Что же делал там советник Кисули?
Этого мы не знаем. Он царапал что-то своим кошачьим почерком на свитке бумаги.
А мы давайте лучше посмотрим, что снилось Петру.
Но ведь мы уже здесь были! Это кафе с обезьяньим оркестром. Горилла с дирижёрской палочкой стоит во фраке перед музыкантами, шимпанзе играет на саксофоне, павиан бьёт в барабан, орангутанг бренчит на контрабасе. Они играют обезьянье «ча-ча-ча».
Только кафе совсем пустое - лишь зевающий официант с салфеткой, переброшенной через руку, стоит у окна и ритмично барабанит указательным пальцем по стеклу.
![Три банана, или Пётр на сказочной планете (илл.) pic_23.jpg](https://litlife.club/books/225712/read/images/pic_23.jpg)
Когда Пётр вошёл в кафе, официант повернулся к нему и сказал недовольным тоном:
- Сколько можно?
- Что - сколько можно? - спросил Пётр, принявший снова свой обычный вид.
- Ждать вас сколько можно?
- Но я совсем не знал, что вы меня ждёте.
- Это не оправдание, - проворчал официант. - Вы всегда должны всё знать.
Пётр не сразу сообразил, что на это ответить. Поэтому он спросил:
- А зачем вы меня ждёте?
- На это я имею распоряжение, - холодно ответил официант. - Известная вам дама поручила мне…
- Чёрная дама? - нетерпеливо перебил его мальчик.
Официант остановился, но потом спокойно продолжил:
- Известная вам дама поручила мне вызвать вас из сна в это кафе.
- Но зачем?
Официант нахмурился и быстро ответил:
- Если вы всё время будете меня перебивать, вы никогда этого не узнаете.
Пётр послушно замолчал.
- Я должен вам передать… - начал официант, но в этот миг горилла повернулась к микрофону и запела во всё горло:
Официант яростно повернул выключатель, и в тот же миг кафе погрузилось в полную темноту.
Горилла умолкла. Один за другим умолкали и инструменты. Последним взвизгнул кларнет, и наступила абсолютная тишина. В луче света, который падал сюда от уличного фонаря, Пётр увидел, как обезьяны тихо удаляются через заднюю дверь. Официант подсел к столику и указал Петру на соседний стул.
- Я должен вам передать, - тихо повторил официант, - от известной вам дамы, что она весьма сожалеет о том, что произошло. Ещё более она сожалеет, однако, о том, что ещё произойдёт. Она не может разрешить вам отобрать у неё три банана.
- Три банана принадлежат ей? - закричал Пётр. Официант беспокойно заёрзал:
- Принадлежат или не принадлежат - не в этом дело. Они будут принадлежать тому, кто ими завладеет.
- А почему она сама их не сорвёт?
- Вы слишком любопытны! - отрезал официант. - Наверное, она ещё не придумала, как их сорвать. Но тем не менее она не допустит, чтобы ими завладели вы или Господин в чёрной шляпе. И не перебивайте меня всё время, потому что я вас немедленно верну в сон. Итак: эта известная вам дама знает, что часы вашей жизни сочтены. Но, если бы вы… - Он на минуту умолк, но потом быстро закончил: - Но, если бы вы согласились, ока могла бы превратить вас в дерево.
- В какое дерево? - снова не удержался Пётр.
- По вашему выбору. Вы можете стать грушей, черешней, яблоней или орехом. А также пальмой, если очень захотите, но превращение в пальму - довольно тяжёлая работа.
- Но я вообще не хочу быть деревом, я - Пётр, - протестовал мальчик.
- И об этом известная вам дама подумала. Она может превратить вас в новый вид дерева, который будет называться, ну, допустим, петруша.
- Но я и петрушей не хочу быть! - возразил Пётр.
- Ну что ж… Как хотите. Но тогда не обвиняйте известную вам даму в том, что произойдёт.
- А что произойдёт? - выспрашивал мальчик.
- Это вы узнаете не позднее завтрашнего утра. Я не гадалка, чтобы предсказывать вам будущее. Давайте-ка лучше припомним кое-что из прошлого.
Официант поставил на стол магнитофон, нажал кнопку, и бобины начали крутиться.
Пётр услышал:
- «Где вы выходите?» - «Вон там!» - «Как жаль» - «Чего вам жаль?» - «Что я еду в Не Там. Мы бы могли поехать вместе». - «А куда едете вы?» - «Я? К дяде». - «Гм… А где живёт этот ваш дядя?» - «В Не Там». - «А можно мне поехать с вами?» - «Нельзя». - «А почему нельзя?» - «Потому что вы едете в Вон Там». - «А что, собственно, находится вон там?» - «Вы там ещё никогда не бывали? О, там очень весело. Но вам придётся обратить внимание на свою речь, чтобы тоже… Но об этом я не имею права вам рассказывать»,
Официант нажал кнопку, и лента остановилась.
- Это же была May! - выпалил Пётр.
- May или Бау, - махнул рукой официант, - дело не в этом. Известная вам дама из этого разговора сделала вывод, что вы хотели бы попасть на Шепелявую улицу.
- На Шепелявую улицу? - удивился Пётр.
- Эта девочка, говорила именно о Шепелявой улице. Если бы я снова включил магнитофон, вы бы услышали, как вы рассердились, когда она не захотела вам объяснить, что имеет в виду. Известная вам дама хочет доказать своё расположение к вам, которое она сохранила после цирка в Не Там, и хочет показать вам Шепелявую улицу.
- А разве я не могу пойти туда завтра сам?
- Завтра будет уже поздно, потому что кошки узнают… - Официант ударил себя по губам. - Ой, я чуть не проболтался!.. - Он посмотрел на Петра с некоторой долей сочувствия: - Не волнуйтесь. Будьте рады, что вы сегодня ещё повеселитесь. - Он снова заговорил презрительным тоном: - Ну, так хотите попасть на Шепелявую улицу?
- А почему бы и нет?..
- Тогда пошли. - Официант поднялся и повёл его к боковой двери. - Придерживайте шляпу.
- А у меня нет никакой шляпы, - возразил Пётр.
- Тогда не придерживайте, - миролюбиво сказал официант, открыл дверь и подтолкнул Петра.
Поток воздуха подхватил Петра и понёс его по узкому коридору, как пух одуванчика. Не успел мальчик опомниться, как он уже стоял на старинной улочке, освещённой белым светом карбидных фонариков.
- Где я? - закричал Пётр.
От одного из фонарей отделился здоровенный детина в тельняшке, со шрамом на правой щеке. Походкой вразвалку он подошёл к мальчику и сказал:
- На Сепелявой уличе.
- Как вы говорите? - засмеялся Пётр.
Моряк обиделся:
- Я не говорю, я сепелявлю. Сепелявить жначительно крашивее. Не правда ли? - Он с грозным видом встал против Петра и поднял руку со сжатым кулаком так, что на ней вздулся огромный бицепс с вытатуированным якорем.
Увидев этот кулак. Пётр робко согласился:
- Да, конечно.
- Тогда просепелявьте, - потребовал моряк.
- А что мне прошепелявить?
- Што хотите.
- Не мосете ли вы покажать мне вшю Сепелявую уличу? - спросил Пётр.
- Конешно, раж вы так крашиво сепелявите, - согласился моряк и опустил кулак, похожий на гигантский молот. - Посли шо мной!
Они шли по каменной мостовой. Моряк рассказывал;
- Сепелявая улича только для людей с крепкими нервами и тязёлыми кулаками. Ешли у ваш не крепкие нервы и не тязёлые кулаки, то лучсе шюда не ходите, пан… пан…
- Меня зовут Пётр, - забыл прошепелявить мальчик.
- Сепелявьте! - грозно приказал моряк.
- Меня жовут Пётр, - поправился мальчик.
- Хоросо, пан Пётр, - похвалил его моряк. - Шначала жайдём в решторан и выпьем по штаканчику.
- Но я не могу.
- Поцему?
- Ведь в решторан детям нельжя, - прошепелявил Пётр.
Моряк махнул кулаком так, что погас ближайший карбидный фонарь,
- У наш вшё по-другому. Посли. Они вошли в ресторан с надписью:
ШИШЛИ-МИШЛИ
За стойкой стоял гигантский официант. Он походил на официанта из кафе, откуда Пётр прилетел на Шепелявую улицу, но только был на две головы выше и намного плотнее.