В этот момент меня окликнула Джейн. Пока я так размышлял, она уже забралась на него. Крышка люка была откинута, и она скользнула вниз. Через какое-то время выбралась оттуда со словами:
— Там ничего нет. — И добавила: — Не хмурься.
Но я и в самом деле начал хмуриться. Был здесь какой-то секрет: на ферме ли, здесь ли, в этой пещере. И это из-за него нас чуть не убили. Что это, где спрятано, как догадаться о нем — сплошная загадка.
И все же, стоя в этой пещере возле древнего танка, освещенного светом парафиновой лампы, я чувствовал, что тайна где-то здесь, близко. Знаете такую детскую игру «холодно — горячо»? Так вот сейчас я чувствовал — «тепло».
— Ты не будешь против, если я залезу туда еще раз? — спросил я Джейн и, взяв у Билли фонарь, скользнул внутрь танка, прежде чем Джейн успела ответить.
И забравшись внутрь, поразился: пролезть туда было не так-то легко, хотя я худощав, да и внутри оказалось очень тесно. Полагаю, те из нас, кто никогда сам не бывал в танке, а лишь видел его на экране, вряд ли знают, что в кино весь внутренний интерьер снимается в павильоне. Теперь я один заполнил этот танк, и уж прямо не знаю, как эти Шерманы полагали запихнуть сюда пятерых.
Осветив фонарем пространство вокруг себя, я поискал потайные места, но ничего не нашел. Пошарил рукой под двумя сиденьями, там тоже ничего не было. Но я почему-то не спешил вылезать.
— Джон!
— Да? — Я посмотрел наверх: Джейн свесила голову в открытый люк.
— В руководстве по управлению танком написано, что в нем есть какой-то встроенный ящик. Позади тебя, чуть левее, да, здесь. Там должна быть крышка. Может быть, там, внутри?..
Я едва не вывернул себе плечо. Крышка была на петлях, тяжелая и поддающаяся с явной неохотой, а под рукой не оказалось ничего; что можно было бы использовать как рычаг. Но когда Джейн сказала: «Вылезай, я попробую сама», — мои силы мгновенно удвоились. Крышка крякнула и открылась. Направив фонарик, я осветил... коллекцию болтов и гаечных ключей, которые наполовину скрывали что-то, что я не мог разглядеть.
— Что там? — в нетерпении крикнула Джейн. — Давай сюда!
Джейн протянула ко мне руки, и я, передав ей какое-то непонятное устройство, стал карабкаться наружу, поддерживая находку. Я не испытывал ничего, кроме разве охотничьего азарта, правда, с примесью легкого разочарования.
— Ну? — спрыгнул я вниз.
Джейн положила эту вещь на скамейку.
— Похоже на агрегат для изготовления моделей, — сказала она. — Может быть, Старый Человек Грин конструировал игрушечные паровозики?
— Странное место для работы нашел он.
— Да, довольно необычное.
— Что же он здесь изготавливал?
— Ну, по крайней мере, не запасные части для танка.
— Но для чего-то этот прибор ему понадобился. Давай заберем его с собой.
— Зачем? — недоуменно спросила Джейн. — Это просто маленький токарный станок. Ты можешь найти себе и получше.
— И все-таки... я что-то чувствую! — Моя рука сделала замысловатый неопределенный жест.
— О, знаменитая мужская интуиция! — насмешливо произнесла Джейн. — Ты уверен, что тебе нужен этот прибор?
Мы вынесли его из пещеры и поставили в «тойоту». Всю обратную дорогу Джейн в основном рассуждала о том, что Старый Человек Грин мог делать на этом станке. Джейн не имела представления о мини-машиностроении, как, впрочем, и я.
— Билли, ты не видел, мистер Грин работал в пещере? — спросил я.
В ответ покачивание головой:
— Не знаю, я не ходил туда.
— Но сегодня же ты ходил... — начала было Джейн.
— Нет, — уточнил я. — Сегодня он только стоял у входа.
— Почему? — недоумевала Джейн.
Билли снова покачал головой, а я предположил:
— Возможно, это священное для аборигенов место. Верно, Билли?
Тот согласно кивнул, а Джейн поинтересовалась:
— Какое? Почему?
Билли покачал головой.
— Не спрашивай, — попросил я. — Не наше это дело — интересоваться их священными тайнами.
— Извини.
— Она невежественная англичанка, Билли. Ты должен простить ее. Со временем она научится.
Билли улыбнулся. Некоторое время мы ехали молча, а потом Билли, сопровождая свою речь характерными для него жестами, нередко заменяющими слова, начал говорить, и, по-моему, даже слишком речисто.
— Мистер Грин, — сказал Билли, — работал там много раз. Много раз. Он приходил на целый день, потом на другой день.
— Что он здесь делал? Какие-то вещи?
Билли пожал плечами, потом улыбнулся:
— Делал шум. Курил сигары и делал шум.
— Какой это был шум?
Билли издал звук на высоких тонах:
— И-и-и-и-и-и.
— Токарный станок, — догадалась Джейн.
— Ты помнишь еще что-нибудь про мистера Грина?
Билли кивнул.
— Ходил прогуляться, — сказал Билли.
У меня возникает иногда опасение, что в моем изображении Билли Одна Шляпа выглядит просто законченным идиотом. Но можно не сомневаться, с его разумом все в порядке. То, что ему надо делать, или то, что он хочет делать. Билли делает так же, как и все остальные: скажем, мастерски водит машину. Но в числе того, чего он делать не желает, — чрезмерная разговорчивость. По крайней мере, так может показаться белому человеку. Насколько я знал, соплеменники зовут его Билли Болтун. Необходимо помнить, что аборигены являются представителями такой древней культуры, которая существовала задолго до того, как Моисей спустился с горы. Им нравится такая жизнь, и они не желают ее менять. То, что мы принуждаем их измениться, свидетельствует не в нашу пользу.
— Мистер Грин часто прогуливался?
— После сезона дождей.
— Как долго длится этот сезон?
Билли пожал плечами:
— Три-четыре недели.
— Каждый год? — уточнила Джейн.
Билли утвердительно кивнул.
— Ты ходил вместе с ним на эти прогулки?
— Прогуливался один.
— Он ходил пешком или ездил на машине?
— Верблюд, — уточнил Билли. — Мул, лошадь.
Джейн занималась приготовлением салата на ленч, когда послышался звук приближающегося самолета. Он не из наших любимых! Я настороженно выглянул, чтобы посмотреть, кто это, прежде чем этот кто-то на самолете без опознавательных знаков заметит наш автомобиль и очень удивится. Но это оказался Стейнби, которого мы ожидали только завтра. Я спрятал пулемет в своей спальне и сказал Билли, чтобы тот забрал его и спрятал, когда мы улетим. Мне не хотелось, чтобы Стейнби увидел пулемет, поскольку если я встречал старого сплетника, то это был именно Стейнби, а я вовсе не желал, чтобы наш пулемет оказался когда-нибудь в руках незваных визитеров.
— Здравствуйте, — произнес Стейнби извиняющимся тоном. — Филлер хочет, чтобы завтра я отвез его в Брум, оттуда в Хедленд, потом в Том-Прайс, после чего в Маунт-Магнет, а затем в Перт. Я вернусь обратно через пять дней, целых пять дней. Куча денег, представляете себе? Поэтому прилетел раньше и подумал: может, мы сумеем сговориться? Хочу сказать, все будет честно — вы меньше заплатите мне за рейс. Идет?
— Если мы улетим сегодня?
Стейнби явно уловил в моем голосе больше радости, нежели огорчения.
— По рукам?
— Ну? — Я посмотрел на Джейн.
— Помнится, это я оплачивала рейс, — сказала она.
— Совершенно верно, — торопливо согласился я. — На вашем месте, мистер Стейнби, я бы спросил мисс Стратт.
— Прошу прощения, леди, — извинился Стейнби, — но вы слышали о моем предложении, не так ли?
— Вы разговаривали с ним, — холодно заметила Джейн.
— Я думал, что он...
— Нет.
— И правильно.
— Что вы себе позволяете?..
Джейн снова на глазах превратилась в самоуверенного капитана Стратт. Я забавлялся, слушая их разговор, и с трудом сдерживал улыбку. Очаровательно, не правда ли?
Но ей не удалось сбить с толку Стейнби.
— Послушайте, милая, — подлизывался Стейнби. — Разве деньги бывают лишними? Как насчет того, чтобы снизить цену на пятьдесят баксов?