Завалы раскапывались с большим трудом, усилий приходилось прилагать гораздо больше, нежели на добывание руды. Хотя, на мой взгляд, это несколько странно, ведь отколупать камень даже из слежавшейся кучи должно быть гораздо легче, нежели отбить кусок руды от жилы. Но ведь не я придумываю законы игрового мира. Потому продолжал ковырять завалы с упорством крота. Через пару часов упорного труда мне удалось доковыряться до одной из опор. Она была сломана. Это в принципе не удивительно, с учетом обвала, но настораживает. Пошел ко второму завалу. Через час раскопал и тут одну из опор. Она тоже была сломана, но тут явно был подпил, к тому же за балкой, у стены была засунута сломанная пополам ножовка. И почему меня это не удивляет? Наверное, потому, что меня послали сюда расследовать именно убийство, а не несчастный случай. Но как-то все банально, никакой интриги, даже скучно. Хотя следов, ведущих к убийце, я пока не отыскал, а ведь именно это моя задача…
Как же мне улики-то отыскать? Где они могут быть? Подпиленные балки – это, конечно, улика, но она указывает только на убийство, а на самого убийцу никак. Ведь не скажет же балка, меня подпилил вот тот злобный эльф или вот этот противный орк. А было бы неплохо… Хотя стоп! Я же умею говорить с металлом! Мда, это конечно круто, но балки-то из дерева… А ножовочка-то из металла, правда не стальная и не железная, металл какой-то серебристо-серый и подозрительно легкий. Интересно, что это за металл? Впрочем, это не важно! Попробуем разговорить этот инструмент коварного убийцы!
Взял обе части ножовки в руки и попытался задать вопрос о ее хозяине. Глухо! Как в танке… Не желает со мной говорить ножовка. Не нравлюсь я ей, а может просто говорить не хочет… А может мне таланта не хватает? Вложил единичку таланта в чувство металла. Попробовал еще раз:
– Мадам, простите, что к Вам обращаюсь в столь тяжкий для вас миг нездоровья и потери рабочей формы, – чувствую себя идиотом, вслух разговаривающим с пилой, – Но не могли бы вы ответить на пару моих вопросов…
–Вот еще! Буду я со всякими… разговаривать!
Хоть после слова всякие и была пауза, но я прочувствовал все отношение к себе. На меня как будто холодный ушат из презрения вылился, столько в этом голосе было превосходства и самолюбия, что желание разговаривать с этим предметом как-то сразу пропадало. Но ведь мне нужна информация, а отказываться от источника нужной информации только на основании личной неприязни просто напросто глупо. Я постарался подпустить в свой голос столько лести, сколько смог:
– Скажите, а кто поступил столь варварским образом с таким прекрасным инструментом?
– Проклятые длинноухие, чтоб они все в опилки превратились! Да и потом, как бы я не была прекрасна, я все же не инструмент!
– Простите, но я всегда считал, что пила – это инструмент…
– Я не инструмент, я – Символ, Символ прекрасного! Я награда лучшему плотнику империи людей! Я передавалась в руки главного императорского плотника в течение последних двухсот лет! Именно по мне, висящей на поясе, узнавали этого важного человека! Я самый важный атрибут главного императорского плотника, он без меня, как ноль без палочки!
Теперь понятно, почему она такая зазнайка! На счет того, что императорский плотник без нее ноль, я готов поспорить, но мне это не нужно, а нужно вовсе даже наоборот – разговорить ее.
– Простите великодушно, но как Символ прекрасного и награда лучшему плотнику империи людей оказалась в поломанной в шахте эльфов?
– Это всё проклятые длинноухие! Они коварно напали на моего хозяина, когда он пилил меллорн, взяли его в плен, а меня и прочие его инструменты поломали! Да еще назвали меня богопротивным уродливым инструментом! Да как они посмели, ничтожества? Можно подумать, они что-то понимают в инструментах и металле! Где это видано, мифриловую пилу назвать уродливым инструментом! Да что они вообще понимают в красоте! Сами только с деревяшками и умеют работать! С благородным мифрилом ни один этот длинноухий урод не справится! Нет у них чувства красоты металл, только и умеют что кичиться своим благородством, а на деле – пшик!
Мифрил! Так вот что это за металл, но это действительно круто иметь пилу из мифрила! Мда, не любит пила эльфов… И судя по всему, это взаимно. А хозяин-то у нее бывший каков! Меллорн решил спилить, да его же эльфы за такое святотатство на лоскуты порвут, неужели не догадывался?
– Простите, многоуважаемая, а где Ваш хозяин пытался спилить меллорн?
– Как где? Разумеется, в эльфийском лесу, они же нигде кроме эльфийских лесов не растут!
– А на что он рассчитывал, когда затевал это мероприятие? Ведь эльфы этого просто так не допустят.
– На имперскую гвардию он рассчитывал, ведь именно король послал главного королевского плотника и главного императорского лесоруба добыть эту чертову деревяшку, ему захотелось сделать трон из меллорна. И послал отряд из сотни имперских гвардейцев охранять их. Но эти чертовы длинноухие нападали исподтишка, стреляя из-за кустов. Ни у кого не хватило смелости напасть в открытую! А потом захватили в плен хозяина и главного императорского лесоруба, а меня обозвали богопротивным уродливым инструментом и сломали! Да как они посмели! Но этого им показалось мало! Один из этих уродцев прихватил меня себе! Выскочка, ни на что негодный! И этого ему показалось мало! Он… он… он мной пилил!!! Хамье безродное! Мной, наспех склепанной своей противной магией, которой хватило едва на полчаса! Да как он посмел вообще?! Пилить!! Мной!!!
Я даже растерялся от такой экспрессии.
– Я так понял, именно Вами он перепилил балки в шахте?
– Ты правильно понимаешь, безродный неумеха!
– С чего вы взяли, что я неумеха? Я, например, ученик столяра и старший ученик кузнеца! – назвал я свои профессии, которые наиболее близки к специфике работы этой пилы.
– Ты – ученик кузнеца? – в ее голосе сквознула легкая заинтересованность.
– Старший ученик!
– Ну, я же говорила, неумеха! Я вообще удивлена, что ты смог меня понять, ты вообще, небось, только с одним-двумя металлами до меня общался. А благородный мифрил даже в глаза не видел!
– Тут вы, конечно правы, но других кузнецов поблизости нет.
– Я тебя умоляю, ты не кузнец, ты – жалкая личинка кузнеца. Вот когда получишь молот мастера, тогда будешь кузнецом, а сейчас, ты так, пародия, жалкий неумеха…
Как же надоедает общаться с этой… этим заносчивым инструментом. Дико выводит из себя…
– Но я мог бы попробовать вас починить…
– Ты? Человеческий ученик кузнеца? Со слабеньким чувством металла? Без единения? Без наковальни? Без гномьего горна? Как? Как ты себе это представляешь? Я же не медь какая-то и не свинец! Благородный мифрил может ковать далеко не каждый кузнец!
– Ну, положим, единение металлов у меня есть.
– Ну, всё, я вся твоя! Делай со мной, что захочешь! Ты так себе представлял мою реакцию на эту фразу? Где ты все остальное возьмешь в этой мерзкой шахте? Гномьего горна нет в окрестностях на множество дневных переходов! А ты тут весь из себя такой герой! Да я… Да у меня… Вот сможешь меня отнести к настоящему мастеру, тогда…
– Что тогда?
– Тогда я буду благодарна!
Получено задание «Починить пилу». Необходимо починить мифриловую пилу императорского плотника.
Награда: 100 опыта, увеличение репутации с Императором людей.
Ух, ты! Она мне увеличит репутацию с императором? Круто! Неважно, что он всего лишь марионетка, сидящая на троне. Император все равно одна из ключевых фигур в этой игре. Хотя опыта могло быть и побольше!
– А не могли бы Вы мне помочь опознать того эльфа, который пилил Вами балки?
– А зачем он тебе? – голос прямо лучился подозрением.
– Меня попросили найти убийцу, и он, похоже, – тот самый убийца, что подстроил смерть тут одного из заключенных.
– А дальше? Что ты будешь делать дальше?
– Расскажу об этом тому, кто дал мне это задание.
– А дал тебе его…
– Местный повар Могучий клык.