Аманда снова посмотрела на часы. Ее, как и Уилла, выводила из себя манера судмедэкспертов пользоваться специфическим языком с бесконечными «возможно» и «скорее всего». Им нужна была твердая уверенность, а не предположения.
— Надеюсь, на этом мы покидаем область предположений и вступаем в царство точной науки? — спросила она.
— Да, мэм, — ответил Чарли. — Как я уже говорил, группы крови облегчают задачу. Вот здесь Кайлу избили и ударили ножом. Об этом говорят следы на стене. — Он кивнул на полосы темной крови. — Убийца был в исступлении. Возможно, его привела в ярость необходимость гнаться за ней. Либо он застал ее с другим мужчиной. Возможно, с Адамом.
— Как долго могло длиться это нападение? — спросил Уилл.
Чарли посмотрел на стены, на испачканный пол.
— От сорока до пятидесяти секунд. Возможно, целую минуту или даже две, если имело место изнасилование.
— Есть тут что-нибудь, указывающее на то, что его пытались остановить?
Чарли почесал подбородок, изучая следы крови.
— Вообще-то, нет. Видите эти абсолютно одинаковые дуги? Если бы его прерывали или кто-то пытался бы помешать ему замахнуться, было бы больше разнообразия. А это выглядит ужасно систематично, как если бы удары наносила машина.
— Коронер говорит, что Кайлу ударили ножом раз двадцать, не меньше, — вставил Уилл.
Чарли перешел к следам ног на полу.
— После того как она умерла, тут происходила какая-то бурная деятельность. Из двух пар отпечатков следует, что два человека, один из них в обуви, подошвы которой соответствуют кроссовкам Адама, ходили тут взад-вперед.
— Вы видите следы борьбы?
Чарли пожал плечами.
— Из-за ковра трудно сказать, что именно они делали. На более гладкой поверхности я мог бы сказать, на какую ногу был перенесен вес тела, потерял ли кто-то равновесие или бросился вперед, на своего противника.
— Ваше наиболее вероятное предположение? — поинтересовалась Аманда.
— Ну… — Чарли снова пожал плечами. — С учетом всех обстоятельств похоже на то, что борьба здесь все же была. Что я могу сказать совершенно определенно, так это то, что в какой-то момент Адам опустился на колени возле тела. Его джинсы и носки кроссовок испачканы кровью. Я полагаю, что он протянул руку… — Чарли вытянул руку, почти касаясь отпечатка ладони на стене, — и оперся о стену, чтобы приложить ухо к груди Кайлы.
— Почему ты так думаешь? — остановил его Уилл.
— У него мелкие брызги резус-отрицательной крови второй группы вот здесь. — Чарли указал на свое ухо. — Такие же брызги резус-отрицательной крови, но только четвертой группы мы видим у Кайлы на животе. Ты сам мне на них указал. Я склоняюсь к такому же выводу, что и ты: склонившись над девушкой, он вытащил нож из своей груди. Вообще-то, на орудии убийства имеется кровь обеих групп.
— Как насчет отпечатков пальцев?
— На ноже отпечатки только одного человека. Мы можем предположить, что они принадлежат Адаму, но сказать наверняка смогут только в лаборатории. На рукоятке ножа также имеются следы, сходные с теми, что оставляют руки в латексных перчатках.
Аманда обернулась к Уиллу.
— Добавьте перчатки к тому факту, что он явился сюда с ножом, и мы получаем умышленное убийство.
Уилл не стал напоминать ей, что, прежде чем предъявить убийце обвинение, его надо сначала найти.
— Что это за отпечаток ноги на первом этаже?
— А вот тут все становится еще интереснее, — начал Чарли. — Резус-позитивная кровь четвертой группы…
— Отличная от крови двух жертв, — вмешалась Аманда.
— Вот именно, — подтвердил Чарли. — Мы нашли несколько капель на лестнице и парочку здесь. Я думаю, что, кому бы ни принадлежала эта кровь, этот человек был без сознания. Как предположил Уилл, а затем и я, девушку отнесли вниз. Либо похитителю внизу пришлось остановиться, чтобы перехватить ее поудобнее, либо она пришла в себя и начала сопротивляться. Каким-то образом в этом единственном месте ее нога коснулась пола.
Уилл обернулся к Аманде.
— Я попросил Чарли пройтись люменолом по всему дому, сверху донизу. Я хочу знать, где находилась Эмма Кампано, когда ее подруга подверглась нападению.
— Похоже, она лежала где-то без сознания.
— Во всяком случае, не здесь, — вставил Чарли. — Разумеется, если верить тому, о чем говорят следы крови.
— Сегодня мы допустили много ошибок, — покачал головой Уилл. — Я должен быть уверен в том, что след ноги на первом этаже принадлежит Эмме Кампано. У нее в шкафу гора туфель. Может, там найдется скрытый отпечаток, который удастся проявить?
— Ничего обещать не могу, но постараюсь.
— Вы где-нибудь здесь обнаружили сперму? — спросила Аманда.
— Нет.
— Но вы нашли ее во влагалище Кайлы Александр и на ее теле?
— Да.
— Мне нужен срочный сравнительный анализ этой спермы с ДНК Адама Хамфри и Пола Кампано. Загляните в ванную комнату в спальне родителей. Возможно, вы сможете найти там волосы или другие ткани, принадлежащие отцу. — Она взглянула на Уилла, словно ожидая его возражений. — Я хочу знать, с кем у этой девушки был секс. Неважно, добровольный или принудительный.
Не дожидаясь ответа, она повернулась и зашагала прочь, бросив через плечо короткое: «Уилл?»
Он прошел вслед за Амандой по коридору и, спустившись по задней лестнице, оказался в кухне, где тут же попытался перейти в наступление.
— Почему вы не сказали, что мать Фейт Митчелл была частью моего расследования?
— Я думала, ваш яркий детективный дар поможет установить связь между их фамилиями.
Она была права, но прошло довольно много времени с тех пор, как Уилл в последний раз думал об Эвелин Митчелл.
— Митчелл — распространенная фамилия.
— Я рада, что мы уладили этот вопрос. — Аманда наконец нашла то, что искала. Она взяла кухонный нож и посмотрела на серебряную пчелу на рукояти. — Лагиоль. Ницца.
— Аманда…
Она положила нож обратно в ящик.
— В этом расследовании вашим напарником будет Фейт. Мы предостаточно разозлили в этом году департамент полиции Атланты. Не хватало еще отнять у них очередное громкое дело. И вы скорее будете работать с козой, чем с Лео Доннелли.
— Я не хочу с ней работать.
— Я не хочу ничего слышать! — отрезала Аманда. — Уилл, я поручаю вам особо важное дело. Вам уже тридцать шесть лет. Вы никогда не продвинетесь по карьерной лестнице, если…
— Мы оба знаем, что я в любом случае никуда не продвинусь. — Он не стал дожидаться ее возражений. — Я никогда не буду делать презентации по программе «ПаурПойнт» или стоять у доски, заполняя таблицу хронологии происшествий.
Аманда поджала губы, не сводя с него глаз. Уилл не понимал, почему промелькнувшее в них разочарование так сильно его задело. Насколько ему было известно, у Аманды не было ни детей, ни вообще каких-либо родственников. Она иногда надевала обручальное кольцо, но оно выглядело скорее украшением, чем заявлением. В сущности, она была такой же круглой сиротой, как и он. Иногда она напоминала ему пассивно-агрессивную мать, которой у него никогда не было. И тогда Уилла охватывала радость за то, что он вырос в детском доме.
— Сейчас на доске пишут маркерами, — наконец произнесла она. — Не то, что раньше, когда руки были в мелу.
— Правда? Тогда я согласен.
Она грустно улыбнулась.
— Откуда вы знаете Пола Кампано?
— Я знал его, когда мне было десять лет. Мы не ладили.
— И по этой причине он не желает с вами разговаривать?
— Возможно, — согласился Уилл. — И все же я думаю, что факт нашего знакомства может мне помочь.
— Хойт Бентли объявил награду в пятьдесят тысяч долларов за информацию, которая приведет к благополучному возвращению его внучки домой. Он хотел предложить полмиллиона, но мне удалось убедить его снизить планку.
Уилл ей не завидовал. Люди, подобные Бентли, привыкли к тому, что им удается откупиться от чего угодно. Более щедрое вознаграждение могло обернуться пагубными последствиями, включая переполох среди психов города.