В первый раз в 1906 году Владимир Ильич Ленин сослался в своей брошюре «Победа кадетов и задача рабочей партии» на Марию Спиридонову, как на пострадавшую революционерку, стойко выдержавшую все истязания сатрапов царской охранки[22].
Являясь членом партии социал-революционеров (эсеров), Мария Спиридонова вела активную политическую деятельность, и это было подмечено Лениным.
В статье «Три кризиса», опубликованной 19 июля 1917 г. в журнале «Работница» № 7, Ленин отметил, что при всех колебаниях эсеров Спиридонова решительно высказывалась «за переход власти к советам»[23].
В газете «Рабочий» № 10 за 14(1) января 1917 г. Ленин похвалил Спиридонову за то, что она среди эсеров выступает за «усиление, укрепление, развитие революционно-интернационалистических течений»[24].
Накануне Октябрьской революции в газете «Рабочий путь» (№ 20–21) от 9 и 10 октября 1917 г. была опубликована статья Ленина «Задачи революции», В ней Владимир Ильич подчеркнул важную роль Спиридоновой в правильном отношении эсеров к задачам революции[25].
Самый примечательный факт в политической биографии М. А. Спиридоновой тот, что она вместе с Лениным (от большинства ЦК большевиков, а Спиридонова от ЦК левых эсеров) голосовали за мир с Германией, подписание Брестского договора[26].
Однако через каких-нибудь несколько месяцев в политической ориентации Марии Спиридоновой произошел резкий поворот. Она оказалась заодно с лидерами левых эсеров, которые 6 июля 1918 г. в дни работы V Всероссийского съезда Советов, подняли в Москве тайно подготовленный контрреволюционный мятеж, и среди задач этого мятежа было расторжение мирного договора с Германией. Еще не ведая о тайных замыслах лидеров левых эсеров, Ленин в своей речи на V Всероссийском съезде Советов 5 июля 1918 г. раскритиковал позицию левых эсеров, выступивших против заключения Брестского мира. О позиции, в частности, Спиридоновой он сказал следующее:
«За два месяца перед январем 1905 года и февралем 1917 года ни один, какой угодно опытности и знания революционер, никакой знающий народную жизнь человек не мог предсказать, что такой случай взорвет Россию. Уловить отдельные выкрики и бросить в народные массы призывы, которые равняются прекращению мира и бросанию нас к войне, это — политика людей, совершенно растерявшихся, потерявших голову. И, чтобы привести доказательство этой растерянности, я приведу вам пример из слов человека, в искренности которого ни я, ни кто другой не сомневается, — из слов товарища Спиридоновой, из той речи, которая была напечатана в газете «Голос трудового крестьянства» и о которой не было опровержения. В этой речи 30 июня товарищ Спиридонова поместила три ничего не говорящие строчки, будто бы немцы предъявили нам ультиматум — отправить им на два миллиарда мануфактуры»[27].
В речи на объединенном заседании В ЦИК 29 июля 1918 г. В. И. Ленин еще раз разоблачил ложь, которую распространяла Спиридонова и которая пошла на пользу помещикам и повторяется теперь самыми темными и неразвитыми элементами из черносотенцев; эта ложь должна быть опровергнута и разоблачена[28].
Такой стала Мария Спиридонова, приняв вместе с другими членами ЦК партии левых эсеров решение о провокационном убийстве германского посла Мирбаха, осуществленном эсером Блюмкиным, с расчетом вновь ввергнуть Россию в войну с Германией, поднять повсеместно восстание против Советской власти и свергнуть Советское правительство и арестовать его членов вместе с Лениным. Авантюра левых эсеров закончилась их поражением. Они окончательно разоблачили себя как ярые враги Советской власти, лишенные всякой поддержки трудящихся.
При ликвидации мятежа самый активный его организатор, состоящий на службе в ВЧК в должности заместителя, председателя, Александрович и еще 12 других активных участников восстания были арестованы и по решению ВЧК расстреляны.
М. А. Спиридонова была предана суду.
Верховный трибунал при ВЦИК обстоятельно разобрался во всех материалах дела, в личной вине Спиридоновой, не оставил без внимания и особенности, характеризующие ее личность. Признав М. А. Спиридонову виновной в организации левоэсеровского мятежа, Трибунал в приговоре записал:
«Принимая во внимание болезненно-истерическое состояние обвиняемой, не преследуя в наказании целей отмщения врагам революции и не желая причинять М. Спиридоновой излишние страдания, одновременно с тем охраняя рабоче-крестьянскую революцию и стоя на страже ее завоеваний, Трибунал постановил изолировать М. Спиридонову от политической и общественной деятельности на один год с пребыванием в санатории».
В последующие годы М. А. Спиридонова отошла от всякой политической деятельности. Между тем во времена сталинских репрессий она была снова арестована.
Вернемся снова в 1918 год. Когда 6 июля в Москве возник левоэсеровский мятеж, то ночью 7 июля В. И. Ленин и И. В. Сталин обменялись телеграммами по поводу убийства германского посла Мирбаха. Призвав Сталина к принятию мер подавления возможных восстаний левых эсеров на юге страны, Ленин назвал их «жалкими и истеричными авантюристами, ставшими орудием в руках контрреволюционеров». Такая оценка отвечала объективному суждению, свойственному Ленину. Она, эта ленинская оценка, была принята во внимание и Трибуналом при наказании М. А. Спиридоновой. Но каким был ответ Сталина!
«Что касается истеричных — будьте уверены, у нас рука не дрогнет. С врагами будем действовать по-вражески. Сталин».
Эта телеграмма впервые была опубликована в «Правде» № 21 от 21 января 1936 г., в самый разгул сталинских репрессий. Рука «вождя всех народов» действительно не дрожала, когда он определял судьбу арестованных революционеров, в том числе и М. А. Спиридоновой. Она была расстреляна в 1941 году в Орловской тюрьме, без приговора, по приказу Берии.
Приговор Трибунала от 1919 года в отношении М. А. Спиридоновой свидетельствовал о том, что в те годы уже применялась ссылка, отрешение определенных лиц от политической и общественной деятельности.
Возникновение в нашем законодательстве и в практике судебных и административных органов институтов ссылки и высылки. Впервые указание на высылку как на меру наказания мы обнаружили в Инструкции Наркомюста революционным трибуналам, изданной в 1917 году. Им предоставлялось право удалять из столиц, отдельных местностей или из пределов Советской Республики «порочных элементов»[29].
20 июня 1919 г. Президиумом ВЦИК было принято постановление[30] о несудебных полномочиях ЧК. По этому декрету в целях борьбы с нарушениями трудовой дисциплины, охранения революционного порядка и борьбы с паразитическими элементами в случае, если дознанием не установлено достаточных данных для направления дел о них в порядке уголовного преследования, за ЧК и ГубЧК, с утверждения ВЧК, сохранялось право заключения таких лиц в лагерь принудительных работ на срок не свыше пяти лет. Из Москвы, Ленинграда, Ростова и других ГПУ было выслано несколько тысяч таких лиц[31].
Декретом ВЦИК от 23 июня 1921 г. установлено, что по приговорам чрезвычайных комиссий (без направления дела для судебного разбирательства) лишение свободы могло быть назначено на срок не свыше двух лет, притом только в отношении лиц, уличенных в принадлежности к антисоветским политическим партиям. По этому декрету был направлен в ссылку 551 человек — активных членов партии меньшевиков. Эта контрреволюционная партия в те годы развернула активную враждебную деятельность. В восьми пунктах нашей страны она имела подпольные типографии, печатала и распространяла свою литературу антисоветского содержания. Все остальные дела, — было сказано в декрете, — находившиеся в производстве ВЧК, должны направляться в особые камеры народного суда или в революционные трибуналы[32].
22
Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 12. С. 319–320.
23
Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 32. С. 430.
24
Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 34. С. 130.
25
Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т, 34. С. 230.
26
См. Ленинский сборник, XI.
27
Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 496.
28
Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 37. С. 13.
29
СУ РСФСР. N2 12; Герцензон А. А. История советского уголовного права 1917–1947 гг. М.# 1948. С. 126.
30
СУ РСФСР. 1919. № 27. С. 301.
31
Трифонов И. Очерки по истории классовой борьбы в годы нэпа. М., 1960. С. 80.
32
СУ РСФСР. 1921. 51.