— Не бойся, мы о тебе никому не скажем. Прощай!
Когда дверь закрылась, Сабрина спросила Калвиери:
— И как долго мальчик будет скрываться в чужом доме? Все равно полиция его выловит!
— Ну не так скоро, как ты думаешь. Пусть пока поживет на свободе. Думаешь, в приюте ему хорошо? Ты не задумываешься, почему он удрал? Я в свое время из приюта удрал, да и многие наши «бригадисты» тоже. Хорошему в таких заведениях не научишься, учителя только бьют и унижают ребят...
— Ну, такие приюты исключение, а вообще-то там к детям относятся хорошо.
— Ты глубоко ошибаешься. Во всяком случае, об этом мальчике мы сообщать не будем, пусть живет, как хочет. Оставь его в покое.
Они вернулись на берег и увидели, что американец собирается вывести свое судно из устья канала. Он что-то кричал им, но они не расслышали: И в этот момент Калвиери заметил белый катер, который выскочил, из-за ряда «вапоретто» [35]. В руке рулевого был зажат «Узи». Калвиери толкнул Сабрину, и они бросились на землю. В стену позади них вонзились пули.
Первой вскочила Сабрина и бросилась к американцу, наставив на него оружие.
— Дайте ваш катер. Нас обстреляли, надо догнать это судно.
Американец нервно передернул плечами и уступил руль. Резко развернувшись, Сабрина погналась за белым катером. В это время дня Большой канал, как обычно, был забит до отказа, этим и воспользовался бандит. Ловко лавируя между катерами, гондолами и паромами, он быстро скрылся из виду. Сабрина долго искала его повсюду. Она свернула в один из боковых каналов, но так и не нашла его. Внезапно путь ей преградила баржа, обойти которую было невозможно. Девушка окликнула парня, стоявшего на барже, и спросила, не видел ли он белый быстроходный катер. Парень, прищелкнув языком и не сводя глаз с ее фигуры, сказал:
— Хороша. Очень хороша...
— Ты видел катер или нет? — зло переспросила его Сабрина.
Парень почесал в голове:
— Может, и видел. А что там было такого интересного? На барже появился второй юноша. Он держал в руках острогу. В этот момент парень, с которым разговаривала Сабрина, прыгнул к ней на катер и, приставив ей нож под лопатку, приказал:
— Выключи двигатель и не рыпайся.
Она исполнила его требование.
— Ты, конечно, вооружена, — сказал он, усмехнувшись, и протянул руку, чтобы ее обыскать.
Девушка, неожиданно ударив парня локтем в подбородок, закрутила ему руки за спину, разоружила и приставила лезвие к его горлу. Второй с острогой в руках поспешил на помощь товарищу.
— Брось в воду! — приказала ему Сабрина.
Видя, что тот колеблется, девушка прижала лезвие к горлу парня. На шее выступила кровь.
— Сделай, как велят, Антонио, — взмолился он.
Антонио бросил острогу в воду.
Крепко ухватив парня за волосы, Сабрина надавила на нож, из его шеи снова потекла кровь.
— Ну а теперь отвечай, кто вас нанял? Будешь молчать, я тебе горло перережу.
— Я не знаю, как его зовут, — прохрипел парень.
Она нажала еще на лезвие, пленник застонал:
— Я правда не знаю. Поверьте! Вчера вечером какой-то человек подошел к нам в баре и предложил по полмиллиона лир каждому. Просил помочь ему спастись от преследования. Мы должны были только напугать вас, и все.
— Именно меня?
— Нет. Любого, кто бы стал его преследовать.
— Опиши этого человека.
— Высокий, загорелый, волосы — длинные, черные, на правой щеке родинка.
— Куда ведет этот канал?
— Тоже к Большому каналу.
Узнав то, что ей хотелось, Сабрина молниеносно столкнула оторопевших парней с катера на баржу и завела двигатель, но через пару минут поняла, что ее обманули и она в тупике. Неожиданно она почувствовала запах бензина. Прямо перед носом ее катера расплывалось большое блестящее пятно, а от стены в конце тупика отделился человек. Загар и черные волосы вполне соответствовали тому описанию, которое дал юноша незнакомцу. В руках человек держал два зажженных газетных свертка. Один факел он бросил в воду, второй — на облитый бензином тротуар рядом с катером. Бензин вспыхнул, пламя уже готово было перекинуться на катер, но девушке все же удалось дать заданий ход и вывести катер к Большому каналу. Огонь охватил баржу, и Сабрина услышала отчаянные крики парней, но помочь им ничем не могла. Развернувшись, Сабрина увидела белый катер — он неожиданно появился из бокового канала, — достала «беретту» и пустилась за катером в погоню. Когда она поравнялась с вапоретто, человек с белого катера дал по ней короткую очередь, а потом словно под воду провалился. Все поиски оказались тщетными. Сабрина не знала, что ей делать дальше, и тут заметила, что Калвиери машет ей с пристани. Через несколько минут она забрала его на катер.
— Дай мне руль, — попросил он, — я здесь отлично ориентируюсь.
Сабрина кивнула, и они поменялись местами.
— С тобой все в порядке? — встревоженно спросил Калвиери.
— Все, если не считать, что моя гордость задета, — пробормотала Сабрина, испытывая к себе отвращение. — Не могу поверить, что он меня переиграл...
— Не вини себя, со всеми бывает — ты же, в конце концов, тоже человек...
— Я профессионал высокого класса, тем обиднее, что он одержал надо мной победу, — оборвала его Сабрина: — И все же странно, почему он меня не убил? Он вполне бы мог меня застрелить, когда выскочил из-за «вапоретто». Но он стрелял в нос катера. Почему?
— Радуйся, что жива. — Калвиери направил катер в более узкий канал, отходящий от рио Сан Поло, и показал на дом с белыми стенами в конце тротуара: — Это дом моего друга. Бежим, а то сюда уже мчится полиция.
Они выбрались на берег.
— Спасибо тебе, Тонино.
Калвиери удивленно посмотрел на девушку: она назвала его по имени в первый раз.
— Называй меня лучше Тони, — улыбнулся он. — Тонино меня называл только директор школы, а я его не очень-то любил.
— Хорошо, — тихо сказала она.
— Как странно, не правда ли? — удивился Калвиери. — Сейчас я избавил тебя от беды, а в следующий раз вполне могу оказаться, в ситуации, когда мне придется тебя убить.
— Или я должна буду убить тебя, мы ведь сражаемся по разные стороны баррикад, — ответила девушка, глядя Тонино в глаза. А про себя подумала: «Вот тебе и „безмятежный“ город! Нет, никогда, никогда не буду больше называть так Венецию».
Глава 5
Витлок проснулся в самолете от ужасной головной боли, попытался сесть, но не смог. Снова лег на кушетку и начал массировать виски.
— Возьмите — мы использовали их в армии.
Краем глаза Витлок увидел руки в черных перчатках. В одной — две белые таблетки, в другой — стакан воды. Интересно, кто этот человек? Голос не Янга, без американского акцента, наверное, Вайсман. Витлок проглотил таблетки и откинулся на подушку. Постепенно ему стало лучше, он открыл глаза и увидел человека, сидевшего у кабины пилота. Да, это Ричард Вайсман, но не в генеральской форме, как на фотографии, которую дал ему Раст, а в легком сером костюме. Этому человеку явно за пятьдесят, лицо грубое, обветренное, волосы темные, чуть седеющие. На висках. Несомненно, это Вайсман.
Витлок сел и обратился к своему спутнику. Голос его звучал решительно.
— Скажите же, наконец, что происходит? Кто вы такой?
Вайсман кинул взгляд на лежавшие перед ним карты и представился.
— Где ми находимся, черт побери? — снова раздраженно спросил Витлок.
— На моем реактивном самолете, над Францией, на высоте тридцать пять тысяч футов. Через двадцать пять минут приземлимся в Риме. Что еще вы хотите узнать?
— В Риме? — с деланным изумлением переспросил Витлок. — Зачем вы меня туда везете?
Вайсман хотел что-то ответить, но в этот момент дверь в салоне отворилась и на пороге появился моложавый блондин.
Генерал рассмеялся:
— Маскарад закончен. А без грима и парика вы, Янг, выглядите намного симпатичнее.
35
«Вапоретто» — рейсовые катера, типа речного трамвая.