Из Гете
Границы человечества
Когда стародавний
Святой отец,
Рукой спокойной,
Из туч гремящих,
5 Молнии сеет
В алчную землю, —
Край его ризы
Нижний целую,
С трепетом детским
10 В верной груди.
Ибо с богами
Меряться смертный
Да не дерзнет.
Если подымется он и коснется
15 Теменем звезд,
Негде тогда опереться
Шатким подошвам,
И им играют
Тучи и ветры;
20 Если же стоит он
Костью дебелой
На крепкозданной
Прочной земле,
То не сравняться
25 Даже и с дубом
Или с лозою
Ростом ему.
Чем отличаются
Боги от смертных?
30 Тем, что от первых
Волны исходят,
Вечный поток:
Волна нас подъемлет,
Волна поглощает,
35 И тонем мы.
Жизнь нашу объемлет
Кольцо небольшое,
И ряд поколений
Связует надежно
40 Их собственной жизни
Цепь без конца.
Из Уланда
Бертран де Борн
На утесе там дымится
Аутафорт, сложен во прах,
И пред ставкой королевской
Властелин его в цепях.
Ты ли, что мечом и песней
Поднял бунт на всех концах?
Что к отцу непослушанье
8 У детей вселил в сердцах?
Тот ли здесь, что выхвалялся,
Не стыдяся никого,
Что ему и половины
Хватит духа своего?
Если мало половины,
Призови его всего,
Замок твой отстроить снова,
16 Снять оковы с самого.
— "Мой король и повелитель,
Пред тобой Бертран де Борн,
Что возжег единой песнью
Перигорд и Вертадорн.
Что у мощного владыки
Был в глазу колючий терн,
Тот, из-за кого гнев отчий
24 Короля пылал, как горн,
Дочь твоя сидела в зале,
С ней был герцог обручен,
И гонец мой спел ей песню,
Мною песне обучен;
Спел, как сердце в ней гордилось,
Что певец в нее влюблен,
И убор невесты пышный
32 Весь слезами стал смочен.
В бой твой лучший сын воспрянул,
Кинув долю без забот,
Как моих воинских песен
Гром донес к нему народ.
На коня он сел поспешно,
Сам я знамя нес вперед:
Тут, стрелою он пронзенный,
40 У Монфортских пал ворот!
На руках моих он бедный,
Окровавленный лежал,
Не от боли, — от проклятья
Он отцовского дрожал.
Вдаль к тебе он тщетно руку
На прощанье простирал,
Но твоей не повстречавши,
48 Он мою еще пожал.
Тут, как Аутафорт мой, горе
Надломило силача:
Ни вполне, ни вполовину
Ни струны, и ни меча:
Лишь расслабленного духом
Ты сразил меня сплеча.
Для одной лишь песни скорби
56 Он поднялся сгоряча". —
И король челом поникнул:
"Сына мне ты возмутил,
Сердце дочери пленил ты —
И мое ты победил.
Дай же руку, друг сыновний,
За него тебя простил,
Прочь оковы! — Твоего же
64 Духа вздох я ощутил".
Из Гейне
Ты вся в жемчугах и в алмазах,
Вся жизнь для тебя — благодать,
И очи твои так прелестны.
4 Чего ж тебе, друг мой, желать?
К твоим очам прелестным
Я создал целую рать
Бессмертием дышащих песен,
8 Чего ж тебе, друг мой, желать?
Очам твоим прелестным
Дано меня было терзать;
И ты меня ими сгубила,
12 Чего ж тебе, друг мой, желать?
Из Гейне
Дитя, мы детьми еще были,
Веселою парой детей;
Мы лазили вместе в курятник,
4 К соломе, и прятались в ней.
Поем петухами, бывало,
И только что люди идут —
"Кукуреку!" — им сдается,
8 Что то петухи так поют.
На нашем дворе ухитрились
Мы ящики пышно убрать.
В них жили мы вместе, стараясь
12 Достойно гостей принимать.
Соседская старая кошка
Нередко бывала у нас,
Мы кланялись ей, приседая,
16 Твердя комплименты подчас.
Спешили ее о здоровье
С любезным участьем спросить,
С тех пор приходилось все то же
20 Не раз старой кошке твердить.
Мы чинно сидели, толкуя
Как старые люди тогда,
И так сожалели, что лучше
24 Все в наши бывало года,
Что веры с любовью и дружбой
Не знает теперешний свет,
Что кофе так дорог ужасно,
28 А денег почти что и нет.
Промчалися детские игры,
И все пронеслось им вослед,
И вера с любовью и дружбой,
32 И деньги, и время, и свет.