У штабной палатки Игорь едва не налетел на Вику.
— Здравствуй! — Он с разбега обнял ее, поцеловал. — Ну как тут?
— Привет! — В ее глазах была холодноватая усмешка. Ты, говорят, не один приехал?
— Да, понимаешь, так получилось, — заторопился Игорь. — Я тебе все объясню…
— Может, не стоит?
— Ты что? — засмеялся Игорь. — Это же Дэвика, та самая, я ее к отцу привез. А пацан… он из-за меня сиротой остался! Ну не бросать же его!.. Слушай, я тебя не узнаю. Ты — и ревнуешь? Вот не ожидал! — Он обнял ее.
— Да нет, конечно, — смягчилась она. — Я все понимаю… Иди, тебя ждут. Потом поговорим.
Что-то в ее голосе вдруг задело Игоря, он поймал ее за руку:
— Что-то случилось?
— Нет. — Она прямо смотрела в его глаза. — Пока еще нет.
Игорь сжал ее руку. Вика отвела взгляд.
— Отпусти, неудобно. Полицейский смотрит.
Игорь оглянулся. Патрульный полицейский отвернулся, скрывая усмешку. Вика ушла.
В штабной палатке шло совещание. Было накурено. В дымной пелене рисовались хмурые, сосредоточенные лица. Энгельбах, Шарма, Бехал, Тарновски и Тамракар Биджаи слушали старшего офицера полиции из Катманду — он принял на себя всю ответственность за охрану экспедиции.
— …Таким образом, ясно одно, — продолжал он. — Пока мы не обезвредим эту компанию, вы не сможете продолжать работу.
— Почему? Ну почему, черт побери?! — нервничая, вскочил с места Дэн.
— Поймите: чем ближе вы к цели, тем они активнее, — терпеливо объяснил старший офицер.
Игорь протиснулся в палатку, присел в уголке.
— Тут явно действуют опытные и решительные люди, — продолжал старший офицер. — Даже потеряв трех сообщников, они не остановились. Это значит, они готовы на все. А мы рисковать вами не имеем права.
— Значит, мы должны сидеть без дела и ждать результата ваших поисков? — уточнил Энгельбах.
— Другого выхода нет, — развел руками старший офицер.
— Но это… возмутительно! — снова вспыхнул Дэн. — Прибыли приборы, которых мы ждали!
— Через несколько дней начнется сезон дождей, дорог каждый час, — напомнил Шарма.
— Да и как эти люди могут помешать нам теперь, при дополнительной охране? — спросил Бехал.
Все заговорили разом, перебивая друг друга.
— Извините, господа, я считаю этот вопрос исчерпанным. — В голосе старшего офицера звучала твердость. — Я несу ответственность за вашу охрану перед правительством Непала и своей властью запрещаю продолжение работ. Более того, на случай срочной эвакуации мной вызван вертолет.
Все замолчали.
— Вы сказали, среди них есть кто-то из местных? — переспросил Тамракар.
— Я убежден в этом, — кивнул офицер. — Судите сами. Все дороги к монастырю мы перекрыли. Во всех ближних деревнях дежурят наши посты. Полеты вертолетов также под нашим контролем. И тем не менее эта компания все время где-то здесь, рядом. Ясно, что их прячет кто-то из местных жителей.
— Как это может быть? — Тамракар встал, обиженный. — Я сам обошел все окрестные деревни. Чужаков там нет, слово гуркха!
— И все-таки кто-то им помогает, — невозмутимо повторил офицер. — Иначе они бы давно оказались на виду.
Энгельбах оглядел своих сотрудников.
— Очевидно, нам придется подчиниться вашему запрету, — негромко подытожил он и встал. — Игорь, вы покажете нам то, что привезли?
За ним стали подниматься и остальные. Пока все выходили, Тамракар подошел к старшему офицеру.
— Послушай, сынок, — негромко сказал он. — Пожалуй, я могу дать тебе совет. Надо бы проверить одно местечко…
— Какое?
— Старые пещеры отшельников… Они тут недалеко. И о них, действительно, кроме горцев, никто не знает…
Офицер заинтересовался.
— Вы могли бы нам их показать?
— Хоть сейчас. До них полчаса ходу.
Офицер взглянул на часы.
— Поздновато, не успеем до темноты. Сделаем так: я подниму своих людей завтра на рассвете. Договорились?
Тамракар кивнул:
— Только народу нужно побольше. Там щелей всяких — не счесть.
— Пойдут все, кроме ученых. И вот что, Тамракар-джи: никто пока не должен об этом знать. Ясно?
Игорь развернул упаковку. Удлиненный ящик поблескивал новенькой хромированной отделкой.
— Газоанализатор «ГАЗЛИ-4», универсальный, портативный, — отрапортовал Игорь. — Вот схема.
Энгельбах с Шармой развернули схему.
— А это? — Дэн взял в руки круглый кожаный чехол.
— Перископ, итальянского производства, конструкции Леричи, — отозвался Энгельбах. — Такими обследовали этрусские могилы, не вскрывая их…
Они склонились над приборами, стали их собирать, отлаживать и провозились до вечера. Уже темнело, когда Игорь привел Тамракара в свою палатку.
— Игор-даджу! — кинулся к нему Суреш и что-то оживленно заговорил на непали.
— О! — удивился Тамракар. — А это кто такой? Чей ты, малыш?
— Вроде мой… — ответил Игорь.
Тамракар, не понимая, уставился на него:
— Твой?!
Дэвика хозяйничала в лагерной кухне. Она уложила горкой сваренный рис, уставила поднос тарелочками с овощами, приправами и понесла к палатке Игоря. Когда она вошла, мужчины беседовали. Игорь рассказал Тамракару о Кирате, его предупреждении, о Суреше.
— …И тогда мы забрали его с собой, — закончил он.
— Ну, — Тамракар пристально смотрел на Игоря. — И что же дальше?
— Дальше? Я усыновлю его, — вдруг вырвалось у Игоря, хотя еще пару дней назад он совсем не думал об этом. Ему просто хотелось пристроить пацана, чтобы потом не мучила совесть. И теперь вдруг решение пришло. — Да, усыновлю, — повторил Игорь — Конечно, это будет непросто, надо получить разрешение, но… бросить его я не могу.
Дэвика, хлопотавшая у столика, подняла голову. Тамракар долго молчал, глядя на притихшего Суреша, словно чувствующего, что разговор идет о нем, потом позвал:
— Слышишь, дочка! Достань-ка там, в моей сумке…
Дэвика порылась в походной сумке отца, вытащила бутылку виски.
— Знаешь, сынок. У нас тостов не говорят, но я скажу. — Тамракар поднял стакан. — Пусть тебя увидят все боги: наши и твои. И пусть благословят.
На древний монастырь опускалась ночь. Погасли огни в палатках, стихли разговоры. Стало совсем безлюдно и тихо. Лишь чернел вход в подземелье и маячил возле него полицейский наряд. Да еще серебрился в полутьме корпус приземлившегося к вечеру вертолета. Это был старый, но довольно вместительный пассажирский геликоптер, повидавший не один десяток альпинистских экспедиций со всеми их грузами. У геликоптера тоже прохаживалась пара постовых.
Все спали. Раскинув руки, похрапывал в палатке рабочих оставшийся ночевать Тамракар. Давно спал Суреш, прижавшись к Дэвике; их разместил в своей палатке Шарма, сам ушедший в штабную. Спали в своих палатках Энгельбах, Бехал, старший офицер полиции. Спали экспедиционные рабочие.
Не спал только один человек. Потерянной фигурой он бродил вдоль монастырских стен, мимо палаток. Это был Игорь. Вот он не выдержал, снова заглянул в окошко Викиной палатки. Темно, темно. Викина постель пуста.
Игорь отошел, присел на выступ полуразвалившейся стены. Так и сидел, опустив голову.
А когда, поникший, не зная, что думать, откинул полог своей палатки и шагнул внутрь, то вдруг увидел в полутьме, что на его лежанке сидит Вика. То, как она сидела — одна, прямо, неподвижно, — вдруг поразило его. Он бросился к ней, обнял:
— Это ты? Как ты здесь оказалась? Я же ищу тебя… я…
Она сразу обхватила его руками, прижалась лицом.
— Ты плачешь? — испугался он. — Что случилось? Вика!
— Нет… ничего… ничего, — сквозь всхлипывания прошептала она.
— Я, наверное, опять перед тобой виноват, но…
— Молчи… — Она закрыла ему рот рукой. — Не говори ничего…
— Нет, ты дослушай! — Он отвел ее руку, сжал до боли. — Что-то стоит между нами. Я не знаю… я не могу понять! Если ты хоть чуточку, хоть каплю… — Он мучительно подыскивал слово. — Ну, блин! Ну выходи же за меня замуж, черт бы тебя драл, в конце-то концов! Все, что могу, я для тебя сделаю, сделаю больше, чем могу, ты же знаешь!