- Мерзавец! Ничтожество! Порождение тьмы! - как никогда громко орала Натка.
Осторожно выглянув из-за только что чуть не прибившей меня двери голову, робко спрашиваю:
- Что случилось?
На пороге комнаты профессора Дарона стояли двое. Ведьмочка злобно билась, пытаясь отцепить пальцы Темного от своих запястьев, растрепанная, красная, с маской оскорбленной невинности на лице. Сам хозяин комнаты выглядел не лучше: воротник рубашки порван, на щеке свежая царапина и сам он какой-то весь сломленный и постаревший.
- Что случилось?! - вырываясь из захвата, крикнула девушка. - Я тебе сейчас расскажу, что случилось! Только сперва убей этого гада!
Стоило прозвучать слову ‘убей’, как в гостиной тут же активизировалась ‘великолепная четверка’. Боковые фланги удерживали Гафс и Кебил, пути отступления прикрывал Шарги, а в центре событий был, как всегда, Крысеныш.
- Что происходит? - поглядывая, почему-то, на меня, поинтересовался Темный.
- Натка просит мочкануть ее бойфренда, - наябедничала я в надежде, что если та окончательно взбесится и попытается выцарапать профессору Дарону глаза, то Хорст ее, хотя бы, удержит.
- Бывшего бойфренда! - поправила ведьмочка, и как-то все в этой странной ситуации встало на свои места.
‘Значит, все-таки, бросил, гад!’ - подытожила печенка.
‘А я говорил’, - вякнул пессимизм.
Я повернулась к Натке и поняла невероятное. Профессор не только бросил ведьмочку, но и умудрился разбить подруге сердце.
- Натусь, а ты как хочешь, чтобы он умер? - уточнила я, оглядывая мерзавца.
‘Напинать козлу по колокольчикам!’ - вдохновенно заорала женская солидарность.
Рыжая подруга оценивающе глянула на бывшего, воплотившего в себе все ее девичьи мечты об идеальном парне, и задумчиво почесала затылок.
- А какие есть варианты? - холодно спросила она.
- Ну, - протянула я, выхватывая два кинжала, и принялась перечислять:
- Могу мучительно, могу кроваво, могу быстро, могу медленно…
- Вот! - перебила девушка. - Медленно, мучительно и… чтоб ну очень больно!
Одобрительно кивнув, обхожу замершего столбом Хорста и уверенно топаю мстить за поруганную любовь и веру в счастливый финал.
- Последнее слово? - благодушно предложила Темному, перехватывая клинки в ладони.
- Чертенок, - ласково позвал мужчина, глядя исключительно на Натку. - Ты же знаешь, что я люблю тебя, - его заявление оказалось полнейшим шоком только для выбежавшего с кухни щенка. - Я каждый раз удивляюсь тому, что могу дышать с тобой одним воздухом, касаться твоей кожи и целовать, - в голосе Рене прорезалась хрипотца, и он смущенно улыбнулся. - Ты самое ценное, самое дорогое, что когда-либо дарила мне жизнь.
Наточка скептически поджала губы и тряхнула рыжими кудряшками:
- Линка, да прикончи ты уже этого гада! - рявкнула подруга.
- Ангел, - лениво протянул Хорст, напоминая, что в комнате дофига людей, легко способных остановить меня.
Нет, конечно, я не собиралась взаправду убивать Рене (в моей жизни для полноты ощущений только дипломатического скандала и не хватало), но проучить Темного нужно.
Идеальный план, где Крысеныш зажимает разбитый моим локтём нос, профессор Дарон лежит на полу с незначительной раной на бедре, а Натка плачет у него на груди, испортил требовательный стук в дверь.
- А ну, открывайте! - заорал ночной визитер, подкрепив просьбу громким ударом.
Шарги переглянулся с Хорстом и, получив легкий кивок головы в качестве согласия, распахнул двери.
- Какого Гребаного Скола вы орете посреди ночи? - с порога начал возмущаться Юлик. - Тут, между прочим, этаж для преподавателей, а не дискотека… - и тут эльф увидел меня. - А-а-а-а, - понимающе протянул парень. - И почему я сразу не догадался, что это ты!
Я громко фыркнула и сердито посмотрела на приятеля. Нет, ну разве я не искупила свою вину перед ним? По мне, так нельзя быть таким мелочным и злопамятным!
Решив и с Юликом отношения наладить, и ситуацию от абсурда спасти, я спрятала клинки и подбежала к приятелю.
- Юлик, друг, помоги! - делаю огромные глаза, намекая на сложность ситуации. - У нас тут разбитое сердце и коварный соблазнитель!
Парень тут же подобрался, окинул замерших Темных взглядом и, моментально сориентировавшись, подошел к Натке:
- Ну-ну, моя хорошая, - обнимая девушку за плечи, утешительно начал он. - Найдем тебе другого! И вот он-то будет самым-самым. А этого козла в утиль воспоминаний!
- В утиль? - переспросила сбитая с толку ведьмочка.
- В утиль, в утиль, - покивал белобрысой головой эльф и, понизив голос, ‘обрадовал’:
- У меня, кстати, по такому случаю очень качественная настоечка есть. Другая ведьма, пробовавшая ее, пришла в неописуемый восторг.
Подруга была настолько поражена новому амплуа преподавателя, что безропотно пошла следом за ним в коридор. А до меня, наконец-таки, дошло…
- Юлий, тормози! - крикнула я, устремляясь следом. - Никаких настоек! Слышишь? Не смей спаивать мою подругу!
***
Юлик и Натка квасили где-то около часа. За это время я успела выслушать всю печальную историю, которая, исключая громкий плач, печальные всхлипы и нецензурные высказывания в адрес Темного, издаваемые эльфом, сводилась к паре предложений.
Кто-то настучал Темному совету, что преподаватель встречается со Светлой. Те, позабыв про толерантность, почему-то взбесились и прислали письмо, в котором категорически запретили профессору встречаться с Наткой.
И все бы ничего, но любопытная ведьмочка нашла это самое проклятущее письмо и устроила сцену.
Поняв, что больше здесь полезной информации не разжиться, я незаметно конфисковала со стола небольшую бутылку с настойкой и побежала обратно к Темным.
Открыл двери Крысеныш, который тут же попытался сцапать меня за локоть, но я была быстрее.
Спасаясь бегством, я стремительно пересекла гостиную и без стука ворвалась в знакомую комнату профессора Дарона:
- Кому нужна компания? - выставив впереди себя бутылку, весело спросила я и тут же осеклась, глядя в темные, почти черные глаза конкурента.
Двое профессоров, сидящих за накрытым столом, воровато покосились в мою сторону и попытались прикрыть начинающуюся попойку.
И пока двое взрослых мужчин думали, насколько этично выпивать в компании своей студентки, я подхватила ближайший стул и подсела к столу.
- Советую вот это, - на стол с грохотом опустилась эльфийская настойка. - Убойная вещь, - продолжила нахваливать, ловко выдергивая пробку. - Сносит крышу похлеще, чем гномий самогон!
Мужчины от экзотической добавки отказываться не стали, и меньше чем через пять минут я узнала недостающие подробности.
Не сумев избавиться от Шарги прошлой ночью, поверженный Крысеныш решил испортить жизнь старшему брату и руководителю группы. И причина тоже оказалась вполне банальной: Хорст стремился заменить профессора Дарона на какого-то своего знакомого.
- Лина, меня буквально поставили перед выбором - либо моя карьера, либо Светлая!
- И что же теперь будет? - ни к кому не обращаясь, задумчиво протянула я.
Профессор Дэйман подлил себе в кружку еще настойки, негромко чокнулся со мной и залпом выпил:
- А все просто! Этот дурак, - насаживая на вилку дольку лимона, принялся рисовать перспективное будущее мужчина, - костьми ляжет, чтобы быть рядом со своей рыжей чертовкой. Скормит совету милую байку о поклоннице и будет вздыхать из-за угла, глядя, как твоя подружка продолжает жить. А потом закончится учебный год, она получит диплом, нас отзовут обратно, и будет до конца своих дней одинокий Рене плакаться мне в жилетку.
Я тяжело вздохнула и осторожно сжала руку профессора Дэймана:
- Мужайтесь!
Темный задумчивым взглядом окинул маленькую обнаглевшую ладонь, потом поднялся выше и широко улыбнулся.
- А знаете, что! - резко вскакивая на ноги, сказал слегка пошатывающийся профессор Дарон. - Кто сказал, что я хочу жить без нее? Хочу просыпаться с ней каждое утро, хочу кучу маленьких рыжих бесенят, хочу называть ее своей!