Надо сказать, что в район сосредоточения, а затем и в исходный район нам удалось выйти незамеченными противником. Правда, как теперь мы знаем из трофейных документов, 30 июля в журнале боевых действий немецкой 4-й танковой армии появилась следующая запись: «…Подтверждается обнаруженное разведкой средствами связи изменение направления действий 11-го гвардейского танкового и 8-го гвардейского механизированного корпусов 1-й гвардейской танковой армии противника, которые повернули на север и продвигаются в треугольнике, ограниченном рр. Сан и Висла… Это обстоятельство заставляет сделать вывод, что противник принял новый оперативный план: ударом 1-й гвардейской танковой армии через Вислу в направлении Островец, Радом охватить фланги и взломать нашу линию обороны, созданную на р. Висла, после чего войти в оперативное взаимодействие с войсками, наступающими восточнее и юго-восточнее Варшавы…»[132].
Но к тому времени мы были уже не на пути к Висле, как полагал противник, а на берегу этой реки и даже успели частью сил форсировать ее. Таким образом, наши войска выполнили задачу по упреждению врага. Однако поскольку 30 июля форсирование реки только начиналось, немецко-фашистское командование тотчас же начало принимать меры, направленные на то, чтобы помешать переправе советских войск и отбросить их к востоку. Это сразу обострило обстановку, которая осложнялась также трудными условиями форсирования Вислы.
Да и в целом борьба войск правого крыла фронта за переправы через Вислу развивалась не совсем так, как предполагалось.
Известно, что планом фронтовой операции предусматривалось форсирование этой реки на широком фронте. При этом 3-я гвардейская армия должна была овладеть г. Сандомиром, захватив плацдармы на участке от Зембожина до Конар, 13-я — от Конар до Паланца. В полосе последней предстояло форсировать Вислу на участке Майдан — Баранув 1-й гвардейской танковой армии, а южнее — 3-й гвардейской танковой армии.
Ход событий же был следующим. 3-й гвардейской армии не удалось полностью выполнить задачу. Ее войска овладели лишь небольшими участками левого берега, после чего противник сумел приостановить дальнейшее форсирование реки и расширение плацдармов. 3-я гвардейская танковая армия, наступавшая к Висле слева от нас, повернула свои главные силы на Баранув, стремясь использовать успех, достигнутый в этом районе 8-м гвардейским механизированным корпусом нашей армии и 162-й стрелковой дивизией 13-й армии.
В результате фронт форсирования сузился. Главные события развернулись на участке Майдан — Баранув, где борьбу за переправы вела наша 1-я гвардейская танковая армия совместно с частями 450-й и 162-й стрелковых дивизий 13-й армии. Причем и здесь условия были не везде одинаковы.
Наиболее благоприятными они оказались в районе Баранува, где переправлялись левофланговый 8-й гвардейский механизированный корпус 1-й гвардейской танковой армии и 162-я стрелковая дивизия 13-й армии. Там противник в первые дни не имел крупных сил ни на восточном, ни на западном берегах реки. Благодаря этому переправа в районе Баранува в тот период подверглась в основном лишь налетам вражеской авиации, с которой вели успешную борьбу наши истребители и зенитчики.
Кроме того, еще 29 июля в районе Баранува форсировал реку 6-й мотоциклетный полк под командованием майора В. Н. Мусатова. Действуя в качестве передового отряда 1-й гвардейской танковой армии, он имел задачу первым выдвинуться к Висле, захватить паромы и другие переправочные средства, с их помощью достичь левого берега и овладеть небольшим плацдармом в районе Хмелюв и Баранув. Это должно было обеспечить быструю переправу обоих наших корпусов.
Разумеется, переправочных средств полк обнаружил мало. Почти все они были угнаны врагом. Наших мотоциклистов он встретил огнем с противоположного берега. Не увенчались успехом и поиски бродов. Да и откуда было им взяться, если Висла на этом участке имела глубину свыше 2 м. Тем временем появилась вражеская авиация, атаковавшая мотоциклистов на бреющем полете. Наших истребителей пока в воздухе не было. В результате полк майора Мусатова был остановлен. Лишь ночью под прикрытием темноты ему удалось частью сил вплавь и на подручных средствах форсировать реку, но только в районе Баранува.
Это облегчило задачу подошедших туда на следующий день 8-го гвардейского механизированного корпуса и 162-й стрелковой дивизии.
Иначе сложилась обстановка на правом фланге 1-й гвардейской танковой армии, в районе Майдана, где должен был форсировать Вислу наш 11-й гвардейский танковый корпус совместно с 350-й стрелковой дивизией. Выйдя к реке на участке Нагноюв — Махув — Хмелюв, мы также не обнаружили здесь ни бродов, ни каких-либо переправ. Правее, у Тарнобжега, имелся паром, но там сильно укрепился противник, сосредоточивший в районе этого города части двух пехотных дивизий — 72-й и 88-й, а также значительное число танков и артиллерии.
Он немедленно предпринял оттуда контратаки. Пришлось выдвинуть для прикрытия правого фланга корпуса и обеспечения переправ 27-ю гвардейскую мотострелковую и 40-ю гвардейскую танковую бригады с приданными артиллерийскими частями. Быстро развернувшись фронтом на север, они заняли оборону и стойко отражали непрерывные вражеские контратаки, предпринимавшиеся при поддержке крупных сил авиации.
Оценив обстановку, командование корпуса приняло решение начать форсирование реки, не ожидая подхода штатных переправочных средств.
Задача проложить дорогу войскам корпуса на левый берег выпала передовому отряду 44-й гвардейской танковой бригады в составе 3-го танкового батальона, которым теперь командовал капитан А. П. Иванов, и мотострелкового батальона во главе с капитаном К. Я. Усановым. В его распоряжении имелась лишь одна рыбачья лодка, которую разыскали и доставили местные жители. Первыми должны были двинуться на противоположный берег добровольцы-автоматчики. Одновременно командиру 134-го гвардейского саперного батальона майору И. А. Бирюкову было приказано приступить к переправе мотострелковых частей на подручных средствах, а также на сколоченных наскоро из бревен плотах.
Все это происходило в ночь на 30 июля. И еще до рассвета под прикрытием огня нашей артиллерии и танков начала переправляться на рыбачьей лодке и самодельных плотах рота автоматчиков во главе со старшим лейтенантом В. С. Юдиным, парторгом и комсоргом мотострелкового батальона 44-й гвардейской танковой бригады лейтенантом Г. И. Тимошенко и старшиной С. З. Савицким.
Отважные воины действовали быстро и решительно. Противник, обнаружив плывущие лодку и плоты, открыл по ним бешеный огонь. Но автоматчики не дрогнули. 250 м, отделявшие их от левого берега, первой в считанные минуты преодолела лодка, управляемая парторгом Тимошенко. За ней причалили плоты. Часть их утонула в реке, но находившиеся на них бойцы добрались вплавь.
Задача состояла не только в том, чтобы удержаться у кромки берега. Нужно было расширить захваченный клочок земли, превратить его хотя бы в небольшой плацдарм, способный обеспечить наведение переправы для наших главных сил, стремительно подходивших к Висле с юго-востока.
И автоматчики во главе со старшим лейтенантом Юдиным смело атаковали противника. При этом они взаимодействовали с передовым отрядом 350-й стрелковой дивизии 13-й армии, также переправившимся на подручных средствах. Это была группа разведчиков и бойцов батальона капитана А. И. Якушева из 1178-го стрелкового полка подполковника Ф. А. Барбасова. Наступая совместно с ними, отряд старшего лейтенанта Юдина смелым и решительным ударом оттеснил противника от берега к деревням Старый и Новый Ходкув. А затем в ожесточенном бою выбил его и из этих населенных пунктов.
Наступившее утро осветило незабываемую картину. На всевозможных подручных средствах и легких плотах, а кое-где и вплавь преодолевали Вислу мотострелковые подразделения 44-й гвардейской танковой бригады. На соседнем участке темп же способами форсировал реку батальон автоматчиков 45-й гвардейской танковой бригады. На правом берегу саперы уже разгружали прибывшие понтоны, спускали их на воду и с поразительной быстротой собирали паромы.
132
Архив МО СССР, ф. 6598, оп. 12450, д. 50, т. 11, л. 89.