Екатерина II воспиталась на французской энциклопедической литературе. Она находилась в переписке с Вольтером, приглашала в воспитатели к Павлу Петровичу Д'Аламбера, ее посетил и пробыл в гостях около 5 месяцев Дидро. Библиотеку его Екатерина приобрела с условием, чтобы книги были перевезены в Петербург только после смерти Дидро. Деятельную переписку поддерживала Екатерина II с Гриммом. Она избрала также впоследствии в воспитатели своим внукам женевца Лагарпа, всецело проникнутого идеями той же энциклопедической французской философии.
![Отечественная война и русское общество, 1812-1912. Том I i_037.jpg](https://litlife.club/books/237143/read/images/i_037.jpg)
Н. И. Новиков (грав. Осипова)
С энциклопедистами имела сношение не одна императрица. Просвещенный русский посланник во Франции кн. Д. А. Голицын был другом Дидро и Гельвеция. В 1770 г. кн. Дашкова посетила Париж и много времени провела с Дидро. С ним переписывался И. И. Бецкий, игравший при Екатерине роль в роде министра народного просвещения. И. И. Шувалов и кн. Юсупов посещали Вольтера. С ним переписывался гр. Л. Р. Воронцов. Ему сделал визит гр. К. Г. Разумовский в бытность свою в Страсбурге. На поклон к Вольтеру барон Гримм возил сыновей фельдмаршала П. А. Румянцева — Николая и Сергея. Гр. Г. Г. Орлов приглашал Руссо в свое поместье.
Такое внимание к энциклопедистам, естественно, способствовало распространению их идей и сочинений. Сама Екатерина признается, что она в своем «Наказе» Большой Комиссии 1767 г. «обобрала» Монтескье. Благодаря «Наказу» в русское общество было пущено много новых идей государственного и общественного характера. Воспитатель вел. кн. Павла Петровича Порошин обращал внимание своего воспитанника на сочинения Монтескье и Гельвеция и читал с ним похвальную речь Монтескье Д'Аламбера. Сочинения Вольтера быстро расходились в русской публике, в подлиннике и в переводах. Некоторые переводы не были напечатаны, а просто переписывались и, таким образом, получали распространение. Особенной популярностью пользовались Кандид и Pucelle. За десятилетие с 1780 по 1790 год насчитывалось до 140 их переводов. Вольтер был некогда идолом русской публики. Другие писатели были менее популярны. Но вообще все французские книги имели широкий доступ в русскую публику. Они охотнее всего переводились на русский язык. За этот промежуток вышло 6 переводов с английского, 7 — с итальянского, 107 — с немецкого, с французского же было переведено 350.
![Отечественная война и русское общество, 1812-1912. Том I i_038.jpg](https://litlife.club/books/237143/read/images/i_038.jpg)
Чтение у Дидро (Мейссонье)
Французское влияние сказывалось теперь очень серьезно на многих сторонах государственной и общественной жизни. Н. И. Костомаров думает даже, что идея освобождения крепостных пришла к нам из Франции. Когда Вольно-экономическое общество поставило в 1766 году на разрешение вопрос о собственности крестьян, в числе приславших ответ были французы Беарде де-Лабей, Вольтер, Мармонтель и Граслен. Последний прислал сочинение, самое замечательное по идеям, в котором отрицал за помещиками не только право на владение крестьянами, но даже землею. Под влиянием французской литературы высказывали свои взгляды на крестьянский вопрос кн. Д. А. Голицын и кн. Дашкова, не всегда, правда, благоприятные для крестьянства. На французской литературе воспитался и А. Н. Радищев.
![Отечественная война и русское общество, 1812-1912. Том I i_039.jpg](https://litlife.club/books/237143/read/images/i_039.jpg)
Гр. С. В. Воронцов (портр. Ромней)
В деле воспитания при Екатерине II французские теории, особенно теории Руссо и физиократов, оказали большое влияние. Проводником этого влияния явился И. И. Бецкий. Для воспитания матерей был основан Екатериной Смольный институт, по образцу подобного же учреждения в Сен-Сире во Франции. На иностранные языки, в особенности на французский, было обращено особое внимание. Многие из русских предпочитали употреблять французский язык в разговоре, частной и даже деловой переписке.
Во вторую половину царствования Екатерины II влияние Монтескье и Вольтера в русском обществе сменилось более радикальным влиянием Руссо, Мабли, Рэйналя. Русская молодежь посещает заграничные университеты и там усваивает их идеи.
Таким образом, к концу царствования Екатерины II французское влияние в России настолько окрепло, что великие события во Франции, начиная с 1789 года, находили естественный отзвук и в России, живо чувствовались здесь и не могли, конечно, пройти без следа для дальнейшего развития русского общества.
Ник. Василенко.
![Отечественная война и русское общество, 1812-1912. Том I i_040.jpg](https://litlife.club/books/237143/read/images/i_040.jpg)
Руссо. Монтексье.
III. Екатерина и Франция
В. Н. Бочкарева
Через все царствование Екатерины красною нитью проходит резко выраженная двойственность отношений между Россией и Францией.
В то время как между русским правительством и официальной Францией имели место натянутые или даже вполне враждебные отношения, французское общественное мнение широкой волной проникало в русское общество и создавало в нем не мало сторонников тех передовых идей, которыми была полна просветительная литература и публицистика второй половины XVIII века. Когда же рост либеральных идей привел к крушению старого порядка, официальная Россия выступила на защиту французского абсолютизма и королевского правительства, а русское общественное мнение в лице образованной части тогдашнего дворянства, испугавшись грозного призрака социальной революции, протянуло дружескую руку эмигрантам и реакции.
![Отечественная война и русское общество, 1812-1912. Том I i_041.jpg](https://litlife.club/books/237143/read/images/i_041.jpg)
Императрица Екатерина II. (Из собрания кн. Васильчикова в Историческом музее. Тип Эриксена-Рот.) «On dit, que cela ressemble» — сообщается по поводу этого портрета в письме к матери Екатерины 1773 г.
Центральное место в истории этих франко-русских отношений второй половины XVIII в. бесспорно занимает сама императрица Екатерина. Ее положение при этом отличалось большим своеобразием. До 1789 г. она постоянно в переписке с корифеями французской литературы, из которых многие считались ее личными друзьями. В разгар же революционных событий Екатерине говорили, что страшный кризис во Франции был подготовлен именно этой просветительной литературой, и русская императрица на склоне своих дней открыто выступает на защиту Людовика XVI и партии роялистов. До революции «Наказ» Екатерины не был допущен в пределах Франции королевской цензурой, а после 1789 года французская литература признавалась крайне опасной русским правительством и цензурой императрицы Екатерины.
![Отечественная война и русское общество, 1812-1912. Том I i_042.jpg](https://litlife.club/books/237143/read/images/i_042.jpg)
Монтескье (портрет С. Обена)
Среди шума и развлечений придворной жизни Екатерина, еще в бытность великой княгиней, чувствуя себя вполне одинокой, любила проводить все свое свободное время за чтением. Не даром граф Гилленборг, видевший Екатерину в 1745 году, назвал ее «философом в 15 лет». Она питала свой ум серьезным чтением, выбирая книги из присылаемых ей академических каталогов. С 1751 года начинает выходить «Энциклопедия» Дидро и Д'Аламбера, с которой Екатерина не расстается уже до самого конца своих дней. Когда французское правительство начало ставить ряд преград для продолжения издания «Энциклопедии» в Париже, Екатерина 6 июля 1762 г., через 9 дней после своего вступления на престол, предлагает Дидро для ее окончания переехать в Петербург. На практический ум Екатерины «Энциклопедия» произвела большое впечатление. Она читала ее, держала постоянно под рукой и никогда не расставалась с нею, то заимствуя из нее общие начала для своих преобразовательных планов, то выбирая сюжеты для театральных пьес, то отыскивая смысл слов, то проверяя отдельные выражения.
Если тяжелые семейные условия закаляли характер Екатерины, то серьезное чтение расширяло ее кругозор, образовывало и дисциплинировало ее пытливый ум. Близкое знакомство с философскими произведениями XVIII в. обогатило Екатерину такой политической зрелостью, которую она никогда бы не могла приобрести одним только опытом. В одном из писем к доктору Циммерману от 29 января 1788 года она так определяет свой философский и политический образ мыслей: «Я любила философию, любя сердечно добродетели республиканские, которые кажутся несогласными с моею неограниченною властью». До своего вступления на престол Екатерина, по словам ее биографа, читала философские и политические сочинения единственно для собственного развлечения, для просвещения своего ума; позже, став императрицей, она вошла в непосредственные сношения с философами, имея в виду их влияние на европейское общественное мнение, желая привлечь их на служение своим целям. В ее переписке с выдающимися представителями просветительной литературы виден свободный мыслитель и гуманист и в то же время человек вполне практический, у которого личный интерес возведен как бы в философский принцип. Русская императрица так умно и ловко поставила себя по отношению к французским философам и публицистам, что они являлись добровольными и горячими защитниками почти всех ее предприятий. Даже в польском вопросе корифеи европейской философской мысли были на стороне Екатерины. Польских конфедератов они называли «сволочью», а в русской императрице видели чуть ли не «апостола веротерпимости» и «пионера цивилизации» по отношению к Польше.