Ввиду начала кризиса 2011 г., тяжело поразившего белорусскую экономику, Россия, в рамках ЕврАзЭС и используя Антикризисный фонд данной организации, предоставила республике на условиях осуществления структурных экономических реформ кредит в 3,5 млрд долл. Однако, получив два первых транша, Белоруссия так и не смогла убедить Антикризисный фонд и Евразийский банк развития (обеспечивает контроль за кредитом) в готовности республики проводить необходимые экономические преобразования.
В целом к началу 2012 г. Россия вышла на новый этап финансово-ресурсной поддержки экономики Белоруссии в объеме 8–9 млрд долл. в год.
12.2.3. Причины появления дотационной системы
Развитие российско-белорусских отношений во второй половине 1990-х годов в русле интеграционных инициатив сопровождалось постепенным наращиванием дотационной составляющей в межгосударственных экономических отношениях между странами-партнерами по созданию Союзного государства. Со временем, к моменту заключения Союзного договора между Россией и Белоруссией (8 декабря 1999 г.), российско-белорусская экономическая интеграция оказалась деформирована в систему прямых и косвенных дотаций со стороны России.
Безусловно, с середины 1990-х годов российское руководство было заинтересовано в развитии экономической и политической интеграции с Белоруссией. Массированная экономическая помощь Минску была естественной реакций Москвы на интеграционные инициативы А. Лукашенко, который провозглашал скорейшее объединение двух стран в одно государство. Теоретически субсидирование партнерами в рамках интеграционных проектов друг друга естественно, поскольку уровни развития экономик двух стран должны выравниваться. (В свое время ФРГ субсидировала восточногерманскую экономику.)
С учетом того, что в середине 1990-х годов интеграционная тематика была востребована политическим классом России, допуск белорусов к внутрироссийским ценам на энергоносители в преддверии создания единого государства был политически мотивированным решением руководства России нашей страны.
Российские власти, оказывая все годы суверенного существования белорусского государства солидную и решающую для его выживания экономическую помощь, исходили из следующих собственных приоритетов, которые невозможно было решить без социально-экономической стабильности в республике:
• обеспечение российских военно-стратегических интересов в Восточной Европе на этапе расширения НАТО на Восток;
• недопущение социально-экономического кризиса в стране, где проходят важные для России и Европы транзитные энергетические коммуникации;
• опасения, что крупномасштабный социально-экономический кризис в Белоруссии может стать серьезной проблемой для России и ее экономики (экономические беженцы, проблема сохранности транзитных грузов и т.д.);
• опасения, что экономические проблемы в стране приведут к политической дестабилизации, чем воспользуется НАТО.
Со временем почти стихийно сформировались политические и экономические интересы или цели России в Белоруссии, которые и обусловили политическую основу для продления дотационного режима для этой республики. К ним необходимо отнести стремление России:
• иметь в республике дружественный политический режим;
• сохранить военное присутствие в регионе;
• гарантировать безопасный режим функционирования на территории республики систем энергетического и товарного транзита;
• обеспечить интересы российского бизнеса на белорусском рынке, включая участие российских корпораций в приватизации белорусских производственных активов;
• обеспечить интересы русскоязычной общины на территории Белоруссии, включая сохранение статуса русского языка, который наравне с белорусским является государственным.
До 2012 г. идейную основу системы дотаций и преференций в отношении Белоруссии составляло стремление снизить риски при транспортировке российских газа и нефти на энергетические рынки ЕС, и до 2007 г. (крупнейшего транзитного кризиса между Россией и Белоруссией) это воспринималось российской политической элитой как своеобразные экономические издержки отечественных энергетических компаний и поддерживающего их государственного бюджета.
Основной целью России в Белоруссии до июня 2009 г. [226] было сохранение безопасного энергетического транзита через ее территорию. Даже в условиях, когда вступили в строй обходные трубопроводы (газопровод «Nord Stream» в 2011 г. и нефтепровод БТС-2 в 2012 г.), республика продолжает оставаться для России серьезным транзитным фактором, обеспечивая 25% транзита российских энергоносителей в страны Евросоюза, около 30% автомобильного и железнодорожного транзита между ЕС и Россией. Сохранение доступа к транзитным возможностям Белоруссии остается важнейшим приоритетом российской политики в отношении республики.
Военно-стратегическая задача вместе с ростом внимания российского руководства к Калининградской области и появлением совместной системы ПВО постепенно теряла свою актуальность.
12.2.4. Эффективность функционирования созданной системы дотирования
Несмотря на многолетние и в больших объемах российские дотации белорусской экономике, они не обеспечили достижение политических и экономических целей России в Белоруссии. В числе основных причин этого можно назвать следующие.
1. Политический союз в формате Союзного государства России и Белоруссии обеспечивает оборону и внешнеполитическое прикрытие молодого белорусского государства на международной арене, а также составляет политическую базу экономической интеграции, в основе которой оказался полномасштабный дотационный режим. Союзное государство, провозглашенное в декабре 1999 г., так и не вышло из стагнации, пути его развития долгие годы являются предметом споров и конфликтов между российским и белорусским руководствами. После вступления республики в программу ЕС «Восточное партнерство» Союзное государство вступило в стадию кризиса и медленного распада. С созданием Таможенного союза в составе Белоруссии, Казахстана и России незавершенная российско-белорусская таможенная зона в рамках Союзного государства влилась в Таможенный союз «тройки» и политическая интеграция наших стран в формате Союзного государства лишилась своего экономического основания. Создание общего рынка в рамках ЕЭП продвигает экономическую интеграцию гораздо дальше, чем она была в Союзном государстве. Структура Союзного государства потеряла свою актуальность и используется только для наращивания дотаций и преференций Белоруссии.
2. Внешнеполитическая координация между Москвой и Минском обеспечивает защиту режима А. Лукашенко на внешней арене. Рамки координации, как правило, ограничены совместными действиями министерств иностранных дел России и Белоруссии в международных организациях – ООН, ОБСЕ, СНГ, ЕврАзЭС, ОДКБ (Организация договора о коллективной безопасности). Белоруссия, получая безусловную помощь от Москвы на международной арене, тем не менее проводит самостоятельную внешнюю политику, нередко вступающую в противоречие с международными интересами и обязательствами России, а именно:
• Минск отказался поддержать Москву в объявлении моратория на исполнение Договора об ограничении обычных вооружений в Европе;
• в момент российско-грузинского кризиса белорусское руководство, сохранив безвизовый режим с Тбилиси, создало режим наибольшего благоприятствования для беспрепятственной миграции граждан Грузии на территорию России;
• Россия не получила политической поддержки от своего союзника и партнера по политической интеграции в период российско-грузинской войны. Белоруссия так и не признала независимость Абхазии и Южной Осетии, что содействовало кризису Союзного государства как формы политической интеграции России и Белоруссии;
• в стадии обсуждения между Киевом и Минском находится вопрос о создании системы координации предоставляемых Россией условий энерготранзита на энергетические рынки ЕС;
• в мае 2009 г. Белоруссия вместе с Украиной, Грузией и другими членами блока ГУАМ вступила в европейскую интеграционную программу «Восточное партнерство». До настоящего времени Минск пытается совместить участие в двух разновекторных интеграционных проектах;