Уже упомянутый нами «клиент» «А31-Бе» добывал для «Следственного комитета» сведения об обязательствах предприятия «Агфа-Вольфен» на поставку своей продукции в Советский Союз.
В записи информации другого «клиента» говорится об экспортных соглашениях на поставку «Полезиус» (город Дессау):
«Машиностроительный завод «Полезиус» (город Дессау) подчинен непосредственно главному управлению химии и керамики министерства машиностроения. На заводе работают 3600 человек.
В 1953 году Советскому Союзу для семи цементных заводов поставлено оборудование общей стоимостью в 40 миллионов марок…
В этом году оборудование для двух цементных заводов будет поставлено Китаю. -
В СССР должны быть еще отправлены: прокатный стан для изготовления алюминиевой и медной проволоки, а также девять корабельных вертикальноводотрубных котлов и тележки для саморазгружающихся вагонов.
Получен особый заказ на изготовление для Советского Союза шестнадцати мощных трансформаторов». Шпионские сведения в области экономики резидент
Г.Маттес каждую неделю направляет американской секретной службе. В зависимости от объема и ценности информации Маттесу выплачиваются различные денежные суммы на содержание шпионского аппарата «Следственного комитета». Из западноберлинского центра американской секретной службы эта информация поступает в соответствующий орган Центрального разведывательного управления США. Там добытые сведения обобщаются и используются для организации диверсий или же направляются американским монополиям, на чьи деньги в конечном счете содержатся шпионские, диверсионные и террористические организации. В штабах монополий составляются указания, какие надо провести мероприятия, направленные в первую очередь на подрыв торговли стран социалистического лагеря с партнерами из капиталистических государств.
Но «Следственный комитет» передает информацию о народном хозяйстве ГДР не только американским органам. Ею все больше и больше интересуется западногерманский империализм. И шпионские сведения регулярно направляются боннскому министерству по «общегерманским вопросам». Это ответная услуга за ежемесячные субсидии из средств западногерманских налогоплательщиков, которые «министерство шпионажа» выплачивает «свободным юристам». Кроме того, некоторые шпионские сведения, касающиеся экономики, «свободные юристы» посылают непосредственно «исследовательскому совету» «министерства шпионажа». Члены этого псевдонаучного «совета» вот уже несколько лет корпят над разработкой порядка передачи народных предприятий западногерманским монополистам после планируемого захвата ГДР боннскими реваншистами. Это также одна из причин, объясняющих, почему представители монополистического капитала и их прислужники с таким рвением собирают подробные сведения о народных предприятиях ГДР, их оборудовании и продукции.
Политический шпионаж
Солидное место в преступной деятельности «Следственного комитета свободных юристов» занимает политический шпионаж. Под ним прежде всего подразумевается сбор подробной информации о личном составе административно-хозяйственных органов ГДР^ их деятельности и о событиях внутренней жизни политических партий и общественных организаций.
Сбор сведений подобного рода «Следственный комитет» пытается замаскировать «регистрацией актов несправедливости», якобы совершаемых властями ГДР. Но стоит вспомнить речь Эрдмана, произнесенную по случаю пятой годовщины основания «Следственного комитета», как сразу убеждаешься, что в ней завуалированно говорится о сборе секретных сведений политического характера и деятельности государственных и хозяйственных учреждений.
Всем резидентам — официальным сотрудникам «Следственного комитета» — несколько лет назад был роздан ««опросник», предусматривающий порядок и содержание бесед с «клиентами». Комитет интересовали следующие лица: председатели районных советов, бургомистры, ответственные работники окружных советов и почтовых отделений, руководящие работники управления железных дорог и финансовых органов, сотрудники органов юстиции, адвокаты, нотариусы, налоговые инспекторы, военнослужащие, лесничие, члены правлений сельскохозяйственных кооперативов, директоры народных имений и МТС, а также все другие ответственные работники сельского и лесного хозяйства, врачи, персонал больниц и поликлиник, сотрудники органов здравоохранения и социального обеспечения, учителя, служащие, инженерно-технические работники, рабочие народных предприятий, ремесленники, парикмахеры, владельцы ресторанов, торговцы и в первую очередь партийные работники и сотрудники массовых политических организаций. «Клиент» должен сообщить все, что он знал о вышеперечисленных лицах: фамилию, имя, специальность, адрес, место работы и т. п. Резиденты особенно интересовались их политическими взглядами, наклонностями и моральными качествами.
Нет необходимости доказывать, что подобная слежка не имеет ничего общего с «регистрацией актов несправедливости». Служебное положение или профессия — вот что побуждает их интересоваться тем или иным гражданином ГДР.
Так, 23 мая 1955 года сотрудники «Следственного комитета свободных юристов» изъяли у служащего Пауля Коллинга, бежавшего из ГДР в Западный Берлин, подробный список и характеристики на руководящих работников Кетенского районного совета, в том числе на председателя совета, его заместителей, секретаря и заведующих отделами.
Хильду Гольц, бежавшую из ГДР, заставили написать для «Следственного комитета» служебные характеристики на работников городского совета Галле-на-Заале. Она сообщила данные о председателе окружного совета и об ответственных работниках отдела народного образования совета. Кроме того, Гольц составила характеристики на работников отделения профсоюза учителей и воспитателей в Галле-на-Заале.
«Следственный комитет» требует от своих агентов, еще не выявленных органами госбезопасности ГДР, регулярно представлять сообщения об изменениях в личном составе государственных органов и предприятий.
Агент Карл Готвальд обязался сообщать «Следственному комитету» о всех изменениях в расстановке кадров финансовых органов ГДР. Запись беседы с ним от 31 марта 1953 года в какой-то степени характеризует его шпионскую деятельность.
«Список клиентов Дата 31.3.53
Заметки о личности и просьбах клиента:
«Карл Готвальд» (—3836/51) во время продолжительной встречи в городе передал:
а) штатное расписание налогового управления министерства финансов ГДР;
б) рабочий план налогового управления;
в) систематический указатель общин ГДР по состоянию на январь 1953 года;
г) регистр управления за 1952 год с приложением I, II, III;
д) регистр управления за 1951 год (наш сотрудник должен доставить к нему продолжение);
е) памятку для сотрудников государственных органов ГДР (выпуск 3 серии «Демократическое строительство»);
ж) хозрасчет и система договоров проф. Бегельзака, юрисконсульта министерства финансов ГДР;
з) распоряжение о взимании налогов с трудового дохода (специальное издание);
и) директивы 1950 года с дополнением 1952 года (специальное издание);
к) законы о налогах с оборота (специальное издание)».
Ярким примером того, что «свободные юристы» систематически ведут слежку за сотрудниками некоторых учреждений и служб ГДР, является дело учителя Затлова, бежавшего из Германской Демократической Республики в Западный Берлин. 25 мая 1955 года Затлов посетил «Следственный комитет». И хотя он не смог сообщить никаких данных, «подлежащих реализации», компетентный сотрудник «Следственного комитета» предложил ему составить список служащих управления средними школами в Лейпциге. Вот выдержка из «списка клиентов», где говорится о Затлове: «25.5.55 Ф 11 Доктор Затлов. Беженец из Лейпцига. Старший учитель. Не смог сообщить никаких данных, подлежащих реализации.
Передаст комитету список учителей и сотрудников управления средних школ». Агенту Рудольфу Клемту, служащему отделения немецкого эмиссионного банка, проживающему в Потсдаме, было дано задание составить список всех известных ему служащих правового отдела банка, а также других его товарищей по работе и дать им характеристики. Клемт показал на суде следующее: