Через несколько дней слухи оправдались: Битти был назначен командующим Гранд Флитом, а контр-адмирал Брок его начальником штаба. Смена высшего командования повлекла за собой и смену младших флагманов. Такая перемена всего адмиральского состава казалась, на мой взгляд, чрезвычайно благотворной. Теперь можно было ожидать изменения тактики и предоставления большей свободы действия начальникам отрядов.
Одновременно стало известно, что Джеллико назначен первым морским лордом, а адмиралы Верней и Халсей – 2-м и 3-м лордами. Таким образом, и Адмиралтейство было освежено, получив трех адмиралов с Гранд Флита. Изменится ли теперь стратегия Адмиралтейства? Этот вопрос был значительно существеннее, чем намечавшиеся перемены в тактике, которые могли бы получить большее значение только в том случае, если бы стратегия подверглась пересмотру. На этот счет было мало надежд. Воззрения сера Джона Джеллико были мне сравнительно хорошо известны. В отношении борьбы с подводными лодками он, безусловно, примыкал к той группе, которая считала правильным применение оборонительных средств. По-видимому, нужно было ждать введения системы конвоев.
Передача командования совершилась столь же быстро и неожиданно, как и самые назначения. Джеллико ушёл на своем флагманском корабле с маневров в Розайт и уехал оттуда в Лондон, не простившись с флотом, которым он все же командовал в течение двух лет войны. Из начальников эскадр ни один также не посетил свои корабли. Прощальных сигналов не подымалось. Ни единой фразы! Лишь на следующий день после отъезда появилось в обращении письмо с извинениями, что недостаток времени помешал сделать прощальные визиты. Такой необычный способ обхождения понравился мне своей военной непритязательностью: она, как нельзя больше, гармонировала со строгой серьезностью военного времени.
![С английским флотом в мировую войну pic_26.jpg](https://litlife.club/books/242376/read/images/pic_26.jpg)
Линейный корабль «Malaya» в 1918 г.
Театральные развлечения на флоте.
К концу осени начались зимние развлечения на флоте, в первую очередь, театральные представления. Офицеры линкора «Malaya» поставили пьесу из морской жизни с массой намеков на события в Гранд Флите. О каждом было что-нибудь сказано, исключая только бывшего Главнокомандующего, хотя и его имя фигурировало в одном куплетов с ударением на последнем слоге: Джелли-ко6*.
Адмиралу Томасу, пользовавшемуся большой популярностью во флоте, ставилось в упрек, что его «слишком» большие корабли не имели в Скапа-Флоу достаточно места, чтобы развернуться (ночное столкновение «Valiant’a» и «Warspite’a»). Штабам пришлось услышать намеки на слишком щедрую раздачу наград после боя флагманским кораблям («Iron Duke», «Marlborough»); указывалось, что именно их стрельба получила высшее одобрение. Командира линейного корабля «Agincourt», сидевшего в самом переднем ряду, похвалили за его «1005 залпов в 15 минут» (главнокомандующий в своем рапорте особенно подчеркивал быструю стрельбу этого корабля) и т. п. Актеры вылили чашу своего остроумия и на собственный корабль «Malaya». Старый адмирал с суровым обликом, в мундире времен Джервиса и Нельсона, спрашивал матроса, представлявшего «Malaya»: «Что вы, собственно говоря, делали в Ютландском бою?» «Мы? Да, ровно, ничего…- стреляли только». Адмирал, инспектировавший Гранд Флит, сделал возмущенное лицо и, сорвав с матроса нарукавную повязку с надписью «за хорошее поведение», проворчал: «Вы не заслужили даже этой повязки». Сцена эта отражала известное чувство пренебрежения к другим кораблям, чьи боевые действия были отмечены большим числом наград. На самом деле «Malaya» находился дольше в бою, чем большинство других линейных кораблей, так как он входил в состав 5-й эскадры, находившейся при линейных крейсерах. Большое число матросов было убито или ранено, и корабль получил несколько тяжелых попаданий. Тем не менее «Malaya» держался в строю, продолжая «лишь стрелять», и в реляции о бое командир скромно указал, что особых событий не произошло. Благодаря этому, «Malaya» и не был особенно упомянут ни в эскадренной боевой сводке, ни в отчете о бое Главнокомандующего. Ему пришлось удовлетвориться меньшим числом наград в сравнении с другими кораблями, которые с большей охотой распространялись о своих боевых заслугах… В противовес этой невинной критике раздались вслед за нею веселые куплеты. В них воспевался общий любимец адмирал Томас, очень добродушный, беспритязательный, скромный человек и способный моряк. Он сидел в первом ряду и сам до слез смеялся над куплетами. Театральным «залом» служил, как и в прошлом году, транспортный пароход «Gurko» или, вернее, его разукрашенный флагами трюм, из которого для этого случая выгрузили хранившиеся там запасы мороженого мяса.
![С английским флотом в мировую войну pic_27.jpg](https://litlife.club/books/242376/read/images/pic_27.jpg)
Адмирал сэр Дэвид Битти
Новый главнокомандующий адмирал Битти.
4-го декабря в Скапа-Флоу пришел линейный корабль «Iron Duke» с новым командующим Гранд Флитом – адмиралом Битти. Команды всех судов были вызваны наверх и выстроены во фронт, но особых церемоний и сигналов не было. “Iron Duke” пошёл к своему старому месту и стал на бочку – тем всё и кончилось.
Преемником адмирала Битти в качестве командующего отрядом линейных крейсеров был назначен адмирал Пакенгем, пользовавшийся репутацией хорошего моряка. О нем ходила масса анекдотов во флоте – доказательство его популярности среди офицеров. В русско-японскую войну он был представителем Англии при японском высшем морском командовании.
Рассказывали, между прочим, что весь Цусимский бой он просидел на мостике флагманского корабля с сигарой во рту. На крейсерском флоте за адмиралом установилась слава большого франта. Он, например, всегда ложился спать на корабле вполне одетым, чтобы не быть застигнутым врасплох внезапной тревогой. На его платье не должно было быть, однако, заметно ни одной белой ворсинки от постельных принадлежностей. Он заказал себе поэтому синие шерстяные простыни, вероятно, так же и синие наволочки, хотя о них ничего не упоминалось, равно как и об окраске пуха в подушках. Клинтон-Бейкер уверял, что этот анекдот, как и все остальное, что рассказывалось об адмирале, сущая правда.
7-го декабря я представлялся новому главнокомандующему. Его внешность произвела на меня очень благоприятное впечатление. Он не был высокого роста, но все же выше адмирала Джеллико и более крепкого телосложения, широкоплечий и здоровый на вид. Гладкое выбритое и как будто закаленное боксом лицо было типично английское, а мужественное выражение хорошо гармонировало с уверенной манерой себя держать. Несколько высокомерное впечатление производила его ироническая улыбка и складка рта. Зато взгляд был прямой, приветливый и действовал притягательно. В общем, получалось впечатление сильной и яркой личности, которая знает, чего хочет, и всегда останется верна себе.
Когда я с Клинтон-Бейкером взошел на трап «Iron Duke’a», нас встретил начальник штаба и провёл в каюту командующего флотом. Там уже находилось несколько командиров, которые так же, как и Клинтон-Бейкер, были все годами и службой старше командующего флотом. Это нисколько не смутило, однако, адмирала Битти. Он вскоре сошел с палубы в каюту в укороченном синем пальто и, не снимая его, присоединился к нам.
Старшие офицеры штаба, судя по всему, хорошо ладили со своим адмиралом, и тон взаимных отношений между чинами штаба производил благоприятное впечатление. Мне понравилось, что Битти взял с собой свой собственный штаб, а не принял штаба своего предшественника. Это показывало, что он не желает, чтобы гигантский механизм Гранд Флита продолжал работать в прежнем направлении, а хочет взять руководство в свои руки и действовать по своему усмотрению. Однако не все офицеры вначале были одинакового мнения о новом командовании.
6
Джелли (Jelly)- по-русски- студень, желе; намек на недостаточно активный образ действий Джеллико. (Прим. пер.).