Кто же был этот удачливый изобретатель, сразу получивший реальную поддержку Советского государства? Одаренный инженер-химик Николай Иванович Тихомиров (1870–1930) проявил интерес к ракетному делу еще в 1894 г. Произведя серию опытов с пороховыми и жидкостными ракетами, он счел возможным и нужным предложить Морскому министерству проект боевой ракеты, в качестве энергоносителя которой можно было использовать не только твердое топливо — порох, но и жидкое — смеси спиртов и нефтепродуктов. Экспертиза предложения длилась с 1912 по 1917 г., когда, по понятным причинам, это дело было прекращено.
Только в мае 1919 г. управляющий делами Совнаркома В. Д. Бонч-Бруевич получил от Тихомирова предложение реализовать его изобретение — «самодвижущуюся мину для воды и воздуха», — призванное служить «на укрепление и процветание республики». По сути дела это была пороховая ракета. (Схематический чертеж ее ныне экспонируется в Музее ГДЛ.) Тихомиров просил Бонч-Бруевича довести свое ходатайство до председателя Совнаркома В. И. Ленина. К обращению были приложены охранное свидетельство на изобретение за № 309, выданное автору в 1915 г., и положительное заключение, подписанное в 1916 г. Н. Е. Жуковским, который занимал тогда пост Председателя отдела изобретений Московского военно-промышленного комитета.
Тем не менее изобретение было подвергнуто ряду новых экспертиз и только в начале 1921 г. признано имеющим важное государственное значение. После этого Главнокомандующий Вооруженными силами Республики С. С. Каменев форсировал через органы Реввоенсовета развертывание работ по реализации изобретения Н. И. Тихомирова.
К тому времени Тихомиров пришел к выводу, что применявшийся в ракетах черный дымный порох не может обеспечить ни значительной дальности, ни стабильности полета ракет. Поэтому он сосредоточил все усилия на создании принципиально нового пороха, свободного от недостатков черного. В результате упорных изысканий появился мощный, стабильно горящий бездымный пироксилиновый порох на нелетучем растворителе — тротиле.
![Огнепоклонники pic8.png](https://litlife.club/books/241256/read/images/pic8.png)
Необходимо заметить, что у Тихомирова были предшественники. Так, над созданием бездымного пороха для морских артеллерийских орудий работал великий русский химик Дмитрий Иванович Менделеев (1834–1907). В то время, когда Тихомиров направил свою заявку в Морское министерство России, т. е. в 1912 г., этой проблемой занимался, и успешно, выдающийся специалист по внутренней баллистике Иван Платонович Граве (р. 1874). Выпускник Михайловской артеллерийской академии, Граве прочно связал свою жизнь с этим замечательным учреждением, в стенах которого им была разработана газодинамическая теория внутренней баллистики порохом для полузамкнутого пространства. К этой работе с полным основанием можно отнести слова академика В. Коптюга: «Ничего нет практичнее хорошей теории». Работая с различными порохами, в результате многочисленных опытов Граве создал бездымный порох на пироксилиновой основе и летучем растворителе и даже получил патент на его изобретение. В 1915 г. он предложил применять в ракетах шашки из своего пороха, а год спустя на Шлиссельбургском пороховом заводе они были изготовлены и успешно испытаны. Однако использование в порохе летучего растворителя вызвало нестабильность горения. Этот недостаток сумел устранить Тихомиров, использовав нелетучий растворитель — тротил. Шашки из пироксилино-тротилового пороха (ПТП) горели без дыма, с огромным газообразованием и вполне стабильно.
![Огнепоклонники pic9.png](https://litlife.club/books/241256/read/images/pic9.png)
![Огнепоклонники pic10.png](https://litlife.club/books/241256/read/images/pic10.png)
В своих поисках Тихомиров не был одинок. Ему повезло с помощниками с первых дней работы. Среди них особо следует отметить бывшего подпоручика гарнизона Брест-Литовской крепости Владимира Андреевича Артемьева (1868–1962). Он увлекся ракетным делом еще в годы военной службы, изготавливал и испытывал ракеты собственной конструкции. Другими соавторами ПТП являлись преподаватель Артакадемии С. А. Сериков (1886–1937) и сотрудник Российского института прикладной химии (ныне широкоизвестный ГИПХ) О. Г. Филатов (1874–1941).
![Огнепоклонники pic11.png](https://litlife.club/books/241256/read/images/pic11.png)
Первые образцы прессованных шашек из ПТП были получены еще в 1924 г., но серийное их производство началось только в 1927–1928 гг. Оно велось первоначально в детонаторной мастерской завода «Красногвардеец», а потом в законсервированной лаборатории порохов и взрывчатых веществ Военно-морского флота, размещавшейся в Гребном порту морской гавани Ленинграда, на Васильевском острове. Ведал этим производством кумир всех женщин ГДЛ инженер-механик Иван Иванович Кулагин, ныне Заслуженный деятель науки и техники РСФСР, доктор технических наук, генерал-майор в отставке. (Он до сих пор сохраняет свое обаяние и энергию, является почетным председателем секции горнолыжного спорта.) Небезынтересно, что Кулагин работал на тех самых прессах, которыми пользовался Д. И. Менделеев в пору своего увлечения пороховым делом. Итак, с шашек, внешне напоминавших хоккейную шайбу, начинались первые твердотопливные ракеты ГДЛ.
Третьего марта 1928 г. с артиллерийского полигона на Ржевке (в окрестностях Ленинграда) поднялась в воздух одна из них. О ней писал В. А. Артемьев: «Это была первая ракета на бездымном порохе не только в СССР, но и, пожалуй, во всем мире… Созданием этой ракеты был заложен фундамент для конструктивного оформления снарядов к „катюше“.»
Что кроется за ласковым именем ныне общеизвестно: самоходный, первоначально шестнадцатизарядный миномет, боевая машина БМ-13, способная выпустить все свои 132-миллиметровые реактивные снаряды за пять-семь секунд. Точное происхождение ее названия до сих пор не раскрыто. Предполагается, что оно связано с индексом «К» на корпусе миномета (установки выпускались головным предприятием заводом имени Калинина). Но это только догадки.
Первый залп пяти «катюш» накрыл скопление немецких войск в районе железнодорожной станции Орша. Командиром дивизиона «катюш» был капитан Иван Андреевич Флеров. Огненный смерч восьмидесяти реактивных снарядов, называемых в просторечии «эрэсами» возник в 15 часов 15 минут 14 июля 1941 г. Из трофейных документов стало известно, что доносили немцы по этому поводу в ставку Гитлера: «Русские применили батарею с небывалым числом орудий. Снаряды фугасно-зажигательные, но необычайного действия. Войска, обстрелянные русскими, свидетельствуют: огневой налет подобен урагану. Снаряды взрываются одновременно. Потери в людях значительные».
А 23 августа 1941 г. в 21 час 30 минут прозвучал первый залп «катюш» на Ленинградском фронте, под Кингисеппом. Первая реактивная батарея под командованием П. И. Дегтярева прибыла в Ленинград в августе 1941 г. Эффективность действия «эрэсов» побудила верховное командование к созданию более крупных подразделений. Так, в октябре 1941 г. был сформирован первый на Ленинградском фронте полк реактивной артиллерии, использовавшей снаряды М-13, командование полком было возложено на выпускника 2-го Ленинградского артиллерийского училища И. А. Потифорова. К концу Великой Отечественной войны на ее фронтах наносили огневые удары по фашистам уже более десяти тысяч «катюш», выпустившие около 12 миллионов ракетных снарядов разных калибров.
Однако вернемся в 30-е годы. До сих пор речь шла о событиях, в которых автор не принимал личного участия и которым не был свидетелем. Переходя же к описанию работ ГДЛ в ее «звездные годы», автор не может удержаться от личных воспоминаний. Поэтому некоторый субъективизм естественен, как и замена слова «автор» личным местоимением. Итак, как же случилось, что я оказался в ту пору среди людей, одержимых ракетным делом, зачинателей его в Ленинграде?