— Живой он, живой! Как Сив учил, сейчас попробую отправить его восвояси, — Вир прищурился так сильно, что на лбу образовалось море морщинок. Внешних манипуляций король не проделал, но искрящееся тучка с законсервированным монстром мгновенно отпрянула, поднялась высоко в небо и унеслась прочь.
— И куда ты его? — уже без особого интереса спросил Арсел.
— За пределы Аля. В лес я его отпустил.
— Дружок мой, а откуда такие неожиданные таланты в области магии? Ты же пустой как пробка, а тут бац — и прямо сразу шаман мощный! Я в такие метаморфозы не верю. Кто помог?! — вот тут Данка распирало так, что он был готов встряхнуть самого короля за шиворот.
— Во-первых, не забывай, с кем все-таки говоришь! Я временно без короны, но обязательно вернусь на свое место! А во-вторых, пока ты тут круги наматывал по городу и занимался черт знает чем, кое-что случилось.
Данк не услыхал последнюю фразу — его больше возмущала критика его действий:
— Что значит, черт знает чем!!! Мне холодно было, у меня другой возможности одеться нет, карманы не набиты золотом, как у некоторых, хотя нет, пардон, вы же теперь такой же, как я, оборванец.
К собственному удивлению, Вир устоял и не стал устраивать перебранку:
— Орден побеспокоился не только насчет питания, но и предоставил разнообразный выбор одежды. В нашей комнате целый шкаф с тряпьем, а ты ходишь, город сотрясаешь набегами.
— Не привык я к любезностям и к тому, что кто-то за меня подумает. Я забочусь о себе сам! И вообще, что случилось, то и случилось. Я больше не буду, — последняя детская фраза подействовала на Вира незамедлительно: король впал в истерику, напоминавшую больше попытку сбросить с себя напряжение. Смех удался.
— Хватит ухихикиваться! Кто же тот помощник, который из нашего хлюпкого королевича состряпал мага? — вопрос, прозвучавший во второй раз, рвался наружу как обезумевшее стадо буйволов. — Ну? Ну?
— Мне не спалось. Я крутился в постели как юла, а когда уже собирался было впасть в дрему, явился Аткин — прислужник Сива. Он надеялся на то, что сможет застать и тебя, и сильно расстроился, не обнаружив балбеса на месте.
— Ну, и? — не унимался вурдук. Сейчас он чувствовал, что пропустил очень важное мероприятие. — Елки-палки, так и меня могли бы одарить такими чудесными силищами! Это ж, сколько можно было бы ограбить магазинов и не поймали бы, а если бы и попытались, то заморозил бы или вот так, как ты их облачком.
— Дурень, забудь ты про эти глупости! У тебя девушка в заточении и ждет торжественной казни, а ты тут, как дурак на веревочке.
— Я о ней и не забываю! Завтра утром же устремлюсь по ее следу. А если ты мне не составишь компанию, то и не расстроюсь! И хватит отвлекаться от темы, что этот толстяк дал тебе?
Вир состроил очень загадочную и хитрую "морду", а потом все же сказал, покидая вместе с Арселом неприветливый переулок, где так недавно, совершенно обыденно, был нейтрализован опасный враг:
— Поначалу я полагал, что мы столкнулись с простой кучкой монахов, которые так тщательно прячутся в Але от глаз Фрила и берегут тайну местонахождения Кама, но первое впечатление бывает обманчиво! Они еще и прекрасные воины и волшебники, хотя нет, все немного иначе. Они, в первую очередь — волшебники, помогающие нам стать лучше. Конечно, это все общие слова. В нас с тобой поверили не последние люди, поверили в то, что мы способны сделать огромную работу и помочь многим! Я никогда не задумывался о других, всегда думал только о себе, да о себе, а тут все изменилось! Погибло чудовищное количество жителей Свирда. Я просто обязан даже ради них изменить многое и спасти иные королевства, судьба которых — стать уездами с рабами или вовсе сгинуть в небытие.
Аткин мне помог. Мы с ним долго беседовали, а под конец он неожиданно мне поведал о том, что для того, чтобы двигаться дальше и добраться до Кама мне не обойтись без подарочка — браслета Лунная Спять. — Рука короля оказалась прямо перед носом вурдука: красовавшийся на запястье серебряный браслет тускло поблескивал холодным белым светом.
— Да, вещица хороша, за такую дают пятьдесят золотых — можно безбедно жить и не думать о работе целых три месяца! — восхищение Асела не знало границ. Глаза забегали, а в голове мелькнула мысль о том, что было бы неплохо спереть и эту красотень. Как будто читая буйно-мечтательные размышления толстяка, Вир осадил:
— Нет и еще раз нет! Украсть ты ее не сможешь, хоть кол на голове теши. Он защищен от таких авантюристов как ты — попробуешь только дотронуться, и в миг превратишься в букашку.
— Это тебе Аткин наговорил?
— Он поведал о том, что ждет несведущего, задумавшего умыкнуть драгоценность — долгая и мучительная смерть.
— Не больше и не меньше, прям так?
— Аткин что-то говорил еще, но когда я надел Лунную Спять, сон сам собой накатил. В полуяви я еще умудрялся выхватывать отдельные слова собеседника. Он скрупулезно объяснял о том, что вещь эта очень опасная и пользоваться ей надо в крайнем случае, когда иного выхода просто нет, и что на любую магию найдется всегда более сильная магия. Такие же браслеты есть и у остальных братьев этого чинного общества. Предупредили меня и о кошмарах. Они возникнут из-за того, что Спять накапливает негатив. Что ж, посмотрим. Главное, что у меня есть хоть какая-то защита, значит, я не так уж и слаб.
Разговор обещал быть долгим, тем более что до дома Режины предстояло пройти еще три километра. Вспомнив об этом, Данк снова осведомился по поводу восхитительной скорости Вира:
— Так все же, как ты меня нашел? Хм…спасибо, кстати, за спасение, — благодарность прозвучала искренне. Данк хитро поглядывал за королем, как будто ожидал, что Его Величество оговорится и все же признается, что следил и со страху в чужих землях старался за ним, великаном, семенить тут и там.
— Все случилось само собой. Понимаешь, веки сами захлопнулись как ставни оконные. Последнее что я помню — это внимательный взгляд Аткина, а далее погружение в сновидение. Лечу по темному туннелю, в конце его мелькает отблеск света и перед глазами Аль в темном саване ночи. Стою в стороне от тебя и решаю, вмешаться в твои разборки или нет. Все это представляется нереальным, себя не стараюсь ущипнуть. Больше удивило, конечно, собственное спокойствие, как будто кто-то за меня решал, как поступать. Рука сама, без моей воли, взметнулась, прочертив в воздухе полукруг, а мирно "спавшая" Лунная Спять замерцала, как уголек в камине. Только в этих тусклых искрах не было ничего теплого. Что ж, не тебе одному удивляться, я еще и сам не понимаю, как управляться с подарком судьбы! Что еще в нем кроется?! — Узумляться было чему. В одночасье Вир из вечно наслаждавшегося, нежившегося в богатствах вождя, влез в шкуру волшебника-практиканта, причем без предварительной теории.
— Ох, да они тебя поднарядили славно, — загадки осточертели, вурдук поспешил отвлечь Вира. — Прекрасный костюмчик, прям по тебе! Выглядишь в нем благородно. Была бы шляпа у меня на голове, я бы ее обязательно снял в знак почтения.
Король ухмыльнулся и продолжил копаться в голове, пытаясь выяснить, как у него мог из памяти вылететь немаловажный факт переодевания. Умной версии так и не возникло. Проще было все свалить на проделки удулукцев. Черный приталенный пиджак, освежающая белая рубашка, практичные темные брюки с классическими ботинками, коричневое пальто придавали некоторый лоск и благородство. Привычный имидж исчез раз и навсегда, даже любимая бородка покинула хозяина.
Арсел еще долго расспрашивал Вира о том, что еще привиделось королю, возмущался по поводу странной жизни города, очень отличающейся от привычного ему Угля. Его Величество отмалчивался и поддакивал, иногда даже не слыша, что вещал ему вурдук.
Сугробов становилось все больше, а потому дорога до ночлежки заняла предостаточно времени. Снежная буря, зарядившая с самого вечера, обещала стать настоящим стихийным бедствием. Это нисколько не беспокоило Юлю. Дракон мирно спал, образовавшийся поверх него сугроб в виде холмика, чудаковато смотрелся со стороны. Подуставший Вир лишь одарил змея веселым взглядом при подходе к дому, а, добравшись до койки, не сумел даже разуться — рухнул прямо в верхней одежде и захрапел. Пример заразителен: Данк расстелил себе матрац, стоявший сиротливо в углу у окна, и устроился у ног бывшего царька. Подушка не понадобилась — сны ринулись в бой и победили этого крепкого воина с ходу. Арсел засопел, очутившись в приятной неге грез, в которой перед ним предстала возлюбленная на пестрящей цветами поляне. Невероятной красоты прелестница с приятной улыбкой, с собранными в большие косички волосами и притягивающим мягким взором играючи посматривала, теребила свои кудри и ожидала, когда недотепа ее обнимет. Ну, как можно отказать своей единственной в таком намерении?! Даже во сне не стоит этого делать.