Молодежь тянулась к старшим товарищам — революционерам, с их помощью создавала кружки самообразования, нелегальные библиотечки, серьезно и настойчиво изучала революционную литературу, труды К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина. Большое влияние на юношество оказывали произведения Г. В. Плеханова, революционеров — демократов В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского, А. И. Герцена, Д. И. Писарева, Т. Г. Шевченко, П. А. Грабовского, И. Я. Франко, Леси Украинки, М. М. Коцюбинского.
Марксистская пропаганда социал-демократов — ленинцев была важнейшей формой пролетарского воздействия на учащуюся молодежь, готовила молодую смену революционеров.
Антипомещичье движение крестьян в 1900–1901 гг. Восстания 1902 г. на Полтавщине и Харьковщине. Под влиянием революционных выступлений промышленного пролетариата усилилось крестьянское движение, объективно направленное против царизма и пережитков крепостничества. В селах участились волнения, в ходе которых выдвигались требования о передаче крестьянам помещичьей земли. Крестьяне захватывали прежде всего те помещичьи угодья, которые принадлежали им до реформы 1861 г., а после были отобраны у них в виде «отрезков». Так, в июне 1900 г. жители с. Куриловка Литинского уезда Подольской губернии, возмущенные захватом помещиками лугов, которые они считали своей собственностью, напали на служащих экономии и силой заставили их прекратить сенокос. Подобные столкновения происходили весной и летом 1900 г. между крестьянами с. Нагорное Таращанского уезда и помещиком соседнего села Побойна Уманского уезда Киевской губернии. В обоих случаях «порядок» был восстановлен полицией, арестовавшей организаторов крестьянских выступлений. Острый характер носила борьба за землю в Елисаветградском уезде Херсонской губернии. 9 мая 1900 г. крестьяне с. Коробчин, собравшись всем обществом, захватили участок земли местной помещицы и изгнали арендаторов. Волнение было подавлено полицией при содействии местных кулаков.
Особенным упорством и остротой отличались выступления бывших чиншевиков, происшедшие в ряде селений Украины в начале XX в. Лишенные реформой 1886 г. права на получение земельных наделов, чиншевые крестьяне решительно отказывались возвращать свои наделы помещикам, оказывали сопротивление принудительному выселению их из усадеб. В частности, крестьяне слободы Женишковецкой Летичевского уезда Подольской губернии, но соглашаясь с решениями судебных органов, отказались уступить помещице принадлежавшие им 70 десятин земли. Вооружившись кольями, вилами и косами, крестьяне в мае 1900 г. прогнали из села чиновников и полицию, пытавшихся силой отобрать у них землю.
Во многих селах Украины крестьяне оказывали сопротивление межевым комиссиям, которые с целью лишения крестьян сервитутных прав принудительно отмежевывали их наделы от помещичьих угодий. Такое выступление произошло 23 августа 1900 г. в с. Яновка Уманского уезда Киевской губернии. Сопротивление крестьян размежеванию зачастую сопровождалось массовыми потравами помещичьих посевов и порубками частновладельческих лесов. В 1900–1901 гг. таких крестьянских выступлений на Украине было около 80. В течение этих же лет крестьяне сожгли свыше 60 помещичьих имений и кулацких усадеб.
В 1900–1901 гг. в ряде уездов Украины происходили забастовки сельскохозяйственных рабочих, требовавших повышения заработной платы и улучшения условий труда. Характерной в этом отношении была стачка в с. Шандровка Каневского уезда Киевской губернии. Крестьяне требовали от управляющих местных экономий повышения заработной платы. Получив отказ, они прекратили работу и призвали жителей окрестных сел поддержать их. Администрация с помощью вызванного отряда солдат заставила стачечников приступить к работе. Многие из них были арестованы и подвергнуты заключению. Всего в течение 1900–1901 гг. на Украине произошло около 300 волнений, охвативших десятки тысяч крестьян.
В 1902 г. социально — экономическое положение крестьянства Украины значительно ухудшилось. Неурожай 1901 г. зерновых и огородных культур привел к тому, что уже в начале 1902 г. крестьяне оказались без продовольствия, а скот без кормов. На селе создалось чрезвычайно напряженное положение. Характеризуя его, ленинская «Искра» писала, что в 1901 г. почти везде урожай получен ниже среднего и корма израсходованы уже в середине января. Все это усилило среди крестьян недовольство и брожение. Обстановка требовала более действенной работы революционных пропагандистов. Социал — демократы активизировали агитацию. Царские чиновники, обратившие внимание на этот факт, доносили, что в конце 1901 — в начале 1902 г. в селах усилилось распространение революционных книг и газет, жадно читавшихся и комментировавшихся крестьянами.
Наибольшей популярностью среди крестьян пользовались работы В. И. Ленина и искровские издания, в доходчивой форме разъяснявшие настоящие причины их нищенской жизни и призывавшие к союзу с рабочими в борьбе против царизма, помещичьей кабалы, за революционно — демократическое решение аграрного вопроса.
Доведенные до отчаяния нищетой и страданиями, крестьяне Полтавщины и Харьковщины, как и ряда других губерний России, поднялись весной 1902 г. на борьбу против угнетателей. «Крестьяне, — писал В. И. Ленин, — не вынесли безмерного угнетения и стали искать лучшей доли. Крестьяне решили, — и решили совершенно правильно, — что лучше умирать в борьбе с угнетателями, чем умирать без борьбы голодною смертью»[67].
Первыми в марте 1902 г. выступили жители местечка Карловка Константиноградского уезда Полтавской губернии, захватившие 2 тыс. десятин земли в экономии герцогов Мекленбург-Стрелицких, вспахали их и засеяли. Посевной материал они также забрали у помещика. В течение почти трех недель жители сел Константиноградского уезда являлись небольшими группами в помещичьи усадьбы и, ссылаясь на крайнюю нужду в продуктах питания вследствие неурожая, просили выдать им хлеб и корм для скота. Помещики и их управляющие, как правило, отвечали отказом, а если иногда и удовлетворяли их просьбы, то лишь частично. Поэтому крестьяне, преодолевая сопротивление со стороны охраны, разбирали продовольствие и фураж из помещичьих усадеб.
9 марта 1902 г. крестьяне с. Поповка Константиноградского уезда вместе с жителями сел и хуторов Тагамлицкой волости, разогнав сторожей, забрали из Карловской экономии картофель и сено. В течение 9—27 марта крестьяне трех окрестных волостей еще пять раз приходили в имение за продуктами и фуражом. Вскоре это движение вышло за пределы Кардовского имения, распространившись на другие экономии Константиноградского, а потом и Полтавского уездов. В частности, 28 марта свыше 300 крестьян смежных Полтавского и Константиноградского уездов вывезли из имения помещика Роговского свыше 3 тыс. пудов пшеницы и 250 пудов овса, а 29–30 марта разобрали запасы продовольствия и фуража из 15 других помещичьих экономий и двух кулацких хозяйств. 31 марта к движению присоединилось трудящееся крестьянство Лохвицкого и Дубенского уездов. В тот же день на Полтавщине было разгромлено еще 14 экономий.
В конце марта — начале апреля крестьянские волнения начались в ряде волостей Валковского и Богодуховского уездов Харьковщины. В Банковском уезде 31 марта 600 крестьян пришли в экономию Глушкова, предложив управляющему добровольно передать им помещичий хлеб. Когда последний отказал им, они сами, сбив замки с амбаров, начали разбирать зерно и муку. Затем крестьяне забрали продовольствие и зерно из экономии соседнего помещика. В течение 1–2 апреля они совершили нападение еще на 22 экономии.
Во многих тогдашних крестьянских выступлениях принимало участие по тысяче и более человек. Так, в нападении на экономию помещика Старицкого в с. Степановка участвовало 1500 крестьян, а в разгроме завода предпринимателя Молдавского (Валковский уезд) — свыше 5 тыс. местных рабочих и крестьян 17 окрестных сел. В волнении приняли участие не только мужчины, но и женщины, дети.
Массовые крестьянские выступления, происходившие на Полтавщине и Харьковщине, отличались некоторыми элементами организованности. Как правило, крестьяне на своих подводах подъезжали к помещичьим усадьбам и требовали ключи от кладовых и складов. Если ключи не выдавались, то крестьяне самовольно срывали замки, нагружали подводы-хлебом и разъезжались по домам. «Крестьяне объясняют, — писала об этих событиях ленинская «Искра» 1 мая 1902 г., — что брать хлеб и другие продукты из помещичьих кладовых для питания голодных стариков, женщин и детей — дело законное». В работе «К деревенской бедноте» В. И. Ленин писал: «Крестьяне так исстрадались от всякого грабежа, угнетения и мучительства, что они не могли хоть на минуту не поверить темным слухам о царской милости, не могли не поверить, что всякий разумный человек признает справедливым раздел хлеба между голодными, между теми, кто всю свою жизнь работал на других, сеял и убирал хлеб, а теперь умирает от голода подле амбаров «господского» хлеба»[68].