6 апреля 1941 года «Дора» сообщил: «Все германские моторизованные дивизии на Востоке». Интересно донесение от 2 июня: «Все германские моторизованные дивизии на советской границе в постоянной готовности ‹…›. В отличие от апрельско-майского периода подготовка на русской границе проводится менее демонстративно, но более интенсивно», 22 апреля источник «Пуассон» (не установлен) сообщил «Доре», что по словам главного редактора «Базлер нахтрихтен», высокопоставленные правительственные чиновники в Берлине считают, что «украинская кампания» начнется 15 июня. «Большого сопротивления мы не ожидаем». [120]
Еще одно сообщение «Доры», датированное 19 мая, на этот раз от «Дианы» (не установлена), приписывается швейцарскому военному атташе в Берлине. Оно звучит как сплетня, которую можно услышать в дипломатических кругах, и которая, кажется, состоит из стандартных немецких дезинформаций. После заявления, что «информация о предполагаемой немецкой кампании на Украине исходит из наиболее надежных немецких источников и является обоснованной», «Диана» сообщает, что «эти источники добавляют, что это наступление может произойти только, если английский флот не сможет войти в Черное море, и когда Германия укрепится в Малой Азии. Следующей целью Германии будет захват Гибралтара и Суэцкого канала, чтобы выдавить английский флот из Средиземного моря». Если это не было дезинформацией, то мечта немцев захватить Гибралтар и вытолкнуть британский флот из Средиземного моря была просто несбыточной. Генерал Франко отказал им напасть на Гибралтар через территорию Испании, а британский флот нанес тяжелое поражение итальянскому флоту в Таранто. [121]
Последнее сообщение, полученное от «Доры» до начала агрессии, датировано 22 июня и содержит порядок боевого базирования немецкой армии, но ничего о нападении. [122] Это перечисления вклада сети «Доры» подтверждает, что их лучшая работа — впереди.
Глава 7. Резидентуры Советской военной разведки в Восточной Европе
В Восточной Европе можно найти такую же смесь агентурных возможностей, как и в Западной. Там они были с большими возможностями доступа к хорошо осведомленным источникам, располагавшим солидной разведывательной информацией и снабжавшим первоклассными сообщениями и, наоборот, имевшими чисто общественные связи, которые повторяли сплетни или беспочвенную информацию, базирующуюся на слухах. Информация, поступающая от подобных «источников», вероятно, могла являться немецкой дезинформацией. Однако Сталин отвергал точную информацию, считая ее дезинформацией. За эти действия его народу пришлось заплатить исключительно высокую цену.
Самым лучшим «поставщиком» информации в Восточной Европе была резидентура РУ в Бухаресте, которой руководил полковник Г.М. Еремин (оперативный псевдоним «Ещенко»), чьим прикрытием была должность третьего секретаря посольства СССР. Ранее Еремин возглавлял румынско-болгарский отдел Первого отдела Московского центра РУ. Его заместителем был М.С. Шаров («Корф»). Асами среди источников резидентуры были пресс-атташе посольства Германии Курт Фелькиш и его жена Маргарита («АБЦ» и «ЛЦЛ»); другие источники, как правило, подтверждали и дополняли сообщения «АБЦ». Если бы Сталин и остальные в советском политическом и военном руководстве относились к этим бухарестским донесениям ответственно, то было бы трудно понять, как они пропустили подготовку Германии к нападению на СССР. Вот как описывает Центр важность своего источника: «АБЦ» имеет возможность внимательно следить за деятельностью Германского посольства в Бухаресте. Он в курсе всей работы, которая проводится немцами в Румынии. Он был направлен германской разведкой поддерживать связь с украинскими антисоветскими организациями в Румынии и знает об их планах и деятельности, направленной против СССР. У него много знакомых среди ответственных официальных лиц в МИД Германии и он пользуется их доверием. «АБЦ» знаком с германским военно-воздушным атташе в Румынии Герстенбергом, который выполняет специальные задания правительства. Центр, понимая важность «АБЦ», направил Михаила Шарова в резидентуру прежде всего для поддержания контакта с ним. Прикрытие Шарова, как корреспондента ТАСС, открывало перед ним возможность широко вращаться в обществе и давало повод периодически встречаться с «АБЦ» и «ЛЦЛ». [123]
Принимая во внимание его возможности, Центр поставил перед «АБЦ» следующие задачи: «Сообщать о деятельности Германии в Румынии, а также Англо-французского блока в Италии. Следить за деятельностью украинских националистов в Румынии и докладывать о попытках Германии использовать их ‹…› против СССР». Его донесения посылались Сталину, Молотову, Тимошенко, Жукову и другим высшим руководителям. 1 марта 1941 года «АБЦ» описывал свою поездку в Берлин, где «много говорилось о предстоящем немецком нападении на СССР. Русский отдел Германского верховного командования интенсивно трудится над этим». Доклад в Центральном архиве Министерства обороны (см. примечание 2) приводит весь текст и повторяет слово в слово отрывок, в котором говорится о «предстоящем немецком нападении», но, перед тем констатирует, что «крупномасштабная военная операция против Британских островов ‹…› считается маловероятной из-за большого риска и связанной с большими потерями». Последняя часть доклада завершается, однако, утверждением, что слухи о германских планах войны против СССР специально внушаются, чтобы посеять неуверенность в Москве и послужить германским военным целям в будущем. Последнее предложение звучит так: «Возможность нападения на СССР германскими войсками, сосредоточенными в Румынии, решительно исключается в Берлине». Сообщение было послано Сталину, Молотову, Тимошенко, Ворошилову, Димитрову, Берии и Жукову. Каждый получивший мог интерпретировать его так, как ему хотелось. Сталин, по-видимому, отверг идею, что Германия отказалась от планов напасть на Англию, идею, противоречившую его убеждениям, которое подкармливалось немецкой дезинформацией о том, что Гитлер не нападет на СССР, пока Англия не капитулирует. Вероятно, он не принял в расчет отрывок, в котором говорится о германской подготовке к нападению на СССР, и предпочел последнее предложение. [124]
13 марта «Купец» — другой источник бухарестской резидентуры РУ — сообщил, что он спросил у офицера СС: «Когда мы выступим против Англии?» Офицер ответил: «О марше на Англию нет и речи. Фюрер теперь не думает об этом. С Англией мы будем продолжать бороться авиацией и подводными лодками». Второй источник — «Корф» — сообщил, что немецкий майор, занимающий комнаты у его знакомого, заявил, что «мы полностью меняем наш план. Мы направляемся на восток, на СССР. Мы заберем хлеб, уголь, нефть. Тогда мы будем непобедимы и можем продолжить войну с Англией и Америкой». Оба эти донесения подтверждают сообщение о германском решении отказаться от планов нападения на Англию. [125]
24 марта 1941 года бухарестская резидентура направила донесение «АБЦ», что немецкий посол барон Манфред фон Килленгер, возвращения которого из Берлина ожидали 23 марта, вернулся победителем в большой борьбе с шефом СС Генрихом Гиммлером по вопросу, кого должна поддерживать Германия: румынского диктатора Йона Антонеску, или «легионеров» — ультранационалистических антисемитов. Гиммлер и другие по идеологическим причинам поддерживали «легионеров», но Килленгер, очень влиятельный старый нацистский функционер, назначенный послом в 1940 году, сумел убедить Гитлера и Геринга, что Германия должна поддержать Антонеску. «АБЦ» также сообщил, что во время встречи в Вене Геринг и Антонеску обсуждали роль Румынии в предстоящей войне с СССР. Источник описал нарастающий хор голосов, призывающих к войне с СССР. Как сообщал «АБЦ», германская военщина опьянена своими успехами и заявляет, что война с СССР начнется в мае.
120
Александр Радо «Под псевдонимом „Дора“» (М. 1976), 90.
121
Яковлев «1941 год», кн. 2, 224.
122
Радо «Под псевдонимом „Дора“», 90.
123
Владимир Лота «Красная Звезда», 27.03.2004, 5.
124
Владимир Лота «Красная Звезда», 27.03.2004, 5. Сравнивая текстуально, этот отрывок из статьи Лота совпадает с таким же, датированным 1–2 марта 1941 года из Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации, оп. 24119, д. 1, 296–303, и цитируется в книге А.Н.Яковлева «1941 год» (М. 1998) кн. 1, 706, 708.
125
Яковлев «1941 год», кн. 1, 768–769, 775–776.