По закону земство состояло из уездных и губернских земских собраний и их исполнительных органов — уездных и губернских земских управ. В состав уездных собраний входили гласные, избранные на трехлетний срок на собраниях избирателей отдельно по куриям: на съезде землевладельцев уезда, собраниях городских собственников и волостных сходах крестьян. В первых двух куриях устанавливался высокий имущественный ценз: для землевладельцев — наличие имений в одних уездах размером от 200 до 900 десятин, в других — от 800 десятин и более, для городской буржуазии — владение предприятиями с годовым оборотом в 6 тыс. руб. или недвижимым имуществом в небольших городах (с населением до 2 тыс. человек) от 500 руб. и выше, в городах с населением свыше 10 тыс. жителей — от 3 тыс. руб. и более. Гласные, избранные на уездных земских собраниях, образовывали губернское собрание. Земские управы избирались на уездных и губернских собраниях сроком на 3 года. В уездные земства избиралось от 10 до 96 гласных, в губернские — от 15 до 100 гласных.
Царские органы власти, выражая интересы господствующих классов, принимали все меры к тому, чтобы обеспечить избрание в земства представителей этих классов.
Вследствие установления системы неравных выборов большинство избранных в земство гласных составляли дворяне-помещики (в среднем по стране 74,2 %), которые занимали в нем главенствующее положение и направляли его деятельность в своих классовых интересах. Трудовое крестьянство, получившее в соответствии с «Положением о земских учреждениях» право на участие в их деятельности, на самом деле никакой роли в этих учреждениях не играло (его представители составляли 10,6 % гласных). Даже в тех случаях, когда крестьяне получали победу на выборах, они не могли ею воспользоваться из-за своей неподготовленности к работе в земствах и малограмотности. Так, в частности, случилось в Бобринецком уезде (этот уезд существовал с 1829 до 1865 г.) Херсонской губернии, где в связи с отказом дворян от баллотирования в земскую управу избрали только крестьян. Но из-за малограмотности они вынуждены были составить акт о том, что вести деловодство управы не могут. Этим обстоятельством воспользовались царские власти, назначив новые выборы, и на этот раз в управу были избраны представители только привилегированных классов.
Как уездные, так и губернские земские учреждения не пользовались самостоятельностью и какой-либо властью. «…Земство с самого начала, — писал В. И. Ленин, — было осуждено на то, чтобы быть пятым колесом в телеге русского государственного управления, колесом, допускаемым бюрократией лишь постольку, поскольку ее всевластие не нарушалось, а роль депутатов от населения ограничивалась голой практикой, простым техническим исполнением круга задач, очерченных все тем же чиновничеством»[240].
Функции земств были ограничены. Они, по существу, сводились к поддержанию в надлежащем состоянии местных дорог, обеспечению населения продовольствием в случае голода, организации агрономической и медицинской помощи, строительству и содержанию школ, налаживанию почтовой связи, распределению государственных денежных средств, сбору и представлению в государственные органы статистических сведений. Все это, конечно, имело положительное значение. Представляя собой инородный для самодержавно-бюрократической системы общественный институт, который, хотя и формально, был выборным представительством от всех сословий, земства со временем стали оплотом буржуазно-либеральной оппозиции самодержавию.
Судебная реформа. В 1864 г. правительство провело судебную реформу, завершившуюся учреждением буржуазного судопроизводства. Прежде суд был сословный, закрытый и целиком зависел от царской администрации, в частности от губернатора. Теперь, в соответствии с новопринятыми судебными уставами, вводились основные принципы буржуазного права: бессословность суда, состязательность сторон, гласность судопроизводства, которое происходило в открытых заседаниях с участием сторон и вершилось присяжными заседателями, подобранными, как правило, из имущих слоев населения. Были созданы окружные суды (по одному на губернию), представлявшие собой первую судебную инстанцию. Если их приговоры выносились с участием присяжных заседателей, они считались окончательными, приговоры же, вынесенные без участия присяжных, могли быть обжалованы в судебную палату, куда входило несколько окружных судов. Судебных палат на Украине было три — Киевская, Харьковская и Одесская. Кассационные функции исполнял сенат, который мог возвратить то или иное дело на повторное рассмотрение. Для решения мелких дел вводился институт мировых судей, избиравшихся на трехлетний срок на собраниях земских и городских гласных или назначавшихся от имени правительства. Их решения могли пересматриваться уездными съездами мировых судей. Сеть мировых судебных участков была довольно широкой. Только на Правобережной Украине насчитывалось 162 таких участка.
Все эти и другие мероприятия, предусмотренные судебными уставами 1864 г., были определенным шагом вперед по пути преобразования феодально-сословного права в буржуазное, хотя в области судопроизводства реформа оставила значительные пережитки крепостничества: сословное представительство в судебной палате, отдельные суды для духовенства и военных, сохранение сословного волостного суда для крестьян, не связанного с общей судебной системой, которому предоставлялось право приговаривать крестьян к унизительному наказанию розгами. Народные массы нередко отказывались выполнять распоряжения ненавистных судебных чиновников, не признавали их решений и даже учиняли справедливую расправу над ними.
Несмотря на свое несовершенство, судебная реформа была одним из важнейших преобразований, способствовавших становлению и укреплению в стране буржуазного строя.
Школьная и цензурная реформы. Буржуазные реформы 60 — 70-х годов не могли обойти школьное и цензурное дело. Вынужденное в связи с развитием капитализма и под влиянием технического прогресса стать на путь некоторого расширения сети школьных и просветительных учреждений, царское правительство одновременно решило подчинить своему контролю учебные заведения и органы печати. В соответствии с «Положением о начальных народных училищах», утвержденным 14 июля 1864 г., вводилась единая система начального образования. Создавать начальные школы разрешалось как государственным и общественным учреждениям и ведомствам, так и частным лицам, но руководство учебным процессом и контроль за ним возлагались на уездные и губернские школьные советы, состоявшие из царских чиновников, представителей земств и духовенства.
Исходя из установки, что начальная школа должна воспитывать в народе религиозно-монархическую мораль, «Положение» предусматривало, во-первых, назначение председателем губернского школьного совета архиерея и, во-вторых, обязательное преподавание в школе таких предметов, как «закон божий» и церковное пение. Из общеобразовательных дисциплин вводились только обучение грамоте и четырем арифметическим действиям, сведения по географии, рисование и т. д. Следовательно, программа начальной школы была очень ограничена.
Изменения в области среднего образования определялись уставом от 19 ноября 1864 г., в соответствии с которым в стране создавались классические и реальные мужские и женские гимназии. Право учиться в них предоставлялось всем сословиям, но из-за высокой платы воспользоваться им могли лишь дети богачей. Право поступления в университеты имели только лица, окончившие классические гимназии. Окончание реальной гимназии давало право на поступление в высшую техническую школу, а женской — вообще никаких прав не давало, ибо ее цель, как прямо провозглашалось в уставе, — подготовить образованную «жену и мать семьи».
Определенные изменения вносились правительством и в систему надзора за высшей школой. Новым уставом от 18 июня 1863 г. возобновлялась академическая автономия университетов, создавался совет профессоров, который должен был руководить всей жизнью учебного заведения, в том числе осуществлять надзор за студентами. Этими мерами царское правительство, идя на некоторые уступки либеральной профессуре, пыталось привлечь ее к борьбе против студенческого движения.
240
Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 5, с. 35.