13 апреля 1605 года Борис Годунов по невыясненным обстоятельствам, посла дипломатического приема и обеда с
иноземцами в Золотой палате, внезапно умер в кремлевском дворце от апоплексического удара.
Недовольство правлением Годунова было не только у боярства, но и зрело среди народа. Мысль о самозванце родилась у большого боярства с Романовыми во главе. Винить поляков, что они подставили самозванца в своих захватнических целях, не совсем верно: “самозванец был только испечен в польской печке, а заквашен в Москве”.
На престоле московских государей Лжедмитрий-I был небывалым явлением. Самозванец внешне выглядел некрасивым, ниже среднего роста, рыжеватый, с грустно-задумчивым выражением лица, что не отражало вовсе его духовной природы: богато одаренный, с бойким умом, с живым, даже пылким темпераментом, в опасные минуты доводившие его храбрость до удальства, был мастер говорить, обнаруживал довольно разносторонние знания. Царь-самозванец тотчас показал себя деятельным управителем, чуждался жестокости, сам вникал во все дела, каждый день бывал в Боярской думе, сам обучал ратных людей. Своими действиями он приобрел широкую и сильную привязанность в народе.
Лжедмитрий-I держался как законный, природный царь, вполне уверенный в своем царственном происхождении, на его лице никто из близких приближенных не подмечал ни малейшей тени сомнения в этом. Лжедмитрий обвенчался с Мариной Мнишек, дочерью польского пана. Предварительно, в Успенском соборе, за два часа до свадьбы, их коронуют с возложением шапки Мономаха. Подчеркнем, что Марина стала сначала русской царицей и только после женой Дмитрия.
Но в недрах боярства зрел заговор во главе с князем В.И.Шуйским. 17 мая 1606 года Москву разбудил набат колоколов, призывая народ изгнать поляков и их ставленников. Лжедмитрий-I яростно сопротивлялся, но его волокут на Красную площадь и убивают. Толпа сжигает труп, пеплом заряжают пушку и стреляют в сторону Запада — “откуда, мол, пришел, туда и проваливай!” Марину Мнишек отправляют в ссылку в Ярославль. На престол вступил 54-летний Василий Шуйский. Его признали царем келейно немногие сторонники большого титулованного боярства. Василий Шуйский являлся царем боярским, как сейчас говорят, — партийным, вынужденный править страной, считаясь с мнением кружка
знатных бояр. В историю России период правления Василия Шуйского вошел как бездарный, и им мало кто был доволен. Слухи о спасении Лжедмитрия-I пошли сразу с первых минут царствования Василия, то есть, о втором возможном самозванце. Во имя этого призрака уже в 1606 году поднялась против Шуйского Северная земля и заокские города с Путивлем, Тулой и Рязанью. На роль нового Дмитрия нашелся крещеный еврей Богданка, который служил у Гришки Отрепьева писарем. Эта кандидатура устраивала поляков для продолжения политики закабаления Руси.
Лжедмйтрий-2 с польско-литовскими войсками, усиленными казачьими отрядами, подошел к Москве и стал станом в селе Тушино. Он подвел под свою руку самую сердцевину Московского государства — территорию междуречья Волги и Оки. Страна распалась на две части. Противостояние “Тушинского вора”, такое прозвище дали Лжедмитрию-2, и царя Шуйского длилось три года.
В 1609 году в Москве возникло народное волнение, подстрекаемое недовольными боярами. Мятежники кричали, что царь Василий человек глупый и нечестивый, пьяница и блудник, что они восстали за свою братию, дворян и детей боярских. Царь был сведен с престола.
До этого предшествовало крупное сопротивление царским войскам. Так, на юге Руси зачинщиком восстания был князь Шаховской, который привлек на свою сторону Болотникова — бывалого человека. Казак Болотников (бывший боярский холоп) побывал в плену у татар и испытал турецкую каторгу. Воротился на родину уже как агент второго самозванца.
Движение, поднятое дворянами, Болотников повел в глубь общества, откуда сам вышел, набирал свои дружины из казаков, из бедных посадских людей, из беглых крестьян и холопов и натравливал их против воевод, господ и всех власть имущих. Поддержанный восставшими дворянами южных уездов, Болотников со своими сбродными дружинами победоносно дошел до самой Москвы, неоднократно громя царские войска. Болотников шел напролом: из его лагеря по Москве распространялись прокламации, призывающие холопов убивать своих господ, за что они получат в награду жен и имение убитых, избивать и грабить торговых людей, своим сподвижникам обещал боярство, воеводство, всякую честь и богатство. По этой причине
произошло разделение воинства из дворян и неимущих классов. Порфирий Ляпунов, Рязанский предводитель, и другие дворянские вожди, присмотревшись с кем имеют дело, что за народ составляет рать Болотникова, покинули его и перешли на сторону Шуйского. Таким образом, облегчили царскому войску разгром отрядов Болотникова. Болотников погиб, но его попытка выступления против Шуйского нашла широкий отклик: везде крестьяне, холопы, поволжские инородцы, все беглое обездоленное население поднималось за самозванца. Выступление этих классов продлило смуту и дало ей характер социальной борьбы по истреблению высших классов низшими, а не только политический спор за образ правления и государственное устройство.
Соблюдая последовательность развития событий, связанных с “тушинским вором”, вернемся к Марине Мнишек. По ее глубокому убеждению, коронация совершается только по воле Божьей и людям не дано лишать ее сана царицы. Когда Марина узнала о появлении нового Дмитрия, она поспешила к нему. Разыгралась на людях сцена трогательной встречи “супругов”, насильственно разлученных злой судьбой. Династические интересы честолюбивой Мнишек были превыше всего, и она тайно венчается с Богданкой. Этот союз окрылил Лжедмитрия-2, и он почувствовал себя царем, т.к. Марина была коронованной царицей. Вскоре, во время царской охоты под Калугой Лжедмитрий-2 был зарублен людьми из своей свиты. Через несколько дней у Марины родился сын Иван. Тогда царице было 23 года. Вся ее дальнейшая жизнь была вовлечена в авантюру с атаманом Заруцким по возведению своего сына на царский престол.
В марте 1611 года казаки выбили поляков из Москвы и выбрали временное правительство России из трех лиц: казацких вождей — князя Трубецкого и атамана Заруцкого, и дворянского предводителя Прокофия Ляпунова. Дворянское ополчение стояло около Москвы. Когда Ляпунов озлобил своих союзников казаков, дворянский лагерь не смог защитить своего предводителя и без труда был разогнан казачьими саблями.
Казаки были для земской дворянской рати страшнее самих поляков, и на предложение атаманов их руководители отвечали: “Отнюдь нам вместе с казаками не стаивать”. Но скоро стало видно, что без поддержки казаков ничего не сделать, и три
месяца стоянки под Москвой дворянское ополчение стояло без действия. В рати князя Пожарского числилось более сорока начальных людей - все с родовитыми служилыми именами, но только два человека сделали крупные дела, да и те были не служивые люди: это — монах А.Палицин и мясной торговец К.Минин. Монах по просьбе Пожарского в решительную минуту уговорил казаков поддержать дворян, а Минин с отрядом сделал удачное нападение на гетмана Хоткевича, который прорывался к Кремлю со съестными припасами для голодающих поляков. Казаки же взяли приступом Китай-город, в то время как земское ополчение не решилось штурмовать Кремль. Казацкие атаманы, а не московские воеводы отбили от Волоколамска войска короля Сигизмунда и принудили его вернуться в Польшу. Дворянское ополчение здесь еще раз показало свою малопригодность делу, которое было его сословным ремеслом и государственной обязанностью.
Вожди казацкого и земского воинства разослали по всем городам повестки, призывающие в столицу духовенство и выбранных людей из всех чинов для земского совета. В начале 1613 года в Москву стали съезжаться выборные всей земли Русской. Вопрос, поставленный на Соборе, выбирать ли царя из иноземных королевских домов — польского или шведского королевичей или иных немецких вер, получил отрицательное решение. В деле царского избрания казаки заявили себя патриотами, выдвигая своих кандидатов: малолетнего Ивана, сына Лжедмитрия-2 и Михаила Романова, отец которого Филарет был ставленник самозванцев. Филарет получил сан митрополита от первого и провозглашен патриархом в подмосковном лагере вторым самозванцем. Казачество, естественно, хотело видеть на московском престоле или сына своего тушинского царя или сына своего тушинского патриарха. В самый разгар борьбы партий из рядов выборных вышел донской атаман и положил писание. “Какое это писание ты подал, атаман?” спросил его князь Д.М.Пожарский. “О природном царе Михаиле Федоровиче”, — ответил атаман. Этот атаман будто бы и решил дело: “прочетше писание атаманское и бысть у всех согласен и единомыслен совет”, — так пишет один бытописатель. Михаила провозгласили царем.