Феномен реинкарнации все больше начинает привлекать внимание не только философов, биологов, но и клиницистов с вполне здравым смыслом. Что же это за феномен?
На рис. 1 представлена диаграмма жизненного цикла биологической системы. В качестве гипотезы выдвигается предположение, что после смерти — своеобразного «фазового перехода» жизнь биологической системы переходит в иную фазу существования, из которой возможен обратный переход в новый цикл биологического существования через механизм реинкарнации.
![Человек в экстремальной ситуации i_006.png](https://litlife.club/books/235594/read/images/i_006.png)
Рис. 1. Диаграмма жизненного цикла: 1 — фаза жизни; 2 — фаза деструкции; 3 — фаза умирания
Разумеется, вышесказанное — лишь одна из гипотез «продолжения жизни после жизни». Но, возвращаясь к фактам, описанным доктором Моуди, мы вынуждены признать, что с позиций парадигмы современной науки не существует вразумительного объяснения феноменам, происходившим с людьми, пережившими состояние клинической смерти. Документированный опрос людей, переживших клиническую смерть и реанимированных, после появления книги Моуди проводился во многих странах и надо признать, что статистика и факты, описанные в серьезных научных отчетах, заставляют клиницистов, реаниматологов, биологов и психологов, занимающихся разработкой проблемы дизъюнкции жизнь — смерть, а также исследованием феномена реинкарнации, искать новые подходы к этим проблемам не только в биологических механизмах, но и в существе организации материи и основ Мироздания, причем привлекая самые современные гипотезы, теории и представления квантовой физики, теории поля, астрофизики, теории суперструн и параллельных пространств.
И это вполне оправдано, поскольку наши представления о существе жизни уходят к истокам возникновения Вселенной, Мироздания, пространства и времени. В этих представлениях неизбежно вырисовывается и феномен смерти, как естественного механизма прекращения жизни в той ее ипостаси, которая изначально определена для всех, живущих на Земле.
Выше мы уже отмечали, что феномен смерти, являясь неизбежным для биологических систем, определенным образом вписывается в структуру феномена естественной деструкции любых сложных систем (в том числе и небиологического происхождения) вследствие стремления энтропии к возрастанию и в пределе — к бесконечности.
Но деструкция биологических систем и, как следствие — смерть, может происходить и вследствие внешних, искусственных сил и воздействий.
Таким образом, у смерти существуют как внутренние, так и внешние причины. Причем, соотношение этих двух факторов не поддается статистическому анализу, хотя даже на примере социума существует довольно четкое распределение причин естественной и искусственно вызванной смерти.
Смерть от внутренних причин вызвана ходом естественных биологических процессов развития, зрелости, старения и деструкции жизненно важных органов и систем организма. Собственно, процесс старения организма является следствием деструктивных процессов, происходящих на уровне клеток. Для каждого специфического вида клеток организма есть свой предел числа делений в митозе. Пройдя этот предел клетка просто исчерпывает свои жизненные силы и умирает.
Но, если известен механизм, ограничивающий число делений клеток в митозе (биологические часы в геноме), то может быть можно изменить ход этих часов, искусственно продлевая число делений и тем самым увеличивая продолжительность жизни клетки, ткани, органа, всей системы.
Оказывается можно. Известно, что лососевые рыбы не живут более 3 лет и отнерестившись, погибают отнюдь не из-за истощения. Эндокринные железы (надпочечники), увеличивая свою активность по мере приближения нереста, включают механизм запрограммированной смерти и рыба погибает, что называется «в расцвете лет». Если же искусственно удалить у рыбы эндокринные железы, особь может жить до 9 лет и более.
Разумеется, у человека механизм программирования длительности жизни иной, чем у рыб, но он существует, а раз так, то можно не считать безнадежными попытки найти ключ к управлению этим механизмом, т. е. если и не победить смерть в ее существе, то хотя бы отодвинуть. И здесь с неизбежностью встает другой вопрос: а вправе ли мы вмешиваться в то, что отшлифовано Природой в течение миллионов лет? Этот вопрос по существу очень близок к вопросу о правомочности клонирования или эвтаназии — искусственным прерыванием жизни безнадежного больного, чтобы прекратить его мучения (с согласия на эту процедуру самого больного).
Клонирование — тоже искусственное вмешательство в «кухню природы». Но оно же открывает и широкие перспективы для создания банка органов человека, может решить проблему бездетности и т. д.
Здесь возникает множество вопросов этического, правового, юридического и религиозного характера.
Но даже имея всесторонние представления о существе смерти, причинах ее вызывающих, способах избегания преждевременной или насильственной смерти, человек, как бы он не отодвигал от себя мысли о неминуемости смерти, подсознательно помнит о ней, а с возрастом или наступлением болезней редко начинает о ней забывать.
Миф о возможном бессмертии на сегодня нельзя рассматривать, как маловероятную мечту человека о несбыточном… И чем больше человечество проникает в тайны бытия и материи, тем все больше появляется надежда, что в Мифологии о смерти и бессмертии может быть скрыта вполне реальная сущность, которая просто еще недоступна человеку сегодняшнего дня в силу определенной ограниченности его знаний. Не будем забывать о том, что все ультрасовременные достижения человеческой цивилизации достигнуты при весьма малом использовании возможностей мозга (не более 8 — 10 %). На что будет способен человек, когда «заработает» 20 % возможностей — представить сегодня трудно, а 50 % и вовсе невозможно. Так что вполне вероятно, «проблема смерти» также будет успешно решена нашими потомками.
Но сегодня — смерть неизбежна, естественна и разумнее подумать о том, как подготовиться к ней, встретить с достоинством и по возможности без мучений для себя и для близких покинуть этот мир. Литература по этому вопросу весьма обширна и частично приводится в библиографии.
Но сейчас хотелось бы еще раз подчеркнуть, что вопросы современной этики и деантологии к сожалению мало уделяют внимания культуре смерти, часто с иронией относясь к религиозным аспектам жизни и смерти (схема 6).
Современный человек, несомненно, должен вбирать в себя все разумное, что накоплено человечеством за долгий срок (чуть меньше миллиона лет!) существования. Достаточно сказать, что понятие души человека, столь категорично отрицаемое современными атеистами и ортодоксальными материалистами, все больше и больше из сферы философских дискуссий проникает в сферы серьезных научных школ, обсуждений и экспериментов.
В своей очень искренне написанной книге «Переход. Последняя болезнь, смерть и далее…» врач Петр Калиновский вопросам наличия души у человека, анализу причин и неизбежности смерти уделяет достаточно много страниц. Он приводит интереснейший фактологический материал, сопоставляет множество сходных и совершенно, казалось бы, различных фактов и старается убедить человека в том, что смерть — не прекращение феномена жизни Личности, но лишь переход из одного состояния в другое и, что вполне вероятно, в иную форму бытия…
Можно соглашаться с ним или возражать, но суть вопроса от этого не изменится. И поскольку данное учебное пособие все же посвящено вполне конкретной теме, нам необходимо помнить, что в этой реальной жизни о сущности смерти необходимо знать и помнить лишь для того, чтобы, оказавшись в конкретной экстремальной ситуации, правильно и со знанием дела выстроить свою единственно правильную линию поведения, которая отодвинет трагическую и преждевременную развязку. Разумеется, если фактор времени оставит нам интервал, необходимый для принятия решения.
Проблемы жизни и смерти глубоко взаимосвязаны друг с другом. Смерть есть не просто прерывание жизни в силу случайных или детерминированных событий. Смерть — есть одно из необходимых условий продолжения жизни.