Он взял благословение у тверского епископа Варсонофия, потом у своего духовника игумена Иоанна и отправился в путь. Жена провожала его до Нерли с младшим сыном, рыдала, расставаясь, и едва нашла в себе силы отправиться обратно. Старшие сыновья ехали с князем до Владимира. Там Михаил Ярославич встретился с великим человеком ордынским, Ахмылом. Между ними состоялся разговор.
Летопись рассказывает: «Зовет тя царь, — говорит Ахмыл, — поиде вборзе, буди за месяц; аще ли не будеши, то уже воименована на тебя рать и на твои городы. Обадил (оболгал. — Д. В.) тя… Кавгадый, глаголя: „Не бывати ему в Орде“». В то время Михаила представлял в Орде его сын Константин, княжич-отрок. Старшие сыновья и бояре посоветовали Михаилу Ярославичу отправить другого сына или кого-то еще, пока гнев хана не минул и злые слова Кавгадыя еще владеют его умом. Михаил Ярославич ответил им так, что слова его звучат в русской истории певучей бронзой, словно колокол на соборной церкви: «Видите чада моя, якоже не требует царь вас, детей моих и ни иного которого разве мене, но моея главы хощет. Аще бо яз где уклонюся, то вотчина моя вся в полону будет, множество християн избиены будут; аще ли после того умрети же ми есть, то лучше мне есть ныне положити душу свою за многие души».
В Орде состоялся суд, исход его был заранее предрешен. Смерть Кончаки и прямое вооруженное неповиновение ханскому послу обрекали тверского князя на казнь. Но столь чудовищной расправы, какую сотворили с Михаилом Ярославичем, никто не ожидал.
Ему повесили на шею тяжкую деревянную колоду и продержали в таком положении 26 дней. Перед смертью он молился и читал Псалтырь. Наконец к нему явились Кавгадый и Юрий Данилович с вооруженной свитой. Их слуги повергли Михаила Ярославича на землю, жестоко избили, а потом вырезали у него сердце. Это случилось 22 ноября 1318 года.
Смерть его не была напрасной: Тверь избежала ордынского разгрома.
Каким бы ни был Михаил Ярославич врагом Москве, что бы ни произошло с Кончакой-Агафьей в Твери, но то, что совершили с ним, — вещь страшная и никак не согласующаяся с христианской нравственностью. Понимая это, Юрий Данилович пожелал хотя бы после смерти ненавистного противника оказать ему подобающие почести. По его распоряжению тело Михаила Тверского из Орды перевезли в Москву. Здесь его похоронили в кремлевском храме Спаса на Бору. Но тверичи и прежде всех вдова князя пожелали получить его останки себе. Осенью 1320 года тело Михаила доставили в Тверь и погребли в Спасо-Преображенском соборе. Очень быстро на Тверской земле установилось почитание Михаила Ярославича как святого. С середины XVI века он — общерусский святой[81].
День памяти святого Михаила Тверского — 22 ноября.
Смертью Михаила Ярославича не прервалась грандиозная борьба между Тверью и Москвой. Еще дважды его сыновья получали ярлык на великое княжение. С 1322 по 1325 год Владимирский великий стол занимал его первенец — Дмитрий Грозные Очи. Но сделавшись убийцей московского князя Юрия Даниловича, он был казнен в Орде. Ему наследовал брат Александр, приведший на Русь большое татарское войско под предводительством Чолхана. Ордынский представитель вел себя оскорбительно. Русь претерпела много насилий и лихоимства от его людей. Наконец сами же тверичи восстали против Чолхана (1327). Князь присоединился к восстанию. Возглавил его и… поплатился за это головой.
Тверь еще возродится из пепла, вернет себе богатство и многолюдство, станет великим культурным центром Русской земли. Но ярлык на великое княжение Владимирское она уже не вернет себе никогда.
В истории средневековой России ученые выделяют несколько периодов, традиционно именуемых по названию области, которая в ту пору доминировала. Русь Киевская, Русь Владимирская, Русь Московская… Наверное, будет правильным считать, что между двумя последними эпохами стоит еще Русь Тверская. Она недолго продержалась, всего-то четверть века — с 1304 по 1327 год. Но оставила по себе величественную память.
ЮРИЙ ДАНИЛОВИЧ
Забияка
Великому князю Юрию Даниловичу, с легкой руки писателя Дмитрия Балашова, досталась репутация правителя-сорвиголовы, авантюриста, дикого честолюбца без тени нравственности. Репутация, по большей части, ложная. В действительности это был умный и ловкий политик, хороший боец. Человек, правда, и на самом деле безнравственный, но отступивший от понятий о христианском долге не столько из честолюбия или корысти, сколько под давлением беспощадного врага.
Юрий Данилович унаследовал от великого отца, князя Даниила Московского, огромную державу. Вместе с братьями он пытался удержать ее от распада, от территориальных потерь. Но не обладал тем даром стратегического расчета и тем разумным миролюбием, которые были у родителя. А потому в конечном итоге надорвался под напором всё ухудшающихся обстоятельств.
Юрий Данилович родился, предположительно, в 1281 году. Он приходился старшим сыном Даниилу Московскому. После него у московского правителя родились еще четверо сыновей: Иван, Александр, Борис, Афанасий. Порядок их рождения не вполне ясен, специалисты не установили, например, был Иван Данилович вторым или четвертым сыном. Но то, что Юрий — первенец, надо считать твердо установленным фактом.
В 1303 году Даниил Московский скончался, оставив сыновьям одно из крупнейших княжеств Руси. Помимо собственно московских земель, Даниил Александрович поставил под свой контроль Переяславль-Залесский, Коломну с иными рязанскими землями; он княжил в Новгороде Великом да еще мог засылать своих наместников в далекую Кострому. Вскоре после его кончины Юрий Данилович ходил с войсками к Можайску и пленил смоленского князя, попытавшегося захватить город, который оказался составной частью Московского княжества.
Но князь Даниил ушел из жизни до того, как умер его старший брат — великий князь Андрей Городецкий. И со смертью последнего в 1304 году Даниловичи оказались в опасном положении. Старший из них, Юрий, по старинным русским обычаям престолонаследия не мог претендовать на великое княжение. Его права на сей счет можно назвать призрачными, хотя он и располагал реальной политической силой. Зато все права имел старший представитель Тверского княжеского дома — Михаил Ярославич. К тому же его кандидатуру одобрил прежний князь. За него выступил и митрополит Максим. А Михаил Ярославич являлся недругом Москвы. Его правление грозило Даниловичам разрушением державы, созданной их великим отцом. И они, унаследовав старую вражду, поневоле выступили в качестве противников Михаила Тверского.
Юрий Данилович устремился в Орду. Он требовал себе ярлык на великое княжение. Современный историк Н. С. Борисов предположил, что это требование московского князя являлось, по сути, блефом. Будучи готовым отказаться от него, Юрий, возможно, пытался выторговать целостность Московской державы. Тверские засады травили его, как зайца, пытаясь не пропустить в Орду. Вся Русь закипела — представители Твери и Москвы сцепились между собой за города и области. Кострому московские князья потеряли. Под Переяславлем они разбили тверскую рать боярина Акинфа Великого, который и сам погиб. С Рязанью, почуявшей, сколь уязвимой стала Москва, началась непримиримая борьба. В плену у Даниловичей сидел рязанский князь Константин, захваченный еще их отцом. Как видно, условия его содержания не отличались особой суровостью и ему разрешались внешние сношения. Узнав о том, что он завел враждебные переговоры с ордынцами, Юрий Данилович велел казнить князя. Собрав большуть рать, старший из Даниловичей отправился в опустошительный поход на рязанские земли. Коломну и прочие пограничные территории, на которые претендовала Рязань, ему удалось удержать. А вот Переяславль — нет. Михаил Тверской получил от Орды ярлык на великое княжение, после чего дважды ходил с полками под Москву — усмирять непокорный город. Уступая его силе, Юрий Данилович вынужденно отдал жемчужину в княжеском венце своего родителя…
81
Предположительно его канонизация совершилась на церковном соборе 1549 года.