Несмотря на все, казалось бы, видимые успехи, именно в этот период в ряде стран ЦВЕ произошли восстания против социалистического строя и его порядков. Восстания, бунты и политические акции против становления тоталитарного режима с неэффективной экономической базой стали в этот период одной из его важных характеристик. Речь идет о восстании в Берлине в июне 1953 г., восстании в Польше в 1956 г. и особенно о страшных событиях в Венгрии осенью 1956 г. и в Чехословакии в августе 1968 г., получивших огромный международный резонанс и ставших, по существу, революцией. Страны ЦВЕ раньше, чем СССР, стали отходить от многих теоретических и идеологических догм, на которых еще продолжал стоять СССР: от политэкономии социализма, от внедрения стоимостных рычагов и стимулов в плановую экономику, от конвергенции двух систем, т. е. элементов «рыночного социализма». Под влиянием этих идей и в СССР зарождался новый взгляд на социализм, укреплялся либеральный фланг внутри КПСС, раскрепощалось мышление советской интеллигенции. Все это явилось важной предпосылкой для горбачевской перестройки много лет спустя.
На втором этапе экономического развития стран ЦВЕ проявились признаки исчерпания факторов первоначального накопления, быстрого экстенсивного экономического роста. Существенно замедлились темпы экономического роста (табл. 21).
Наибольшее замедление темпов роста имело место в Польше, затем в Венгрии, наименьшее – в Румынии, но в целом среднегодовой прирост национального дохода во всей группе рассматриваемых стран снизился почти вдвое: с 6,5 % в 1966–1970 гг. до 3,7 % в 1976–1980 гг.
Важно отметить, что снижение темпов экономического развития не сопровождалось уменьшением нормы накопления. Наоборот, как показывают статистические данные, доля капитальных вложений в национальном доходе стран ЦВЕ продолжала расти (табл. 22).Увеличение нормы накопления при снижении темпов экономического роста свидетельствует о снижении эффективности инвестиционного процесса, нарастании дисбаланса и напряженности в экономике. (Особенно это было заметно на примере Польши.)
Во всех странах ЦВЕ продолжались структурные сдвиги в пользу тяжелой промышленности, заданные еще в 50-х годах.
Таблица 21 Среднегодовые темпы прироста произведенного национального дохода, 1965–1980 гг. (в %)
![Мировая экономика _28.jpg](https://litlife.club/books/242882/read/images/_28.jpg)
Источники: Economic Survey of Europe in 1976. U. N., 1977. Pt. 2. P. 8; Economic Survey of Europe in 1981. U. N., 1982. P. 122, 123.
Таблица 22 Доля капиталовложений в национальном доходе в 1965–1980 гг. (в %)
![Мировая экономика _29.jpg](https://litlife.club/books/242882/read/images/_29.jpg)
Источники: Economic Survey of Europe in 1976. Pt. 2. P. 10; Economic Survey of Europe in 1981. P. 138.
В структуре промышленного производства росла доля машиностроения и химической промышленности и снижалась доля легкой и пищевой промышленности. В 1978 г. доля машиностроения во всей промышленной продукции Венгрии, ГДР, Польши и Румынии оказалась заметно выше, чем в СССР, где она достигла 26 %.
И на первом, и на втором этапах экономического развития стран ЦВЕ в послевоенные годы проявили себя все факторы низкой эффективности социалистической модели хозяйствования. Все более активно шел процесс экстенсивного поглощения всех видов ресурсов. Полная занятость поддерживалась за счет низкой производительности труда, росла материалоемкость производства, снижалась фондоотдача. Страны ЦВЕ стали предпринимать более широкие и активные попытки к увеличению своего экспорта на Запад, чтобы заработать твердую валюту. Однако эти попытки не всегда оказывались успешными: Запад прекрасно обходился без мировой социалистической системы.
Усиливающиеся признаки исчерпания и предстоящей агонии неэффективной социалистической системы, прослеживаемые по динамике основных макроэкономических показателей, в рассматриваемый период дополнялись признаками начавшихся изменений и в экономической политике, и в командно-распределительной модели хозяйствования.
Уже в начале 60-х годов руководители ряда стран ЦВЕ вынуждены были пойти на корректировки выбранного ранее жесткого курса на сверхцентрализованное планирование и сверхиндустриализацию в пользу некоторого стимулирования сельского хозяйства и повышения жизненного уровня населения. Легче стало с налогообложением крестьян: обязательные поставки сельхозпродукции сначала были сокращены, а затем отменены; ослаблены ограничения на приусадебные и садовые участки, на строительство жилых домов.
Эти корректировки курса и попытки изменить модель хозяйствования особенно были заметны в Венгрии. Именно с конца 60-х и в 70-х годах стала изменяться социально-экономическая ситуация, повысились темпы роста жизненного уровня населения, развернулось широкое кооперативное и частное строительство, рынок стал наполняться качественными товарами. Конечно, это была реакция на трагические события 1956 г. В целом же Венгрия шла по пути «рыночного социализма».
Серьезные события назревали в середине 60-х годов в Чехословакии. Здесь, как и в Венгрии, которая уже открыто высказывалась против «социалистических ценностей», наметился принципиальный отказ от неэффективной социалистической модели хозяйствования. В материалах к январскому Пленуму ЦК КПЧ 1965 г. говорилось: «Опыт, накопленный после XII съезда, позволяет сделать вывод, что без принципиальных изменений системы руководства нельзя выполнить основную экономическую директиву XII съезда для нынешнего этапа строительства социализма – ориентироваться на интенсивное развитие народного хозяйства, выдвинуть на первый план качественную сторону этого развития. Укоренившаяся система руководства постоянно повторяет старый, неэффективный подход к решению практических проблем, навязывает средства экстенсивного развития и не способствует развитию у хозяйственных работников прогрессивного экономического мышления… Прогрессивным и жизнеспособным будет только такое общественное производство, при котором неуклонно повышается эффективность каждой единицы общественного труда, как живого, так и овеществленного в сырье, энергии, материальных и основных фондах» [143] .
Но хорошо известно, что тоталитарная социалистическая экономика несовместима с интенсификацией общественного производства, потому что не содержит экономического механизма научно-технического прогресса, каковым является прежде всего конкуренция. Несовместимость объективных требований к повышению эффективности производства, жизненного уровня населения, свободы личности и сложившейся команднораспределительной системы привела к кровавым событиям в Чехословакии в августе 1968 г. После этих событий Чехословакия, в отличие от Венгрии, надолго вернулась в старое казарменное русло «реального социализма».
В 70-х годах на примере всех стран ЦВЕ отчетливо проявилась тупиковость социалистической модели хозяйствования. К концу этого десятилетия темпы экономического развития стран региона еще более замедлились. Выходу из создавшегося положения не могли помочь ни поставки сырья, ни кредиты со стороны СССР.
Начало 70-х годов – это то время, когда Запад вступил в новый этап научно-технической революции, массового освоения нового поколения техники, формирования нового технологического уклада. На этом фоне угасание социалистической экономики выглядело особенно символично. Социализм все время доказывал свою неадекватность меняющимся условиям мирового развития. К сожалению, лидеры стран ЦВЕ не понимали этого.
Основными чертами третьего этапа развития экономик стран ЦВЕ являются сначала продолжение замедления и стагнация экономического роста, затем агония и развал ее социализма как исторически несостоявшейся общественной системы.
Среднегодовые темпы роста произведенного национального дохода уже в первой половине 80-х годов во всем регионе стран ЦВЕ сократились до 2,2 %, промышленного производства – до 2,8, а капитальных вложений – до 0,7 %. Самой больной страной региона оказалась Польша, где началось абсолютное сокращение не только капитальных вложений, но и промышленного производства (табл. 23). Во второй половине 80-х годов тенденция к падению темпов и абсолютного объема производства усилилась, перейдя к началу 90-х годов в глубокий экономический кризис.