Наконец, сами власти медленно сдают позицию за позицией - причем не очень-то и сопротивляясь. Они приняли правила игры, предложенные международной олигархией - а после этого полное поражение становится лишь вопросом времени. Эта неизбежность проистекает из того факта, что «в глазах новых хозяев мира политическая власть является лишь третьей по счету. Есть, прежде всего, власть экономическая, затем идет власть средств массовой информации. И если вы обладаете первыми двумя, как это продемонстрировал Сильвио Берлускони... в Италии, овладение политической властью становится чистой формальностью»{111}. Но этого мало: получая повсюду реальную власть и неограниченные возможности для эксплуатации любых ресурсов, ТНК не хотят делиться вообще ничем - для этого у них есть так называемые «службы налогового планирования».
Как это делается? Это уже давно демонстрируют крупные корпорации Германии. Например, БМВ, самая рентабельная автомобильная компания страны, еще в 1988 году сообщила налоговым властям о доходах аж в 545 млн. марок. Четырьмя годами позже доходы упали до каких-то 6% от этой суммы, составив 31 млн. марок. На следующий год, несмотря на возросшую общую прибыль и не изменившиеся дивиденды, БМВ объявила об убытках от операций внутри страны и получила от налоговой службы компенсацию в 32 млн. марок. «Мы стараемся закладывать расходы там, где самые высокие налоги, т.е. внутри страны»,- откровенно объясняет финансовый директор БМВ Фолькер Доппельфельд. Аналитики данного сектора подсчитали, что таким образом с 1989 по 1993 год корпорация «сберегла» от выплаты государству более миллиарда марок»{112}. Квинтэссенция этой политики - заявление главы Даймлер-Бенц Юргена Шремпа на ужине с депутатами Бундестага в конце апреля 1996 года: «Вы от нас больше ничего не получите!{113}.
Таким образом, вся прибыль от потребленных ТНК общественных ресурсов складывается в их собственных закромах. Где они, спросите вы?
Закрома строящегося всемирного режима глобализации находятся в оффшорных государствах, единственных, которым удалось сохранить в наше время свой суверенитет и национальную независимость... Будучи в силах навязать драконовские планы структурной перестройки десяткам стран, перешедшим под ярмо МВФ и ВБ... великие державы и «международное сообщество» якобы, выходит, не способны вынудить кучку псевдогосударств-конфетти, часто до сих пор остающихся под протекторатом, придерживаться комплекса общепринятых норм... Во имя соблюдения их суверенитета и их национальной независимости!
Дело в том, что 95% безналоговых зон являются бывшими торговыми гаванями или же колониями Великобритании, Франции, Испании, Нидерландов и США. Они остаются в состоянии зависимости от покровительствующих держав. Их фиктивный суверенитет служит фиговым листочком, прикрывающим финансовую преступность, которую не только терпят, но и поощряют, потому как она полезна и необходима для функционирования рынков. Лондонское Сити как и другие валютные биржи работает с этими деньгами. Об этом свидетельствует постоянное сопротивление Великобритании, а также Люксембурга и Нидерландов любой попытке европейских политических кругов обложить налогом и поставить под контроль движения капиталов{114}.
Структуры мондиализма тоже совершенствуются. Теперь уже нет большой нужды сразу в трех крупных организациях - поэтому вполне естественно, что уже в начале 1990-х годов их вождям пришло в голову объединиться. И хотя действовать нужно было все еще осмотрительно, главные табу были уже сняты, так что таится больше смысла не было. Сигнал к началу новой эпохи подал крестный отец современных мондиалистских структур Дэвид Рокфеллер. На заседании Бильдербергского клуба 8 июня 1991 года, проходившем в Баден-Бадене, он заявил:
We are grateful to The Washington Post, New York Times, Time magazine and other great publications whose directors have attended our meetings and respected their promises of discretion for almost 40 years. It would have been impossible for us to develop our plan for the world if we had been subjected to the lights of publicity during those years. But the world is more sophisticated and prepared to march toward a world government. The supranational sovereignty of an intellectual elite and world bankers is surely preferable to the national autodetermination practiced in past centuries{115}.
То есть, в переводе на русский:
Мы очень признательны Вашингтон Пост, Нью-Йорк Таймс, журналу Тайм и другим крупным средствам массовой информации, руководители которых ранее принимали участие в наших встречах и соблюдали осторожность в освещении нашей деятельности в течение почти что сорока лет. Окажись мы в эти годы под светом прожекторов широкой публики, разработка наших планов для всего мира стала бы невозможной. Но сегодня мир более усложнен и подготовлен к маршу в сторону мирового правительства. Сверхнациональная власть интеллектуальной элиты и мировых банкиров теперь безусловно предпочтительнее права народов на самоопределение, применявшегося в прежние века.
Похоже, откровеннее уже просто некуда... Генри Киссинджер тоже порадовал публику циничными откровениями, когда заявил 21 мая 1992 года на следующем заседании Бильдербергского клуба, проходившем во французском городе Эвиан, буквально следующее:
Today Americans would be outraged if U.N. troops entered Los Angeles to restore order; tomorrow they will be grateful! This is especially true if they were told there was an outside threat from beyond, whether real or promulgated, that threatened our very existence. It is then that all peoples of the world will pledge with world leaders to deliver them from this evil. The one thing every man fears is the unknown. When presented with this scenario, individual rights will be willingly relinquished for the guarantee of their well being granted to them by their world government{116}.
То есть, в переводе на русский:
Сегодня американцы были бы возмущены, если бы солдаты ООН вошли в Лос-Анджелес для восстановления порядка; но завтра они будут благодарны! И совсем уж наверняка это произойдет, если им расскажут о внешних угрозах - неважно, реальных или придуманных - да притом таких, которые угрожают самому нашему существованию. Именно тогда все люди, живущие в мире, доверятся своим лидерам, чтобы те избавили их от этого бедствия. Единственное, чего боится каждый - это неизвестность. Столкнувшись с таким развитием событий, люди охотно откажутся от своих прав в обмен на гарантии комфортного существования, которые им предоставит мировое правительство.
Кстати, именно на этих двух заседаниях Билл Клинтон (тогда безвестный губернатор Арканзаса) был выдвинут на пост президента, а затем ему «помогли» занять этот пост{117}.
Итак, серые кардиналы вышли из тени в полной уверенности, что их время наконец наступило и что теперь им ничто помешать не сможет. Впрочем, меры секретности сохранялись, но скорее уже по инерции - в любом случае, олигархи стали искать подходящую организацию для своего объединения. Поскольку они прекрасно понимали, что это будет уже вполне публичная структура, она должна была нести важную символическую нагрузку. Всеобщая эйфория по поводу окончания холодной войны и наступления новой эры подсказала оригинальный выход: вы будете смеяться, но этим символом стал... Горбачев! А история развивалась так.
В конце 1991 года Джим Харрисон и Эми Фоссбринк, не последние люди в СМО, организовали в США некую Международную ассоциацию иностранной политики, которая вроде бы занималась лишь доставкой гуманитарной помощи в Россию. На самом деле, однако, она стала лишь трамплином к следующей структуре, возникшей спустя несколько месяцев: Михаил Горбачев был запрошен на предмет создания фонда его имени, ответил положительно, после чего фонд был создан, а его персонал в точности совпал с сотрудниками ассоциации.