Финансовые, страховые и консалтинговые: Citibank, J.P.Morgan Chase, Bank of America, Bank of New York, Societe Generale, Dresdner Bank, Barclays Bank, National Westminster (NatWest) Bank, ABN AMRO, Mellon Bank, Fuji, Sumimoto, Nikko, Nomura, Yamaichi, Morgan Guarantee Trust, Goldman Sachs, Merrill Lynch, UBS Warburg, Solomon Smith Barney, Morgan Stanley, Credit Suisse First Boston, Lehman Brothers, Prudential, American Express, AIG, Dow Jones & C, Ernst & Young, PriceWaterhouseCoopers.
Нефтегазовые и химические: British Gas, ShevronTexaco, ExxonMobil, Royal Dutch / Shell, ENI, Elf, Du Pont de Nemours, Dow Chemical, BASF.
Технологические: IBM, AT&T, Cisco Systems, Hewlett-Packard, America-On-Line (AOL) Time Warner, Sun Microsystems, Xerox, Digital Equipment, National Semiconductor, Hitachi, NEC, Ericsson, Nokia, Siemens, Sony, Toshiba.
Наконец, компании традиционных секторов экономики: PepsiCo, Coca-Cola, Johnson & Johnson, Bristol-Myers Squibb, GlaxoSmithKline, Procter & Gamble, Colgate-Palmolive, Unilever, Nestle, Carlsberg, Levy-Strauss, General Motors, Ford Motor, Daimler-Chrysler, Fiat, Volkswagen, Mitsubishi, General Electric, ABB, Matsushita Electric, Mitsui, Nippon Steel, Boeing, Lockheed Martin, Lufthansa, Eastman Kodak, International Paper, Federated Department Stores.
Впечатляющий список? Понятно, что когда собираются руководители таких компаний, стоимость которых в совокупности составляет много триллионов долларов, то их решения вовсе не окажутся пустым звуком. И в следующей части мы в этом убедимся…
Часть III. О дивный новый мир!{97}
До начала 1990-х годов все три ведущие мондиалистские организации предпочитали держаться в тени, отлично понимая, что пока надежды многих людей на западе связаны с программами социального партнерства, явно показывать свои крайне антисоциальные устремления не резон - гораздо лучше вести работу тайно, постепенно достигая нужного результата. Но вот наступили 1989/91 годы - и эти структуры выползли на поверхность, уже не таясь. Что же они из себя представляют сейчас, к чему стремятся и как изменяются?
Novus Ordo Saeculorum
Vae victis!
Бренн, царь галлов
В числе первых суть происходящего предельно ясно выразил президент одного из вышеперечисленных корпоративных транснациональных монстров, объединения Эй-Би-Би (ABB) Перси Барневик: он заявил, что глобализация - «это свобода для каждого компаньона, входящего в мое объединение, инвестировать там и тогда, где и когда он того пожелает, покупать и продавать то, что он пожелает, неся при этом минимум возможных тягот, вытекающих из социального законодательства»{100}. Формально эта идея была изложена в 1989 году в так называемом «Вашингтонском консенсусе». Это «комплекс джентльменских соглашений, выработанных... совместно мировыми финансовыми организациями и ФРС США с тем, чтобы постепенно отменить меры, принятые государствами по регулированию деятельности финансовых рынков, и со временем добиться полной либерализации действий для этих рынков»{101}. «Вашингтонским консенсусом» эти соглашения назвал один из авторов, американский экономист Джон Вильямсон - и хотя потом он многократно пытался объяснить, что его неправильно поняли, было уже поздно.
Суть «Вашингтонского консенсуса» состоит в шести принципах, которым должны следовать государства, желающие реформировать свои экономики. Принципы следующие:
налоговая дисциплина
«конкурентоспособный» валютный курс
либерализации коммерции
либерализация иностранных инвестиций
приватизация
дерегламентирование{102}
Само по себе мнение группы экономистов мало кого волнует, но когда среди разработчиков оказывается ФРС США, тут уже не до шуток, ибо когда мы говорим «МВФ» или «ВБ», то подразумеваем именно «Фед». И действительно, эти идеи были тут же положены в основу условий предоставления кредитов международными финансовыми организациями, трансформировавшись в следующие положения, без выполнения которых МВФ отказывается давать кредит:
привлечение инвесторов любой ценой, даже если это и происходит в ущерб социальным правам и окружающей среде
сокращение до крайнего минимума услуг и программ социального развития, превращение систем здравоохранения и образования в набор услуг, предоставляемых на платной основе, отмена дотаций на продукты питания и другие товары первой необходимости - иначе говоря, приватизация социального сектора
поддержание стабильности национальной денежной единицы любой ценой, принятие жестких бюджетных сокращений
ограничительная денежная политика (высокие процентные ставки и т.д.)
всемерное наращивание валютных резервов, даже ценой замораживания потребления
предоставление полной свободы передвижения капиталов, в том числе беспрепятственный их ввоз и вывоз через границу
приватизация в областях, не подверженных конкуренции, то есть в так называемых «естественных монополиях»
налоговые реформы, направленные на «расширение налогооблагаемой базы» (то есть отмена всех налоговых льгот) и «приведение налогового законодательства в соответствие с нормами цивилизованных стран» (например, чтобы делался упор на прямые налоги - подоходный и на прибыль - в ущерб косвенным){103}
Замечу, что именно по этим принципам проводились экономические реформы в России начиная с конца 1991 года. И именно эти принципы были навязаны большинству стран в течение 1990-х, причем вовсе не только государствам с развивающейся экономикой - значительная часть вышеперечисленных положений вошла, например, в основные принципы Маастрихтского договора 1992 года о создании Европейского Союза. Я уже отмечал в главе о последствиях глобализации для экономик всех стран, куда она проникла, что применение этих мер привело к крайне негативным результатам - что стало очевидно для всех думающих экономистов уже во второй половине 1990-х годов. Приведу цитату одного из участников «Вашингтонского консенсуса», знаменитого экономиста Джеймса Кеннета Гэлбрейта.
![Тупики Глобализации. Торжество Прогресса или Игры Сатанистов? _56.jpg](https://litlife.club/books/239828/read/images/_56.jpg)
Джон Кеннет Гэлбрейт
Доктрина, известная под названием «Вашингтонский консенсус», была по своему характеру неким символом веры глобализации. В ней отразились уверенность в том, что рынки действуют эффективно, что отсутствует потребность в их управлении со стороны государства, что между бедными и богатыми не существует конфликтных интересов, что дела идут наилучшим образом, если в них не вмешиваться... На самом же деле верно то, что бедные, т.е. подавляющая часть населения большинства стран мира, должны ежедневно питаться. Хорошей будет та политика, которая гарантирует, что они смогут это делать, при этом постоянно должно обеспечиваться улучшение рациона питания, жилищных условий, системы здравоохранения, других материальных условий жизни. Плоха та политика, которая прямо или косвенно провоцирует нестабильность, создает проблему с потреблением продуктов питания по соображениям эффективности или либерализма либо даже свободы. Стремление к конкуренции, дерегулированию, приватизации и открытым рынкам капитала в действительности подорвало экономические перспективы многих миллионов беднейших людей в мире. Так что такая политика - просто наивная и неправомерная кампания. Она по-настоящему угрожает безопасности и стабильности в мире, поскольку подрывает основы обеспечения самих себя хлебом насущным... Короче говоря, налицо кризис «Вашингтонского консенсуса», и он очевиден для всех{104}.