Доклад Керна о последних событиях произвел на Рэке сильное впечатление.
Рэке повернулся к Керну.
— Товарищ Керн, почему вы раньше ничего не рассказали мне?
— Кан просил меня молчать. Я сам хотел пойти с ним к Ганни Манегольд, чтобы уладить эту историю. Мы тогда не знали, что представляла из себя эта Френцель…
Рэке прервал Керна:
— Хорошо, что все позади. У товарища Кана сейчас, видимо, плохое настроение. Ему пока не надо говорить, что он застрелил Френцель.
Рэке решил сам поговорить с Ганни. Простит ли она Кану его ошибку?
Час спустя Рэке был в пути.
Фрицу Кану сразу же сделали операцию. Пуля прошла через правое плечо к лопатке. Операция закончилась благополучно.
У койки Фрица дежурила сестра. Дважды к нему наведывался главный врач. Через некоторое время Фриц очнулся. Он попытался было повернуться, но сестра вовремя заметила это.
— Лежите спокойно, господин Кан, не шевелитесь.
Только теперь Фриц понял, где он находится. Адская боль в груди напомнила о событиях минувшей ночи. Он, Фриц, побежал вместе с Бергеном, потом что-то заметил. Берген зажег фонарь. Они увидели Барбару Френцель с пистолетом в руке, а рядом с ней еще кого-то. Он, Фриц, кажется, закричал и заслонил собой Бергена. Больше он ничего не помнил.
— Сестра, что со мной?
Девушка улыбнулась:
— Не разговаривайте, пожалуйста. Вы должны беречь себя. Лежите спокойно и не волнуйтесь. Скоро вы поправитесь.
Фриц не успокаивался:
— Огнестрельная рана?
— Да.
Кан вытянул затекшие ноги.
— А что с остальными? С командиром? Говорите, сестра! — Фриц снова потерял сознание. Сестра прикоснулась к его волосам. Она сама мало что знала и не могла ответить на вопросы Фрица.
Фриц начал беспокойно ворочаться. На лбу его выступили капельки пота. Время от времени он что-то бормотал. Можно было разобрать только одно имя — Ганни.
На следующий день все посещения больного были отменены. Состояние Фрица оставалось тяжелым. В полдень Берген говорил с главным врачом. Тот сказал, что его больше всего волнует душевное состояние больного.
Берген подробно рассказал врачу о событиях минувшей ночи. Не умолчал и о том, что своим отважным поступком Фриц спас жизнь командиру.
Доктор Альберт обещал сделать все возможное, чтобы ускорить выздоровление пограничника, и посоветовал Бергену не говорить пока Фрицу о смерти шпионки.
В это время в дверях показалась фрау Кан. Доктор Альберт пошел ей навстречу.
— Здравствуйте, фрау Кан. Хорошо, что вы пришли. Садитесь, пожалуйста.
— Господин доктор, как здоровье моего сына? Он ведь один у меня!
— Не беспокойтесь, дорогая фрау Кан. Через несколько недель он будет здоров.
Женщина вздохнула:
— О боже, как я вам благодарна, господин доктор! Я так волновалась… Могу я повидать его?
Альберт опустил голову.
— Я понимаю вас, госпожа Кан, но… один-два дня придется потерпеть. Ему сейчас нельзя волноваться.
Берген встал и подошел к ней.
— Добрый день, фрау Кан. Я младший лейтенант Берген. Ваш сын служит у меня. — Он крепко пожал руку фрау Кан.
Женщина посмотрела Бергену в глаза.
— Фриц писал мне о вас. Будьте добры, господин Берген, расскажите, как все это произошло.
— Длинная история, госпожа Кан. Я пока не могу вам всего рассказать. Но ваш сын поступил как настоящий солдат. Он выполнил свой воинский долг и спас мне жизнь. Вы можете им гордиться. — Берген в общих чертах рассказал госпоже Кан о происшедшем.
Доктор Альберт разрешил фрау Кан заглянуть через дверь в палату сына. Женщина попросила разрешения остаться в больнице хотя бы на несколько дней. Доктор удовлетворил просьбу фрау Кан и предоставил ей отдельную комнату.
В районном управлении министерства государственной безопасности шла лихорадочная работа. Капитан Штейн нажал кнопку звонка. Вошел дежурный.
— Через пять минут приведите Восольского и Фишера, — приказал капитан.
Затем Штейн обратился к лейтенанту Келеруг
— Итак, основное о Восольском мы знаем. Он явно не глуп. Если бы пограничник не уловил в звуках рояля азбуку Морзе, учитель продолжал бы орудовать.
Лейтенант кивнул.
— Восольский умело втерся в доверие к пастору, к бургомистру и к командованию пограничного отряда.
— Да. А заметив, что ему еще не полностью доверяют, поймал «нарушителя» границы, по его же просьбе присланного с той стороны. А как он добыл слепок ключа от часовни? Тонкая работа! Знал бы пастор, чем занимался учитель, когда он спустился в подвал за вином! Восольский следил за Зимером, пока не изучил его, а потом использовал в своих целях. А Зимер был связан с Бертой Мюнх. Запутанный клубок…
— Если бы все мы, товарищ Келер, проявили большую бдительность, мы бы раньше обнаружили шайку негодяев.
В кабинет ввели мужчину со шрамом на правом виске. Капитан предложил ему сесть.
— Итак, ваше настоящее имя Фишер. Вы бывший эсэсовец. Служили охранником в концентрационном лагере в Дахау. Вы агент геленовской разведки в Западном Берлине. Использовались в качестве связного и приезжали в ГДР под именем Штаутер. Уже два года вы сотрудничаете с агентом Восольским, известным под условным номером «43». В декабре прошлого года вы получили задание организовать в Хеллау тайный пункт для засылки шпионов. Это правда? — Капитан посмотрел Фишеру в глаза.
— Да.
— Дальше. Агент Восольский получил задание перебраться в пограничный район, обеспечить связь с окружным центром и устроить там тайник. Кроме того, он должен был распространять среди населения ложные слухи и собирать данные о немецкой пограничной полиции.
Фишер кивнул. Штейн продолжал:
— Когда понадобилось быстро передать добытые сведения, у Восольского возникла идея использовать рояль. Но поскольку играть он не умел, ему прислали Ютту Мюллер, назвав ее Барбарой Френцель. К тому же Мюллер имела задание сблизиться с каким-нибудь пограничником и завербовать его. Вас же направили в пограничный город в Западной Германии для обеспечения связи с Восольским через агента Вилли. Но последний, забирая шпионский материал из часовни, столкнулся с пограничником и вынужден был бежать. На обратном пути он сорвался со скалы и расшибся. Затем послали вас, и вы были арестованы. У вас есть вопросы?
— Нет.
— Почему пункт засылки шпионов был устроен именно на этом участке границы?
— Этого я не знаю. Я только получил задание все организовать и поддерживать связь…
— От кого Восольский получал шпионские донесения?
— Это мне неизвестно…
— Перестаньте изворачиваться! — прервал Фишера капитан. — Вы два года работали с Восольским. Итак, кто же обеспечивал группу шпионскими сведениями и где находится тайник, через который они переправлялись?
Фишер молчал.
— Молчание вряд ли облегчит вашу участь, Фишер, — тихо сказал Штейн. — Только признание может вам помочь.
Шпион поднял голову:
— Тайник находится в парке города. После моста надо идти от северного входа в парк по аллее до первой скамейки, затем под прямым углом свернуть налево. Там сохранилась полуразрушенная городская стена. На уровне груди на одном из камней высечен крест. От него направо шестой камень. За ним — пустота. Это место поросло плющом. Больше я ничего не знаю…
Штейн позвонил.
— Увести!
Тайник держали под наблюдением вот уже три дня. Капитан Штейн посмотрел на часы.
— Все ясно, товарищи? — Вопросов не было. — Тогда будем надеяться, что сегодня нам повезет.
С наступлением темноты в парк вошли несколько человек. Через мгновение они исчезли в темноте.
Рядом с тайником, прижавшись к стене, лежали капитан Штейн и лейтенант Келер.
Мысль капитана работала напряженно. Все сводилось к одному: с кем же поддерживается связь через тайник?
Они нашли закодированное сообщение. В нем были исчерпывающие данные о войсковой части, расположенной в городе. Сведения Штейн вынул. В тайнике осталась только пустая пластмассовая трубочка. Она была похожа на найденную в часовне. Предупрежден ли агент? Придет ли он еще раз к этому тайнику?