Еще в начале нынешнего века общим днем рождения японцев был также первый день Нового года. Считалось, что в этот день всем жителям страны прибавлялся один год [69, с. 81]. Таким же коллективным днем рождения является и день совершеннолетия 15 января. Он отмечается всеми, достигшими к этому числу 20 лет. День совершеннолетия является нерабочим (см. главу 7). Такие общие дни рождения в определенной степени можно сравнить с обрядом конфирмации у католиков и протестантов.
Кроме своеобразных дней рождений среди японских календарных обрядов и обычаев выделяются праздники, специально посвященные девочкам и мальчикам.
Праздник девочек
Праздник девочек имеет несколько названий: Дзёси-но сэкку — Праздник первого дня змеи (дзёси — первый день змеи; сэкку — праздник); Хина мацури — Праздник кукол (хина — кукла); Момо-но сэкку — Праздник цветения персика (момо — персик). В настоящее время обычно употребляется название Хина мацури.
Первоначально этот праздник в 3-й день 3-го месяца по лунному календарю отмечался просто как сезонное событие, особенно в крестьянских семьях. В это время они были сравнительно свободны от сельскохозяйственных работ и могли порадоваться первым теплым дням, когда начинали расцветать персиковые деревья (отсюда одно из названий праздника). В далекие времена именно в этот день, первый день змеи 3-й луны (отсюда еще одно название праздника), совершался ритуал избавления от болезней и несчастий. Для этого из бумаги делали небольших кукол (отсюда третье название праздника), символизировавших мальчика и девочку, и шаманы выполняли обряд перенесения зла и несчастья на фигурки кукол, которых потом бросали в ближайшую реку или ручей, чтобы они унесли прочь все беды и недуги. Этот ритуал назывался хина-окури (окуру — отправлять), а куклы — нагаси-бина (букв, "куклы, спускаемые по реке"). Там, где не было водоемов, кукол сжигали или зарывали в землю. Это был магический обряд для сохранения здоровья ребенка.
В настоящее время первоначальный смысл праздника утерян. Лишь в очень немногих местах в стране (например, в преф. Тоттори) можно видеть, как прозрачные воды горной реки уносят бумажных кукол, наряженных в яркие кимоно с орнаментом из цветов. Лодочкой для них служит плоская круглой формы корзинка, украшенная веточкой цветущего персика [119, с. 192].
Куклы (нингё) в древней Японии были не игрушками, а символическими изображениями богов или людей. Это японское слово пишется двумя иероглифами, дословный перевод которых — "образ человека". Тогда куклы служили, как уже было сказано, защитой от болезней, стихийных бедствий и других несчастий. И видимо, сохранив традицию тех древних времен, в сельских местностях и в наш век кладут соломенных кукол в рисовый стог, прикрепляют под крыши домов или выставляют у въезда в деревню. Сначала куклы были бумажные, затем их начали делать из глины (главным образом в деревнях) и из дерева. Их уже не выбрасывали, а хранили дома, размещая на полках, что и породило современную обрядность Праздника кукол [126, с. 72–78].
По мнению Хигути Киёюки, этот праздник насчитывает по крайней мере тысячелетнюю историю. Он связывает его происхождение с игрой в миниатюрные изображения бытовых предметов (хихина-но асоби), о которой упоминалось еще в "Гэндзи моногатари". Среди этих миниатюрных предметов были и куклы [126, с. 71]. Первоначально этот праздник отмечался при дворе и среди воинского сословия, затем очень быстро распространился среди всего народа. Служившие атрибутом Хина мацури, куклы в то время были очень простыми как по форме, так и по украшениям.
Национальным Праздник кукол стал со второй четверти XVIII в. Считается, что своей популярностью он во многом обязан восьмому сёгуну из династии Токугава — Есимунэ (1677–1751), который имел много дочерей [29, с. 38]. К древней традиции этого праздника добавился обычай устраивать в домах, где есть девочки, выставки богато одетых кукол, изображавших жизнь и обычаи императорского двора. Это были обрядовые куклы. Выставлялась также и игрушечная разнообразная домашняя утварь: изящно исполненные лакированные комодики с ящичками, зеркала, хибати, музыкальные инструменты, паланкины, в которых куклы могли бы совершать прогулки, фонари, ширмы, лаковые, обсыпанные золотой пылью столики и шкафчики.
Выставку размещают на специальной подставке, состоящей Из трех, пяти и семи ступеней и покрытой ярко-красной материей. Выставляют по меньшей мере 15 кукол. Самые дорогие и самые красивые — дайрисама (букв, "господин заместитель), которые изображают императора и императрицу, одетых в сверкающие костюмы из парчи. Вот как описывает классик японской литературы Акутагава Рюноскэ (1892–1927) в новелле "Куклы- хина" такую пару: "В ее венце красовались кораллы, а у него на кожаном, лакированном оби, разукрашенном яшмой, агатом и агальматолитом, были вперемешку вышиты гербы, постоянный и временный…" [1, с. 401].
Кукол дайрисама помещают на самой верхней полке подставки на фоне позолоченной складной ширмы, по обеим сторонам которой ставятся фонари, а посредине — поднос со священным деревом, украшенным бумажными фестонами. Эти главные куклы выставки обязательно должны быть парными, изображать мужчину и женщину. Этот обычай восходит, очевидно, к древней игре хина-асоби, т. е. игре в куклы. Игра была известна еще тысячу лет назад; дети играли двумя красивыми маленькими куколками, символизировавшими мужчину и женщину. Игра была связана с магией брака: куклы изображали жениха и невесту. Это символизировало продолжение человеческого рода и одновременно отражало культ плодородия. И сейчас если кто-нибудь к традиционному набору кукол добавляет что-нибудь современное, вроде изображения актрис или игроков в бейсбол, то всегда пару, т. е. традиция сохраняется. Мужская фигурка устанавливается справа от женской.
На следующих полках в порядке очередности размещают трех фрейлин, подающих сакэ; пятерых музыкантов, каждого со своим инструментом; двух телохранителей и трех слуг. На самой нижней полочке ставят миниатюрные лакированные обеденные сервизы и другую утварь, а также угощение для кукол. Например, голубого и розового цвета рисовые конфеты и два торта из рисовой муки ромбовидной формы. Здесь же устанавливается два маленьких цветущих деревца — вишневое и мандариновое, что придает законченность всей композиции. Разумеется, наборы атрибутов для праздника разнятся в зависимости от достатка семьи.
![Праздники в Японии: обычаи, обряды, социальные функции i_024.jpg](https://litlife.club/books/225805/read/images/i_024.jpg)
Традиционные украшения г. Сэндай во время праздника Танабата
Существует также обычай украшать выставки цветами персика, розовый цвет которых ассоциируется с представлением о весне. Кроме того, полагают, что цветы персика символизируют наиболее приятные черты характера и облика девочки — нежность, кротость, грацию, женственность, что служит залогом счастья в замужестве. Когда в семье рождалась девочка, куклы для выставки были лучшим подарком. Подчас это настоящие произведения искусства, передающиеся из поколения в поколение. Иногда набор кукол и кукольных принадлежностей являлся значительной частью приданого невесты. Для любой японской семьи такой набор кукол был национальной традицией и одной из самых дорогих семейных реликвий, с которыми расставались только в трудную минуту жизни.
Отношение к этой реликвии членов одной семьи, разных по возрасту и взглядам, очень тонко передано в вышеупомянутой новелле Акутагава Рюноскэ, написанной автором в начале XX в. Сюжетом рассказа является вынужденная продажа набора кукол ввиду денежных затруднений. Всем членам семьи жалко их продавать, и даже брат девочки, которой принадлежат эти куклы, абсолютно европеизированный молодой человек, считающий праздник кукол устаревшим обычаем, понимает, что если еще раз посмотреть на кукол (а об этом просит его сестра), то с ними невозможно будет расстаться. Родители отказали девочке в ее желании, и каково же было ее смятение, когда она в ночь накануне продажи, внезапно проснувшись, увидела отца, сидящего перед этими куклами: "Перед отцом были расставлены мои куклы — мои хина, которые я не видела со дня праздника кукол! Был ли это сон? Затаив дыхание, я уставилась на это чудо. При тусклом свете фонаря я смотрела на императора со скипетром из слоновой кости в руке, на императрицу с коралловым венцом, на цитрус-татибана (померанец, вечнозеленое дерево, символ вечного процветания. — Авт.) справа и вишню слева, на пажа, держащего раскрытый солнечный зонтик с длинной ручкой, на фрейлину с подносом в руках, на лаковый с золотыми узорами туалетный столик и лаковый комодик, на кукольные ширмы, разукрашенные ракушками, на столики, чашки, на расписной фонарь, на шары из цветных ниток…" [1, с. 409–410].