираться.
Едва мы успели влететь внутрь на спидерах, как створки ангара закрылись и яхта пошла на взлёт. Наш путь лежал на Кореллию – там был самый большой рынок после Корусанта, и недалеко от места назначения.
Заниматься исследованиями сектора без оборудования было решительно невозможно – предстояло купить и установить то оборудование, что мы могли установить, а именно – геологический сканер и дроидов-зондов.
Едва мы вышли из спидеров, как Джулиан присвистнул:
– И это добро твоё?
– Конечно, – тут же согласился я, – хорошая яхта.
– Странно, что ты переоборудовал её, – не понял Джу, – так у тебя был бы целый боевой корабль!
– Как боевой корабль он уже устарел. Если мне вдруг понадобится крейсер, я знаю, где его достать.
– Не сомневаюсь, – кивнул Джулиан, глядя как мандалорский экипаж забирает наши спидеры в соответствующий трюм.
Как хорошо, всё-таки иметь экипаж! Вместо того что бы самому управлять кораблём, достаточно сказать, куда лететь – всё и сами без меня сделаю. Джулиана я поселил в своих каютах – один хрен там было четыре хозяйские комнаты – для меня, Шиая, Мэкои и теперь – Джулиана.
Осмотрев всё буквально квадратными глазами, Джу решил побыть в тишине и удалился в свою каюту, предварительно познакомившись с поваром и плотно позавтракав.
Мэкои увела Шиая в кабинет, где они занимались по общим предметам, а я, оставшись один, вернулся к своей прелести.
На должность моей прелести могла претендовать только небольшая лаборатория, в которой я и занимался силовой ковкой. К сожалению, у старика я научился не то что не всему – почти ничему. Так, мелочи для начального развития. Остальное предстояло понять своим умом. В моё распоряжение старик и не хотел давать технологии архитекторов – их появление в галактике и без того слишком опасно, и уже один раз привело к политическому коллапсу всей системы. Повторить то же самое, но со мной в главной роли – этого старик точно не хотел, поэтому не давал мне ничего реально опасного, что могло бы создать проблемы. А опасным было почти всё, но я не унывал, а начал работу над своими технологиями по образу и подобию того, что было известно.
В лаборатории было уже устроено неплохое место. На столах были разложены сотни стальных кубов с маркировкой, кристаллы, которые я достал из старых мечей, а так же остальные запчасти. На столе был преинтереснейший конструкт, который я начал собирать – автоматический сборщик.
Суть его проста как три кредита – в основу сборщика закладывается образ с каким-либо объектом, его молекулярную структуру, или просто «структура». Структура записывается на специальный куб, внутри которого, под прочным дюрасталевым корпусом была кристаллическая решётка. Принцип был схож с голокроном, только вместо образа своего сознания я записывал маленькую его часть – структуру нужную мне. Это была самая простая часть аппарата – следующая состояла из непосредственно сборщика. Создать сборщик было сложнее всего – при прохождении силы он должен наполнять металл определённой силой, из первого канала, и при этом формировать требуемый объект, структура которого записана в кубе структуры. Собрать первый работоспособный образец мне удалось за три дня – правда, он требовал моего постоянного присутствия для работы и мог только собирать два вида объектов – шар и куб. Но главное – начало было положено. После того как металл входил в активную зону, я вливал силу в кристалл-проводник, из которого она уже постепенно просачивалась внутрь, к металлу, а второй поток шёл в куб структуры. Сначала структура дублировалась, то есть создавался фантом Силы – сформированная силовая структура, призрак будущей вещи. Если в зоне действия был металл или другой материал, аналогичный тому, который есть в фантоме, то его Сила и сила внутри фантома, если они идентичные по своей структуре, притягивались друг к другу. Вернее притягивалась Сила внутри металла к Силе внутри фантома – с точностью до молекулы всё вставало на свои места. Количество металлов и материалов не было ограничено – создать можно было что угодно, хоть чёрта с рогами, лишь бы внутри него текла Великая Сила. Заряда в одном кристалле, когда-то бывшем кристаллом меча, хватает на двадцать четыре цикла, после чего его надо перезаряжать.
Опыты над лабораторным образцом продлились неделю – за это время я смог получить много важной информации об автоматической силовой ковке. Например, формирование фантома, то есть грубо говоря, силовой отливки, должно происходить строго в вакууме, как и дальнейшая работа – в воздухе есть сила, и попытки создать шарик с формированием фантома в воздухе привели к тому, что у меня получился кривоватый и шершавый металлический шар. Микроскопические потоки силы в воздухе создали рябь на фантоме и он искривился, что после того как искривлённый фантом заполнил металл, ощущалось на ощупь, как шершавость. Ещё важные детали – сила в фантоме и сборщике может быть разной по природе, но одной по полярности – наскребав по сусекам немного тёмной энергии, я влил её в фантом, а светлую – в сборщик, что привело к тому, что ничего не произошло. Внутри сборщика состоялся конфликт энергий и светло-нейтральную энергию внутри металла не стало притягивать к тёмной энергии фантома.