![Тайны древних бриттов i_022.jpg](https://litlife.club/books/232118/read/images/i_022.jpg)
Продолжая рассказывать о Мерлине, он пишет: «Мирддина величали верховным судьей Севера, то есть областей, лежавших за пределами маленького королевства Стрэт Клуйд, его также называли Сивом, или прорицателем этой земли, и в силу этих своих качеств и положения он являлся Серддглудом Клидом Ллиантом, верховным обладателем знания бардов долины реки Клайд. Он был сподвижником Канавона Кинллайта, потомка богини кровопролития, которую Анейрин таким образом поминает в песнях о Гододине: “Если на пиру с медом и вином саксы приносили жертву Кровопролитию, матери Грабежа, то энергичный Эйдиол также чествовал ее у подножия горы, в присутствии бога победы, короля, который восходит в свете и возносится в небо”. И эта связь между божествами кровопролития и победы отмечена в чертах характера Мирддина, или Мерлина, которого величают Аллведдом биддин Бадд Нером — глашатаем или посланцем армии бога победы.
Он был братом Гвенддидд Вен, Аддлам Серддеу — прекрасной госпожи дня, прибежища бардовского знания — мифологического персонажа; и эта леди обращается к почтенному священнику со следующими словами: “Восстань из потаенного места и раскрой книги Авена (Бардовского духа), предмета общего ужаса, и речь Бан (Прозерпины), и видения сна”».
Таковы некоторые из характеристик Мирддина, как они были описаны одним неизвестным северным бардом, который писал от его имени около 948 г. Он был верховным судьей, священником и пророком и хорошо был знаком с мистериями, в которых действовали те же самые божества — Кинллайт, Бадд, Авен и Бан, — почитавшиеся в великом храме Стоунхенджа.
Однако Стивенс в своей «Литературе Уэльса»{33} считает, что эти поэмы не могли быть написаны ранее периода правления Овена Гвинедда (1160), и указывает на факт анахронизма, заключающегося в том, что поэт сделал из Мерлина набожного христианина! Таким образом, трудно расценивать эти «свидетельства» серьезно, и я привел их здесь только для полноты картины. В то же самое время эти повествования частично подтверждаются другими, гораздо более авторитетными источниками, и уже не может оставаться сомнений в том, что друидизм продолжал существовать в валлийской части южной Шотландии на протяжении веков.
![Тайны древних бриттов i_023.png](https://litlife.club/books/232118/read/images/i_023.png)
ГЛАВА III.
Тайна кельтской философии
![Тайны древних бриттов i_024.png](https://litlife.club/books/232118/read/images/i_024.png)
Тайна кельтской философии приводила в отчаяние поколения философов и культурологов. Полемика по этому поводу едва ли отличалась меньшей страстностью, чем смежная с ней дискуссий по вопросу о происхождении кельтской расы. Совершенно очевидно, что Ренан и Арнольд пытались разрешить эту тайну таким же примитивным образом, каким астрологи Халдеи пытались проникнуть в секреты звезд. Но такая глубокая пропасть едва ли может быть одолена проницательностью политического эссеиста или измерена логическим мышлением специалиста в области сравнительного религиоведения. Это задача для пророка или провидца, для Блейка или Брахана. Для человека, в крови которого нет магического состава, кельтские глубины остаются навсегда запечатанными. Я думаю, что тот, кто приближается к ним, должен не только принадлежать к древней расе первых носителей культуры на этом острове, но он должен также с детства слышать настойчивый зов голосов рода, которые бы побуждали его к решению задачи исследования тайн своей страны.
Кельты, эта нация художников, поэтов и аристократов, первоначально располагалась в области между Францией и Венгрией, вероятнее всего, на южно-германской равнине между Швейцарией и Богемией. Нация медленно образовывалась из расы, известной как «народ Могильного поля», относящейся к бронзовому веку. На протяжении поколений эти люди сплавлялись в единую народность, и в этом качестве они были известны грекам, по меньшей мере, за 500 лет до н.э., греческие писатели называли их страну Кельтикой. Они принесли культуру обработки железа Ла Тен в Галлию и Британию, при этом они смешивались с расами, издавна проживавшими на этой земле. Возможно, в ходе этого процесса они теряли некоторые свои этнические характеристики. Но своих культурных и эстетических приоритетов они не теряли, при всем том, что на них должны были оказывать мощное влияние верования и обычаи народов, с которыми они смешивались.
![Тайны древних бриттов i_025.jpg](https://litlife.club/books/232118/read/images/i_025.jpg)
И хотя сегодня название «кельты» несколько неупорядоченно применяют к смешанным расам, имеющим иной физический облик, — к валлийцам, ирландцам, шотландцам и бретонцам, все же среди этих несхожих этнических типов еще сохраняется некая единая ментальность и сходство во взглядах на мир, которые указывают на существование в прошлом общей философии и традиции. Кельтов, высоких или низкорослых, с удлиненной или округлой формой головы, темноволосых, светлых или рыжих, едва ли можно спутать с кем-то еще в том, что касается ментальных характеристик. Старая школа антропологов — Брока и другие — определила их как «сангвиников желчного типа», и вряд ли найдутся причины сомневаться или отвергать это психологическое определение. Кельт часто предстает мрачным и раздражительным, склонным иногда зажигаться энтузиазмом. Это человек, подолгу пребывающий в молчании, неожиданно становящийся словоохотливым, мечтательный, но переходящий от неподвижности к яростным, однако непродолжительным действиям. Консервативный и суеверный, фаталистичный, бесстрашный — это все он. Однако по отдельности это такие же различные индивидуумы, как и представители других наций и рас — в одних случаях, высоко эмоциональные, в других — необычно пассивные. По всей вероятности, общий тип человека, которого мы называем кельтом, демонстрирует психологические грани разных рас, с которыми смешалась первоначальная раса, и, согласно закону смешанных браков, этнические формы различаются в каждом индивидуальном случае, поскольку имеет место та или иная отсылка к иберийским, тевтонским или иным предкам. Но при всем этом смешении протянувшееся из далеких времен влияние триумфального величия кельтицизма и особого рода гений расы — столь сильный, поскольку очень древний, и настолько хорошо отформованный в своей изначальной матрице — просвечивают с почти нечеловеческой мощью сквозь все покровы чужих наслоений, которые порой даже, казалось, могли стереть их. Часто приходится долго и терпеливо ждать, чтобы заметить это свечение. Но однажды под влиянием страсти, триумфа или несчастья оно проявится настолько явно, что в этом нельзя будет ошибиться, — в печальном, сдержанном характерном смехе, в мрачном и зловещем виде, в быстром озлоблении и яростном негодовании, которые удивят или позабавят человека с более медленно текущей кровью, или в гордом и высокомерном презрении, к которому более тонко организованные и более чисто выращенные побеги этой расы европейской аристократии столь обескураживающе склонны.
В чем мистический секрет кельта — поэта, пророка, воина, аристократа среди аристократов? Это память, воспоминание души о былом моральном и интеллектуальном превосходстве, которое он не утратил, поскольку его дары остаются внутри него, но путь к ним он не может отыскать. Он подобен человеку с сундуком сокровищ, ключ к которому потерян.
В этом хранилище находятся «Книги тайн Британии», — те самые древние и загадочные тома, что содержат знания цивилизаторской расы этого острова ее изначального периода. Эти секреты имеют бесценное духовное значение для народа этой земли, продолжающего оставаться преимущественно кельтским по своей ментальности и характеру. И если эта страна, на которую весь мир смотрит как на лидера в научной и политической мысли, которая правит почти четвертью земного шара, которая добилась триумфов, не имеющих себе равных, в областях науки, изобретательства и форм государственного правления, при всем при этом не будет иметь возможности гордиться собственным национальным мистицизмом, но будет вынуждена заимствовать из восточных источников, чтобы покрыть этот предполагаемый недостаток, то это будет по-настоящему унизительно. Неправомерно говорить, что национальной мистической традиции не существует. Она сокрыта почти нетронутой в пещере кельтского прошлого, откуда ее еще можно добыть для пользы нашей расы.