О ТОМ, ЧТО НЕ НАДО ТРАТИТЬ ВРЕМЯ НА ИЗЛИШНИЙ СОН, И О ТОМ, ЧТО НАДО РАНО ВСТАВАТЬ
Сон — это смерть, а жизнь, от века, — бденье,
И жизнь питает к смерти отвращенье.
Бежишь от жала смерти, страждешь ты,
Зачем же брата смерти жаждешь ты?
Сон — это вор, а жизнь подобна саду;
Чтоб вор не вторгся в сад, поставь ограду.
Пословица известна с давних пор:
«Твое добро пусть охраняет вор».
Тот вор и сон между собою схожи
И дело делают одно и то же.
Нужны, чтобы преграды превозмочь,
Две половины жизни: день и ночь.
Кто спит всю ночь, тот познаёт кручину,
Тот сокращает жизнь наполовину.
Ты хочешь, чтобы день твой стал длинней?
Часть ночи укради, ко дню пришей!
А если будешь поступать иначе,
То дни твои пройдут в тоске и плаче.
Не горевал ты в гордости своей,
Что жизнь уменьшил ты на сто ночей.
Свой путь к заветной цели сокращая,
Подумай, как нужна пора ночная.
Кто ночью путешествие начнет,
Немало встретит на пути невзгод,
Но вот на отдых он верблюда ставит,—
И радости пути ночного славит.
Когда вдали, блистая и горя,
Покажется рассветная заря,
Тогда отраду видишь ты воочью:
Недаром путешествовал ты ночью!
Дыханьем утра ветерок дохнул,
А ты лежишь, как пьяный, ты заснул.
Рассветный ветерок цветами дышит,
Но крепко спящий ничего не слышит.
Дыханье утра — цель трудов ночных,
Дыханье утра — лекарь для больных.
Но тот, кто спит, не знает этой доли,—
Не нужен врач, когда не терпишь боли.
В оковах сна, как пленник, ты лежишь,
Ты в люльке тела, как ребенок, спишь.
Проспись, пока еще ты с жизнью дружен,
Пока предсмертной болью не разбужен!
К чему тебе подушка и кровать?
Кто хочет действовать, не должен спать!
Любимая не спит, а ты, влюбленный,
Приник к подушке головою сонной.
Не спит подруга, а любовный хмель
Тебя свалил на теплую постель.
Те, что достигли истины заветной,
Но меж людьми проходят незаметно,
В хорошем разбираясь и в плохом,
Молчать предпочитают обо всем.
РАССКАЗ О ДЕРЕВЕНСКОМ ПРОСТАКЕ И ЕГО ОСЛЕ
В деревне жил простак, умом убогий,
У простака был ослик хромоногий.
Такой худой и дряхлый был осел,
Что за два дня версты бы не прошел.
Ему на долю выпал жребий жалкий,
Не отдыхал он от ударов палки.
С трудом добравшись до воды речной,
Вздыхал он, проклиная мир земной.
Хозяин в город с ним пришел в печали
К посредникам: ослов они сбывали.
Один из тех, кто продавал ослов,
Усы разгладил ради красных слов.
Он крикнул громко: «Диво продается!
Кто купит не осла, а иноходца?
То — не осел, то — быстрый, сильный мул,
Стремится в битву, — раздается гул.
Тонь от хлыста увидев над собою,
Сорвется с места, полетит стрелою.
Он мчится, словно ветер молодой,
Где грязь и глина, там бежит водой!»
Народ над этой похвалой смеялся,
А наш простак, внимая, изумлялся.
Сказал: «О продавец, чей дивный дар
Привел в восторг ослиный весь базар!
Когда ты истины исполнен строгой,
Когда прямой ты шествуешь дорогой,
То я скажу: заслужена хвала,
Верни назад, не продавай осла!
Давно охочусь за таким добротным,
Великолепным, доблестным животным.
Как странно мне, что ездил я на нем,
Что им и ночью я владел, и днем!»
Ему ответил продавец речистый:
«Ума лишился ты, о сердцем чистый!
Но, впрочем, до ума ты не дорос,
А был он, — значит, вор его унес.
Ты мпого лет ослом владеешь старым,
Зачем же мне с таким поверил жаром?
По глупости поверил ты вранью,
Когда услышал похвалу мою.
Я цену набивал никчемной твари,
И расхвалил осла я на базаре».
ТАЙНА ТОГО, ПОЧЕМУ ПРОДАВЕЦ РАСХВАЛИВАЛ ОСЛА, РАСКРЫВАЕТСЯ В СЛЕДУЮЩЕЙ ПРИТЧЕ
Взгляни на богача: как жизнь провел он?
И зависти и жадности он полон.
Всю жизнь копил он деньги без стыда,
И щедрости чуждался он всегда.
Все зубы у него скорее вырвешь,
Чем корку хлеба у злодея вырвешь.
Рви пальцы у него, — из кулака
Не выпустит он даже медяка.
Скорее ты сорвешь кусочек кожи
С его ладони, на дирхем похожий,
Чем вырвешь из руки один динар!
Так жаден он, хотя годами стар,
Что, если в жаркий день за стол садится,
Он тень своей руки схватить стремится.
Решил он: деньги тратить — страшный вред,
Сам на себя он наложил запрет,
Так за своим добром следит он, зоркий,
Что нищим не подаст и хлебной норки.
Когда ничтожный, алчный лицемер
Его хвалить бы начал, — например,
Сказал бы так: «О щедрости основа,
В тебе Хатема вижу я второго!
Ты слышишь ста хвалителей слова,
О щедрости твоей гремит молва:
Она — укор хвале былой, лукавой,
Она — Хатему кажется отравой.
Доколе будет славиться Хатем?
В сравнении с тобой он стал ничем!
Теперь Хатема вижу я бессилье,
А ты даруешь нищим изобилье!» —
Богач-невежда, эту лесть приняв,
Решил бы, что его хвалитель — прав.
В его мозгу гнездится ворон спеси,
Кладет яйцо обмана, бредней смеси.
В душе растит он дерево тщеты:
Напыщенность — плоды, а спесь — листы.
Хотя бы раз для собственного блага
Подумал бы безмозглый этот скряга,
Что похвалил его бесстыдный лжец,
Что говорил неправду грубый льстец.