— Она была почти выдохшаяся, — облегченно сообщил голос верховного мага через несколько томительных минут — Бедвор, брось твою пену… иначе на этот запах сбегутся все оставшиеся твари.
— А к вам спускаться уже можно? — интересовал всех один вопрос.
— Только осторожно и не гурьбой. Трофимус, следи чтоб на лестнице не было разом больше трех человек, — ворчливо приказал Феодорис и принял у Этана кувшин, — а тут что такое? Ох, пресветлые духи! И где же они все это взяли?
— Лучше скажи, почему оставили здесь?! — с неожиданной тоской выдохнул Ольсен, хмуро рассматривая небрежно, словно на бегу, перепутанным клубком засунутые в кувшин драгоценности и какие-то свитки.
— Может, считали, что так оно лучше сохранится? — неуверенно произнес кто-то из магов, пряча глаза.
— Или не могли унести, — увереннее сказал Бедвор, — допустим, уносили раненых. И оставили самое бесполезное в том случае.
— Я понесу это, — просто заявил Ранз, сбрасывая с плеч свой мешок, и магистр нехотя отдал ему кувшин.
Хотя в некоторых вещицах чувствовалась магия, а свитки пожелтели от старости, и так и манили заглянуть в них хоть краешком глаза, сейчас важнее всего было найти разведчиков, умудрившихся дойти почти до источника.
— Они спустились вот тут, — заявил внимательно рассматривающий край плиты Ольсен, — и раз торопились уйти в противоположную от ловушки сторону, значит, знали, что она еще жива.
— Да, — коротко подтвердил Этан, — они пошли туда.
И первым соскользнул с плиты.
— Терсия, иди, я тебя сниму, — позвал Ольсен, но Ранз, уже спустившийся вниз, его опередил.
— Мы бабушку и сами снимем, давай я лучше тебе помогу!
— Я согласна на матушку, — задумчиво сообщила Кастина, когда сильные руки великана бережно поставили ее на камень, — Эвеста меня так зовет. Ну, или на тетушку.
— Я буду звать матушкой, — твердо сообщил Даренс, проходя мимо Терсии, и отобрал у нее походную сумку, — давай я понесу, тут ступенек никто не проделал.
— Потому первым пойдет Этан, а за ним Налис, — беспрекословно заявил верховный магистр, — я дам ему свой жезл.
Гибкий Этан немедленно скользнул вперед, внимательно рассматривая каждый камушек, а Налис двинулся за ним, в узких местах расширяя проходы и вырезая, где нужно ступеньки.
— Почему-то они пошли назад, — оглядываясь на лестницу, с сомнением проворчал Ольсен через полчаса, — Феодорис! Ты что-нибудь понимаешь?
— Они кого-то несли на спинах, — хмуро заявил вдруг Этан, — и не одного… по меньшей мере — троих. В узких местах на камнях остались царапины от сапог… носки у всех подбиты металлом.
— Пресветлые духи, — тихонько охнула Бенра, — только не это…
— Тогда я кажется догадываюсь, куда они шли, — помрачнел Феодорис, — пропусти меня вперед, Ольсен. Поторопись Этан, и внимательнее смотри по сторонам, если увидишь монстров — сразу отступай. Услышите мой сигнал — опускайте очки. У меня в амулете еще три порции смертельного огня.
После этих слов отряд продвигался дальше в полной тишине, стихли даже осторожные шепотки, пропустить сигнал Феодориса и остаться потом на несколько часов почти слепым не желал никто. Некоторые маги надели очки загодя, фонарь оставался все дальше и тени от камней пугали почти полным мраком.
Надел очки и Ольсен, шедший почти по пятам за тройкой чародеев и не желавший никому уступать свое место. Да и с какой стати? В конце концов, он тоже вооружен иглометом, и имеет в запасе несколько очень действенных зелий собственного изготовления, усиленных Весей.
— Монстр! — расслышав тихий шёпот метнувшегося в сторону Этана, алхимик насторожился, шагнул ближе, заглядывая вперёд через голову более низкого Феодориса.
И тут же обмер от изумления и жарко вспыхнувшей надежды.
— Нет! — Резко ударила по плечу выхватившего амулет магистра тяжелая рука его дядюшки, — не смей! Это Бор!
— Как Бор?! — неверяще вглядывался магистр в плавающего возле стены бледно-фиолетового фантома с соколиными крыльями и четырьмя когтистыми лапами, в которых он таскал измусоленный кусок окровавленного мяса, — а ты не ошибся? Взгляни, кто там внизу!
Мельник перевел взгляд ниже и нахмурился. Возле огромной кучи обломков по полуобвалившимся ступеням неспешно брела гигантская крыса, точно такая, каких они расстреляли в первом зале прохода на Южин. А фантом, так похожий на Бора, летал перед ней с куском мяса, то ли пытаясь накормить монстра, то ли увести.
— Это Бор, — уверенно подтвердила Кастина, проскользнув к мужу мимо магов, — и он явно выполняет чей-то приказ. Присмотритесь, крыса бродит тут вовсе не по собственному желанию.
— Интересно, чего он от нее добивается? — тотчас поддержал жену Ольсен, — И зачем здесь теперь крыса, раз пришли мы?
— Ты все верно рассудил, — усмехнулась травница, и, не дожидаясь решения магистра, громко позвала, — Бор! Иди ко мне!
Фантом помедлил только секунду, заставив затаить дыхание весь отряд, затем неторопливо приблизился к Кастине и завис перед ней, словно ожидая вопроса. Крыса, явно обрадовавшись избавлению, развернулась и, не обращая внимания на магов, помчалась к тому месту, где недавно сгорела ловушка. Видимо запах горелого мяса привлекал ее больше.
Убивать монстра чародеи не стали, просто швырнули магическую метку и проводили короткими взглядами, теперь никуда он от них не денется. И вновь сосредоточили все внимание на создании целительницы, сразу заметив в нем подозрительную неправильность. Бор не светился насквозь сиреневым светом, да и двигался чересчур медленно и тяжело для фантома. Никто из магистров и опытных чародеев даже не сомневался, в чем причина такого поведения Бора, в центре создания темнело нечто довольно крупное. Однако рассмотреть пристальнее, что это за вещица никак не удавалось.
— Отдай мне это, — посомневавшись всего несколько мгновений, приказала травница фантому, и маги тотчас подвинулись к ней почти вплотную, выхватывая амулеты и оружие.
— Кася… — сквозь зубы рыкнул Ольсен, становясь рядом с ней и готовясь немедленно оттолкнуть жену, если фантом извергнет нечто опасное.
А Бор подвинулся еще ближе, почти вплотную, сунул внутрь себя две лапы, вытащил какой-то бесформенный сверток и осторожно положил его в руки женщины. Зазвенели, рассыпаясь по камням драгоценные украшения и амулеты, зашуршали, опадая палыми листьями свитки.
Не обращая внимания на рассыпавшиеся ценности, маги немедленно вцепились с разных сторон в грубоватую тряпицу, пытаясь отобрать у травницы сверток, пока не произошло несчастного случая. Однако внезапно ощутившая ладонями упругое тепло Кастина, замирая от невероятной догадки, прижала его к себе так крепко, что попытка отнять неожиданный дар не удалась никому из чародеев. Зато в этой возне они умудрились сдернуть край тряпки, закрывающей сверток сверху, и дружно застыли в полном ошеломлении.
Из свертка выглядывала темноволосая голова спящего ребенка месяцев трех от роду.
Маги молчали не менее нескольких секунд, и за это время Кастина успела рассмотреть личико ребенка и твердо увериться, что держит в руках смеску. Разумеется, в его жилах текла кровь степняков, это было видно с первого взгляда. Но чуть позже так же неопровержимо проступали черты, присущие только этросам. Пряменький, а не приплюснутый носик, светлая кожа и чуть вьющиеся на висках шелковые волосенки. Какого цвета у дитяти глазки, Кася пока не знала, и очень надеялась, что в ближайший час оно не проснется.
— Э… — глубокомысленно сказал Феодорис, подойдя к травнице вплотную, — Терсия… дай его мне. Нужно развернуть… проверить, шаман вполне мог ловушку и в пеленку запрятать.
И тотчас едва заметно отшатнулся, опаленный яростным взглядом женщины.
— Не тронь ее… — помрачнев, как несущая град туча, грозно предупредил Ольсен, и мягче добавил, — ну где тут дите разворачивать, сам посуди? Проверяй так.
Несколько минут пасмурные маги под настороженным взглядом еще более хмурой Кастины водили вокруг найденыша амулетами, пока не убедились в полном отсутствии каких-либо ловушек. Заодно они собрали и бережно сложили в мешок Ранза рассыпанный фантомом клад, тщательно замотав в полотно хрупкие свитки. Кто-то осторожно предположил, что неизвестно откуда взявшийся среди руин и монстров ребенок и эти драгоценности как-то связаны. Другой маг более явно намекнул, что ловушкой может быть и сам малыш, и мельник тотчас ядовито сообщил о своем намерении подождать, покуда они найдут способ решить эту загадку, не прикасаясь к дитю.