Потом сыщики обратились к ней с просьбой - никому не говорить о погремушке.
- Это очень важная деталь для следствия, она может навести нас на след. Мы и всех остальных попросили об этом и от журналистов скрываем.
Ицуко клятвенно обещала держать рот на замке, но в свою очередь взяла с сыщиков обещание: когда закончится следствие, рассказать ей, для чего преступнику понадобилась погремушка.
- А зачем вам? - удивились полицейские,
- Просто так, интересно, - ответила она. - Уж слишком все это невероятно.
Ицуко вышла на работу спустя неделю после происшествия. Как и следовало ожидать, весь первый день ее еще донимали, но вскоре ажиотаж пошел на убыль. Она правильно сделала, что дала страстям поостыть, Газетчики тоже угомонились. Ограбление обошлось без жертв, так что новых сообщений не появлялось, Оставалось только ждать вестей от полиции, как вдруг… на девятый день в утренней газете она наткнулась на фотографию «важного свидетеля происшествия» - некоего Сюити Сасаки, двадцатилетнего юноши. Из заметки следовало, что Сасаки - автослесарь, проживает в соседнем квартале, а работает в мастерской, мимо которой Ицуко ходит каждый день. Он не появлялся в ней после той ночи, когда произошло ограбление. Его мотоцикл стоит у дома, исчез только мотоциклетный шлем с щитком. Мотоцикл слишком бросается в глаза, его легко обнаружить, поэтому Сасаки, использовав вместо маски шлем с щитком, пешком скрылся с места преступления - строил догадки автор заметки. Ицуко сразу вспомнила рев заводимого мотора, когда они лежали за стойкой. На фотографии лицо у Сасаки было довольно устрашающее, к тому же он выглядел несколько старше своих лет. Вообще-то лица преступника Ицуко не видела, только шлем с щитком, так что фотография ей ничего не говорила. Но ей подумалось, что, возможно, Сасаки и есть тот самый грабитель. Вот если бы голос услышать… Тогда можно было бы что-то сказать…
Поразмыслив, Ицуко решила, что лучше не донимать расспросами полицию, а самой сходить на место происшествия. Перед работой она заскочила в “Q А”.
Знакомого продавца в магазине не оказалось.
- В этот день работает другая смена, к тому же после ограбления парень так и не появлялся, видно, решил уволиться, - довольно нелюбезно пояснил ей продавец, стоявший у кассы. Ему было слегка за тридцать. Узнав, что Ицуко - одна из потерпевших, он сразу смягчился.
- Значит, вы не просто так интересуетесь?… А то в последнее время любопытные житья не дают.
- Да нет, я свидетельница, - подтвердила Ицуко. - Только нас почему-то держат в неведении относительно хода расследования. Вы не в курсе, откуда вообще возник этот Сасаки?
Продавец обвел взглядом магазин. К счастью, покупателей не было.
- Говорят, что у преступника была с собой погремушка.
- Ну да. Я ее видела собственными глазами.
- Когда полицейские сказали об этом, мы сразу поняли, что это он, Сасаки. У нас работа посменная. В магазине шесть… нет, пять продавцов. И все знают этого Сасаки.
- Он ваш постоянный клиент?
- Ну да, Живет в соседнем квартале. А на работу в автомастерскую ездит или на мотоцикле, или на велосипеде. Несколько раз в неделю непременно заезжает к нам за покупками. И почти всегда поздней ночью. Уже почти год. А последний месяц парень все время таскал с собой погремушку в кармане. На ней еще утенок нарисован.
Выяснилось, что Сюити Сасаки частенько являлся в магазин в шлеме с закрытым щитком, видно, снимать - целая морока. Продавцы как-то и внимания не обращали. Между собой они прозвали его «парень в шлеме», но когда он стал таскать с собой погремушку, к нему прилипло новое прозвище - «погремушечник». А еще «придурок».
- Придурок?
Продавец рассмеялся.
- Ну конечно, придурок. Посудите сами, здоровенный такой детина, а разгуливает с погремушкой для младенцев!
Придурок… Но ведь не настолько же, чтобы взять с собой погремушку на ограбление! К тому же откуда он мог знать про пять миллионов, что лежали в ту ночь в сейфе?
Продавец вдруг весь ощетинился.
- Зачем говорить такие вещи? У нас у всех могут быть неприятности. Мы же работаем здесь, разве стали бы делать подобные глупости?
В общем- то, оно, конечно, так… Но…
- Хозяева приходят и уходят, а мы остаемся. К чему нам создавать себе проблемы?
«Наверное, он прав»,- подумала Ицуко. Она извинилась и уже хотела выйти, как что-то вдруг остановило ее. Называя число работников магазина, продавец оговорился!
- Скажите… У вас кто-нибудь увольнялся недавно?
Продавец поморщился,
- Как вам не совестно! Вынюхиваете туг точно сыщица!
- Ну так было или не было?
- Да, было, - нехотя признал продавец. - Уволился тут один в конце прошлой недели. Но при чем здесь это?
Да, собственно, ни при чем. Хотя, впрочем…
В тот вечер Ицуко отчего-то места себе не находила. Даже заснуть не могла. Не отдавая себе отчета в своих действиях, она все время поглядывала на часы. Наконец наступил час, когда в ту ночь в магазин ворвался грабитель. Ицуко накинула жакет и вышла на улицу.
Разумеется, ноги сами понесли ее в “Q А”. К ее изумлению, там уже торчал очкарик. Когда Ицуко хлопнула его по плечу, он заулыбался.
- Что, очень перепугались? Еще ни разу сюда с той ночи не приходили!
Ицуко изумилась.
- А ты что, уже не в первый раз?
- Да я тут каждый вечер!
А очкарик-то, оказывается, не такое уж наивное дитя!
- Не страшно вспоминать? - поинтересовалась Ицуко.
- He-а, нисколечко! - Мальчишка махнул рукой, в которой был зажат бутерброд с ветчиной. - Правда, если дома узнают, такую головомойку устроят!
- Понятное дело.
Ицуко купила закуски к пиву и сладости и вместе с очкариком вышла из магазина, где не было никаких перемен, если не считать нового зеркала на потолке.
- Как вы думаете, это Сасаки ограбил магазин? - спросил очкарик. Изо рта у него вырвалось белое облачко пара.
- А ты как думаешь?
- Ну, вы прямо как сыщик. Отвечаете вопросом на вопрос.
Ицуко улыбнулась.
- Не знаю. Из-за этого шлема я лица не разглядела, да и голос был искажен. Вот продавцы - те уверены, что преступник - Сасаки. Из-за той погремушки. Говорят, что он чокнутый.
- Ну, это было бы слишком просто, - мягко заметил очкарик. - Правда, похоже, что преступник рассуждал так же примитивно.
Ицуко остановилась.
- Что ты имеешь в виду?
- Думаю, что Сасаки эту погремушку подобрал на улице. Потому и носил ее с собой.
- Подобрал?!
- Именно. Он ведь частенько бывал здесь по работе. Нашел погремушку - и подобрал.
- И держал ее при себе?
- Ну да. Наверное, хотел при случае вернуть хозяину. Ничего другого просто в голову не приходит.
- Странно все как-то… - Ицуко рассмеялась. - Значит, знал, кто хозяин. Почему же тогда не зашел прямо в дом? Всегда ведь можно как-то связаться. Отдал прямо в руки - и дело с концом.
Очкарик покачал головой.
- Думаю, они были знакомы не настолько близко. Ну, взять, к примеру, хотя бы нас с вами. Встречаемся в магазине - но и только. Даже не знаем друг друга по имени, верно? И уж тем более, адреса. Вот если бы вы что-нибудь потеряли, а я нашел, тоже, наверное, стал бы носить с собой, чтобы вернуть при встрече. Разумеется, если это была бы такая же маленькая безделушка. И уж тем более, если бы шел в магазин!
Ицуко изумленно смотрела на очкарика. Хотя зрение у него неважнецкое, а глаз зоркий!
- Проблема в том, что мы не знаем, кто хозяин игрушки. Вот если бы найти этого человека…
Расставшись с очкариком, Ицуко долго обдумывала его слова. Они не давали ей покоя и на второй, и на третий день. Даже на работе, перелистывая документы или печатая на процессоре, она бессознательно думала о них.
Спустя полмесяца после ограбления вся канцелярия собралась, чтобы проводить старый год. Гуляли допоздна, и Ицуко едва успела на последнюю электричку.
Было еще холоднее, чем в ночь ограбления. Ицуко брела домой под пронизывающим ветром. Проходя мимо авторемонтной мастерской, она невольно приостановилась и посмотрела на ворота. Неужели человек, угрожавший убить ее, трудился здесь в поте лица, чиня машины и мотоциклы? Трудно поверить. Но еще труднее поверить, что преступник подобрал бы погремушку, чтобы вернуть ее при случае владельцу. Впрочем, если догадка очкарика верна…